Крестоносец - Андрей Львович Астахов Страница 98

- Не понимаю, причем эта книга.

- Дуззар перестарался. Все время пытался направить наши поиски в Айлиф.

- Нам надо найти его и заставить говорить.

- Не думаю, что мы сумеем его отыскать. Он бежал через портал.

- И что нам теперь делать?

- Для начала тебе надо одеться и взять оружие, - Элика взяла со стола кубок и кувшинчик, налила в кубок вина и протянула мне. – На вот, выпей. Это поможет тебе прийти в себя.

- Элика, - сказал я, глядя на кубок в ее руке, - ты веришь, что Домино могла перейти на сторону магистров Суль?

- Одно могу сказать, Эвальд – если это случилось, это худшее, что вообще могло случиться.

- Я не верю. Нет, это невозможно! Она не могла так поступить.

- Пей, - сказала Элика, продолжая протягивать мне кубок. – И поспеши. У нас накопилось очень много дел, которые не могут ждать.

Над Фор-Авек висели тяжелые темные тучи, готовые вот-вот залить городок новыми потоками воды. Мы промчались по пустынным улицам и осадили коней у двухэтажного каменного здания на въезде в порт. У входа толпились люди – много людей. Вывеска над входом сообщала, что здесь находится правление Имперской торговой компании в Фор-Авек.

- Беженцы, - сказал де Торон. – Хотят купить место на корабле, чтобы покинуть остров.

Я ничего не сказал, соскочил с коня и, пройдя мимо склонившихся в поклонах людей, вошел внутрь. В большом ярко освещенном зале народу было еще больше; очередь из желающих покинуть атакованный призраками город поднималась по лестнице на второй этаж. Протолкавшись сквозь толпу, я оказался в вестибюле второго этажа, у длинного стола, за которым, обложившись потрепанными книгами, сидел чиновник компании в черном шапероне и в круглых очках. Увидев меня, клерк встал и поклонился.

- Я хочу видеть управляющего, - сказал я.

- Господин Атеньер у себя, - ответил клерк. – Идите по коридору, последняя дверь.

Атеньер сидел в кресле у камина. Наше появление встревожило его: во всяком случае, когда мы вошли в кабинет, он не выглядел счастливым и радушным хозяином, принимающим гостей. Я сделал ему знак, чтобы он перестал кланяться и спросил:

- Я пришел сюда по делу государственной важности, мэтр Атеньер. Мои полномочия позволяют мне задать вам вопросы, которые я задам. Полагаю, вы понимаете, что должны дать на них правдивые ответы.

- Конечно, милорд шевалье, - управляющий, казалось, начинает приходить в себя. – Спрашивайте, прошу вас.

- Вы, кажется, занимаетесь почтовыми отправления с Фор-Авек в империю?

- Истинно так, милорд. У компании есть право доставлять почту в оба конца.

- Государственную почту в том числе?

- Конечно, милорд.

- Когда в последний раз вы отправляли почту на материк?

- Два дня назад, милорд. На том самом корабле, на котором вы прибыли на Порсобадо. Следующая отправка будет через неделю. – Тут Атеньер шумно вздохнул. – Я, конечно, понимаю, милорд, что мы поступаем не совсем законно, помогая людям уплыть с острова. Но это делается исключительно из человеколюбия и желания помочь.

- А еще из желания набить карман, - добавил я. – Но это меня не касается. Я должен посмотреть почту, приготовленную к отправке.

- Конечно, милорд. В этот раз писем не так много, а гербовое письмо всего одно.

- Давайте глянем.

- Милорд, вынужден предупредить вас – письмо является документом высшей секретности, и я…

- Вся ответственность будет на мне, мэтр. Показывайте почту!

Атеньер, покачав головой, снял с шею связку ключей и отпер большой, отделанный ценным деревом шкаф в углу кабинета. Взял с полки непромокаемый кожаный мешок и с поклоном подал мне. Я сломал сургучную печать на завязке мешка и высыпал содержимое на стол.

- Ага, вот и письмо от нашего друга! – сказала Элика, подавая мне свиток. Я развернул его и вслух прочел следующее:

Его превосходительству Главе Святейшей

Инквизиции отцу Тома де Лиссарду.

Монсеньер!

Извещаю Вас, что новый шевалье прибыл сегодня в Фор-Авек и приступил к исполнению своих обязанностей. Поговорив с ним, я убедился, что Ваши предупреждения справедливы. Маркиз де Квинси производит впечатление недалекого и самоуверенного юнца, который совершенно не разбирается в сути дела и, как мне кажется, неспособен повлиять на ситуацию в Фор-Авек и выполнить порученное ему дело. Я, конечно же, буду неукоснительно выполнять ваши распоряжения и сделаю все возможное для того, чтобы щенок поскорее сломал зубы о кость, которая ему не по силам. Однако в свите новоиспеченного шевалье есть магичка-виари, которая кажется мне опасной. Я не уверен в ее лояльности империи и просил бы Вашу милость сделать так, чтобы дамзель Сонин под каким-нибудь предлогом отозвали на материк. В этом случае я ручаюсь за успешное выполнение задания.

Остаюсь преданнейшим слугой империи и Вашей милости,

Д.

- Вот мы и знаем, кто же в империи любит тебя больше всех, - сказала Элика с лукавой улыбкой. – Мне сразу не понравилась рожа этого саларда, уж больно он был почтителен и любезен.

- Это все? – спросил я, бросив донос Дуззара на стол.

- Да, милорд. Есть еще частные письма, но они, полагаю…

- Давайте просмотрим все.

Атеньер побледнел и кивнул. Я заметил, что он нервничает. С чего бы?

Я машинально прочел несколько писем. Это были обычные личные письма – дети писали родителям, родители детям, друзья друг другу. Ничего интересного.

- Эвальд, глянь-ка! – негромко сказала Элика, развернув очередной свиток.

Я подчинился. В свитке не было текста. Просто чистый с обеих сторон листок пергамента, даже не запечатанный сургучом.

- Наверное, по ошибке попал, - пожал плечами Атеньер. – Мои клерки ужасно рассеяны.

- Нет, это не ошибка, - Элика развернула свиток, положила его на стол, сняла с шеи медальон с изумрудом, положила его рядом со свитком и начала читать заклинания на языке виари. Изумруд засветился изнутри, и я увидел, как на пергаменте странного свитка начали проступать строчки, написанные фосфоресцирующими чернилами. И это был явно не имперский язык.

- Что это, Элика? – спросил я.

- Язык Суль, - ответила волшебница. – Здесь написано следующее: «Продолжаю поиски ассистентки,