Серый Волк (не) для Красной девицы - Светлана Малеёнок Страница 9

— А кто ты такой, что я должен давать информацию о своей хозяйке?

А вот тут все трое удивленно переглянулись. Упс! Неужели я что-то не то сказал?

— Просто позови свою хозяйку! Мы сами с ней побеседуем, — заговорила женщина мягким голосом, но при этом в ее взгляде не было теплоты. Черные буравчики глаз прошлись по дому и хозяйственным постройкам, словно посчитав их приблизительную стоимость, и остановились на мне.

— Хозяйки нет, — отрезал я, наблюдая за лицами прибывших. И снова нечитаемые выражения на них, и короткая игра в «гляделки».

— Ты в этом уверен? — подняла бровь «монашка», гипнотизируя меня взглядом. — Может, ты пропустил, как она вернулась в дом? Ну, куда беспомощная старушка могла отправиться на ночь глядя?

Сначала я хотел было сказать, что хозяйка ушла за грибами. Но тогда незваные гости, скорее всего, решат остаться здесь и дождаться ее возвращения. Ведь уже на самом деле солнце медленно, но верно опускалось за верхушки деревьев. И, как известно, в лесу темнеет раньше, а значит, ждать им недолго.

— Хозяйка ушла в город за продуктами! Сегодня она там и заночует, а придет только завтра. А может, и позже. По-всякому бывает! — я нарочито безразлично зевнул, словно мне уже наскучил этот разговор.

Женщина подъехала к своим спутникам и о чем-то с ними переговорила. Хотя почему это «о чем-то»? Я прекрасно слышал их разговор, поэтому, стараясь спрятать волчью улыбку, предложил:

— Не верите, можете зайти в дом. Но, как убедитесь, что ее нет, уезжайте. Я должен охранять ее имущество, а без хозяйки вам здесь делать нечего!

— Да, я проверю! — кивнула женщина и направилась к крыльцу.

Мужчины было последовали за ней, но стоило мне показать свои белоснежные клыки, как их рвение значительно поостыло. Женщина спешилась возле крыльца, привязав лошадь к его перилам, и вошла в дом.

Все во мне противилось, когда порог почти ставшей родной мне комнаты переступила эта опасная незнакомка. А то, что она действительно опасна, я чувствовал на интуитивном уровне. Словно разгадав ее сущность, снова вздыбилась шерсть на моей холке, а в горле родился гортанный рык.

Женщина испуганно оглянулась на меня, рассеянно оглядывая комнату. С первого взгляда было видно, что кровать пуста. Но «монашка» всё равно подошла, отодвинула занавеску и заглянула еще и в «санитарный уголок».

— Я же говорил, что хозяйки нет! — недовольно буркнул я. — Теперь вы можете уезжать!

— Да, конечно, мы сейчас же уедем, — снова заворковала женщина, и я почувствовал, что мне не понравится то, что она сейчас произнесет. — Но мистрис Жозефина должна была мне отдать одну бумагу. Я возьму ее и сразу уеду.

Я снова гортанно зарычал и оскалился.

— Никто не тронет вещи хозяйки без ее дозволения! Уезжайте!

— А если не уедем? — глаза женщины превратились в узкие щелочки, напоминающие бойницы, а ее рука легла на ручку кинжала.

— Если не уедете, я позову свою стаю! Думаю, она зубами вам лучше объяснит то, что вы не желаете понимать словами!

— Стаю? — в глазах женщины впервые промелькнуло что-то, напоминающее страх. — Так ты не…

— Пёс? Верно. Я — волк!

— Но твой хвост…

— А это, чтобы вводить в заблуждение непрошеных гостей, — усмехнулся я.

Женщина видела перед собой уверенного в своей силе и помощи стаи волка, а я же чувствовал дрожь в мышцах от хлынувшего в кровь адреналина. Волчье тело приказывало мне бежать в спасительную чащу, и лишь воля человека удерживала его на месте.

Женщина с нечитаемым выражением некоторое время сверлила меня взглядом, а затем молча вышла из дома. Довольно ловко для ее возраста вскочила в седло и, молодецки гикнув, пустила коня в галоп. Ее спутники тревожно переглянулись и, бросив на меня удивленный взгляд, последовали за своей начальницей. Сзади, догоняя кавалькаду, загремела повозка.

Подождав, пока они скроются за поворотом пыльной дороги, я бросился следом. Мне необходимо было убедиться, что эта странная троица действительно уехала подобру-поздорову, а не затаилась неподалеку в ожидании возвращения хозяйки дома. Проводив их на достаточное расстояние, я остановился, переводя дыхание от быстрого бега. И лишь когда пыль, поднимаемая конями и колесами подводы, развеялась, я повернул обратно.

В лесу я ориентировался плохо и мог находить след только по запаху. Поэтому срезать путь не удалось. Я вернулся по собственным следам, а затем поспешил к тому месту, где оставил девушку.

К счастью, с ней всё было в порядке. Я слишком поздно вспомнил, что это небезопасный лес из моего времени в черте города, и на нее вполне могли напасть самые настоящие волки! Сегодня обошлось, но я поклялся себе впредь всегда помнить об этом.

— Серый! Наконец-то! Я уж и не знала, что и думать! Я так волновалась! — Жозефина выбралась из кустов, выбирая из короткого ежика своих волос запутавшиеся сухие веточки.

— Всё нормально! Во всяком случае, пока.

— Кто это был? — в голосе девушки я услышал волнение.

— Идем домой, я всё тебе расскажу, а то уже темнеет, скоро мои сородичи выйдут на охоту!

* * *

— Да уж, похоже, им что-то конкретное нужно! Вот только что именно, я даже не предполагаю! — девушка подкинула в печь дрова и прикрыла дверцу. — Есть хочется! — вздохнула она, зябко кутаясь в старушечью шаль.

«Говорящий» желудок волчьего тела с готовностью поддакнул ей. Как оказалось, запасы продуктов подошли к концу. И поужинать нам удалось только вареной картошкой, да запить молоком.

— Были бы живы мои курочки, мы бы яичницы нажарили! — продолжала она мучить мое воображение, а мой недовольный отсутствием мяса желудок тут же отомстил мне голодными спазмами.

— А где ты вообще берешь продукты?

— Так «внучка» и приносила! А вот вчера не принесла, понадеявшись на мою смерть. А сегодня вообще не пойми кого прислала! Похоже, придется самой на рынок в город топать!

— А далеко?

— Да нет. Если с рассветом выйдем, к полудню уже на месте будем!

Я же мысленно присвистнул, решив, что так далеко я точно не пойду! Лапы не казенные, а обувки мне не положено. Утром что-нибудь обязательно придумаю!

Мы сидели прямо на расстеленном на полу одеяле и глядели на языки желто-красного пламени, с аппетитом уничтожающие тихо потрескивающие сухие поленья. А я время от времени обеспокоенно поглядывал в окно на покрасневшее над верхушками сосен зарево уходящего на покой светила. Я не знал, когда именно я в прошлую ночь превратился в человека, поэтому сейчас, как ни хотелось мне остаться со своей подругой по несчастью, пришло время уходить.

— Ну, уже поздно, мне пора! А тебе нужно хорошенько отдохнуть, насыщенный сегодня