Ожившие. Мёртвые и живые - Василий Зеленов Страница 35

На велосипеде легко спастись от зомби.

Толпа оживших мертвецов, преследовавшая меня последние десять минут, осталась далеко позади после того, как я увидел валявшийся на обочине горный велосипед. Точно такой же стоял когда-то у меня дома. Не мешкая, я схватил его, уселся и покатил вперёд. Полагаю, моё внезапное ускорение при помощи двух колёс зомби совсем не обрадовало. У них на мой счёт были иные планы, но меня эти планы никоим образом не устраивали. Сейчас задачей номер один было добраться до городка и попробовать найти других выживших. Впрочем, с тем же успехом я мог нарваться на очередных ходячих покойников.

Делать нечего – нужно сменить одежду с обувью и заодно найти чего-нибудь перекусить. Я поймал себя на мысли, что в последнее время стал чаще думать о еде. Впрочем, чему тут удивляться? Если раньше я мог спокойно пойти в ближайший продуктовый магазин и купить себе пропитание, то сейчас что-либо съестное нужно добывать самому. Магазины больше не работают, а деньги превратились в бесполезную бумагу.

Дорожный указатель оповестил меня о том, что я въезжаю в пределы Кондорово. Странное название, более уместное где-нибудь в Южной Америке, но уж никак не в европейской части России.

Город встретил меня гробовым молчанием. Вначале я растерялся и не знал – радоваться мне этому, или печалиться. Похоже, что все выжившие отсюда убрались, а мертвецы где-то бродят, возможно, даже поблизости. Прогуливаться по опустевшим улицам и углубляться в город в мои планы не входило. Я намеревался посетить лишь два заведения – продуктовый магазин и магазин одежды. А потом подобру-поздорову покинуть сие гостеприимное место. Продуктовый мне не придётся долго искать, ведь в любом городке их можно было встретить на каждом шагу. Однако я сначала решил сменить одежду.

Нехорошо так говорить, но Конец Света помог мне осуществить мою детскую мечту – проехать на велосипеде посередине дороги. Испытанное при этом ощущение свободы невозможно было описать словами. Эту маленькую радость омрачало внутреннее напряжение, которое я испытывал с самых первых секунд нахождения в городке. Нужно стараться постоянно быть начеку и ожидать возможного нападения зомби. Сами понимаете – всё это никак не способствует душевному благополучию. Если я в ближайшую неделю не сыграю в ящик, то наверняка стану излишне нервным и раздражительным.

Я старался ехать как можно медленнее, чтобы случайно не пропустить нужное место. Как бы мне не хотелось не смотреть по сторонам, но всё-таки приходилось это делать. Кондорово представляло собой хрестоматийный пример города, разгромленного ожившими мертвецами. Ряды машин вдоль дорог, побитые окна в домах и витрины – в магазинах, следы от пожаров, всевозможный мусор повсюду и, конечно, пятна крови. Казалось, хоть сейчас завози сюда съёмочную группу, гримируй под живых мертвецов статистов и начинай снимать очередной зомби-ужастик. Подобных фильмов я в своё время посмотрел изрядное количество, но никогда не думал, что в них может превратиться моя жизнь.

Но хватит ныть по этому поводу, всему должен быть предел.

Я остановился возле трёхэтажного здания, над входом которого гордо висела большая вывеска с надписью: «Торговый центр Топаз». Как раз то, что надо. Здесь я наверняка смогу и приодеться, и наесться. Поставив велосипед так, чтобы в случае необходимости можно было не мешкая сесть на него и уехать, я подошёл к входу в здание. Входа, как такового, больше не существовало. Двери были снесены с петель легковым автомобилем, который теперь стоял внутри торгового центра. Мне непонятны были мотивы человека, совершившего этот бессмысленный поступок, но ломать голову над подобной ерундой я не собирался. Сейчас от меня требовалось немногое: зайти внутрь, подобрать себе подходящую одежду и найти то, что можно будет закинуть в желудок, который молил о еде последние минут двадцать. Я не мог спокойно слушать его стенания.

Застыв перед входом и изобразив каменную статую с острова Пасхи, я прислушался. Кругом стояла гробовая тишина. Она оглушала, пугала и успокаивала одновременно. С одной стороны, раз тихо, значит, никого поблизости нет, а с другой – кто-то мог притаиться в укромном месте. Сомневаюсь, что меня специально подстерегает какой-нибудь жмурик, но излишняя предосторожность ещё никому не навредила.

Я снял пистолет с предохранителя и медленно вошёл в торговый центр. Справа на стене висел план здания, на котором были отмечены все отделы. Ближайший отдел с одеждой находился буквально в паре метров от того места, где я сейчас стоял. Стараясь не наступать на валяющийся под ногами хлам, я двинулся к намеченной точке. Надпись на вывеске – «Молодёжная одежда Икари», сообщила мне, что я пришёл в нужное место. В салоне (меня почему-то коробило от этого слова) всё было перевёрнуто вверх дном. Следов крови я нигде не обнаружил, а потому решил, что беспорядок здесь навели мародёры. Человеческая природа воистину неизменна!

– Штаны и футболка, – пробормотал я, оглядываясь по сторонам.

Но, похоже, штанами и футболкой я не отделаюсь. Поменять нужно абсолютно всё, иначе так и буду продолжать испытывать небольшой дискомфорт. Сделав пару шагов, я остановился, нагнулся и подобрал с пола помятую купюру номиналом в пять тысяч рублей. В любое другое время я бы обрадовался подобной находке. Сейчас, однако, повертев её в руках и грустно вздохнув, я понял, что держу обычный кусок бумаги.

– Пиастры, пиастры, – усмехнулся я и, положив пять тысяч на прилавок, сказал: – Футболку и джинсы, пожалуйста. Сдачи не надо. А обувь у вас есть? Нет? Очень жаль…

В отсутствие других людей начинаешь говорить сам с собой. Кое-кто разговаривает с неодушевлёнными предметами или же с воображаемыми людьми. Надеюсь, что я до такого состояния не дойду. Одиночества никогда не боялся, но полное отсутствие живых людей вкупе с шатающимися повсюду зомби могут совершить с разумом чудо. Надо срочно переодеваться и отправляться на поиски выживших – перспектива увлечённых бесед с велосипедом показалась мне откровенно унылой.

Схватив первые попавшиеся под руку футболку и штаны, я устремился в примерочную. Необходимости в этом никакой не было, но мои моральные принципы настойчиво требовали переодеваться за шторкой. Большое, в человеческий рост зеркало любезно показало мне моё отражение. Должен признать, что видок у меня был ещё тот! Джинсы порваны в нескольких местах и испачканы грязью, один рукав у футболки начал отрываться, а сама она из белоснежной превратилась в грязно-серую.