Кречетов, ты - крестьянин, а не наследник! Том 1 - Тимофей Тайецкий Страница 88

Мне уже начинало нравится в новом мире. Боги и богини здесь были компанейскими и совсем не грозились карами. Странно, зачем их только променяли на другого.

*****

Корабль приблизился к форту Роговой очень ранним утром. Спустя почти три дня нашего путешествия.

Порт форта и близко не был таким безопасным, как гораздо более крупный порт Новгорода. Но это был второй по важности порт, к северу по реке.

Построенный из сочетания прочной каменной кладки, и округлых мягких линий известняка.

Как только я спрыгнул на берег, меня встретили не менее шести латников, которые ожидали нас. Затем пришел седьмой — крепкий мужчина средних лет, с копной черных волос, уже поседевших и коротко подстриженных.

Он был одет в хорошую кольчугу и пластинчатые доспехи, а в руке держал шлем-барбют с вырезанным на верхушке жеребцом.

— Позвольте мне сказать, — сказал Радион, касаясь моего плеча, чтобы остановить меня. Я кивнул и отошел в сторону, давая ему продолжить. Взгляд старшего воина задержался на мне, словно он искал что-то важное.

Я принял серьезную и благородную позу, насколько мог: взгляд устремлен вперед, грудь выпячена, руки сжаты у боков.

— Расслабься, парень, просто дай им сделать свою работу, — пошутила Дана, когда Радион представил нас.

— Сотник Арсений, — начал Радион, и уже выглядел недовольным, предчувствуя, что ему не понравится ответ сотника. — Молодой барон Ярослав Кречетов, мой ученик. Я хочу, чтобы он достиг форта Роговой под моей опекой. Чтобы он остался в целости и сохранности. Я думаю, таким было бы желание его отца.

Что за чушь, подумал я, наблюдая, как жрец оправдывает свою позицию таким скучным и обычным образом, как это делают привилегированные. Вся эта история об аристократах как-то сильно преувеличена.

— Я также буду сопровождать этого молодого человека согласно моему приказу, жрец Радион, — сухо решил сотник Арсений, а Радион лишь кивнул, выражая свое согласие.

Вскоре все мы двинулись вверх к форту.

Радион уже знал о том, что я хотел помиловать пиратов. Но для этого нужно было одобрение князя.

— Что, если князь откажет вам в просьбе? — приставал ко мне жрец всю дорогу.

Мы повернули в сторону форта, следуя по берегам реки Волхов. Большая река брала истоки на далеких высотах Северной Стены. Протяженный горный хребет был естественным барьером между северными территориями и княжеством.

— Только одна просьба, — настаивал я. — Ты боишься, что они предпримут что-то еще?

Моя мысль заключалась в том, что это будет еще одна попытка покушения на мою жизнь.

Радион кивнул:

— Вот о чем я. Эти головорезы вернулись в Новгород. Кто-то послал их, — объяснял он, следя за моей реакцией. Он хотел понять, что было причиной моего благородного поступка.

— Они умоляли о пощаде. Обещали мне верность.

— Вы думаете, что их слова искренни, но это не так, государь. Вы милосердны, и я это понимаю. Это отражает ваш характер. Но они преступники, на которых нельзя полагаться, — продолжал жрец, но я уже не слушал.

Черт побери, сам я был толковым мошенником. Можно ли было мне верить? Наивно полагал, что да. Все-таки, в первую очередь, себе доверять нужно.

Мне хотелось, чтоб на моей стороне было побольше людей. Тех, кто не сворачивался, когда дело доходило до личного выгоды. А не каких-то дворян, которые на первый зов князя подставят тебя, если что.

Но, собственно, кто-то же должен был поверить в этот бред?