Эра цепей - Антон Гудой Страница 80

— Так и убить можно! — отбивая удар прошипел Келеф.

— Ну так и убей! Или я тебя прибью, собака!

В подтверждение своих слов, Гидон резким взмахом меча рассек плечо оппонента, заливая горячей кровью палубу корабля. Келеф вскрикнул от боли, отшатываясь назад, но однорукий не прекращал бить, загоняя юношу все дальше и дальше в угол. И вот, очередной удар острием, быстрый, точный, такой, чтобы убить, не чтобы ранить — корабль качнулся на волнах неспокойного моря, лезвие прошло в паре миллиметров от шеи Келефа и вонзилось в доски у него за спиной. Воспользовавшись этим секундным промедлением, юноша, стиснув зубы, нанес резкий, грубый удар под углом, вонзаясь холодной сталью в спину Гидона. Мужчина, улыбнувшись, медленно опустился на колени, истекая кровью. С уголков губ побежала тонкая, горячая струйка.

— Смотри-ка, и вправду получилось. — удовлетворенно хмыкнула Фрида.

— Я его убил! — воскликнул Келеф, падая на колени перед бездыханным телом Гидона. — Он мертв!

— Ну и что? Это ведь из-за него ты попал на тот корабль. Какая тебе разница?

— Это же… Живой человек! Б-был…

Но вдруг, под тихий смешок Фриды, окровавленное тело застонало. Келеф от неожиданности отшатнулся, отполз назад, пока на спине трупа быстро затягивалась рана от меча. Сращивались прорубленные ребра, слипалась, соединялась заново плоть, всасывалась в тело потерянная кровь. Минута, и на месте ранения не осталось даже маленького шрамика, и лишь порванная ткань рубахи напоминала об ударе, который нанес Келеф. Полностью восстановившись, Гидон, опираясь на меч, стал медленно подниматься на ноги, тихо посмеиваясь:

— Молодец… Молодец.

— Вы… Психи, оба! — зло воскликнул Келеф, бросая оружие на пол. — Варвары!

— Вот как? — поджала губы, медленно кивая, Фрида, и поднялась со своего места, обходя тренировочную палубу по кругу. — Из какого же такого цивилизованного места ты вылез, мальчик? Из того, где никто не грызется за власть? Где люди не убивают друг друга из-за давно всеми забытых разногласий?

— Ну… Нет, но… — в голове юноши промелькнули мировые войны, конфликты последних десятилетий, гражданские войны… Слишком много войн.

— Где бы ты ни был, куда бы ты ни пошел, люди везде занимаются тремя вещами: трахаются, обманывают и убивают. Нравится тебе это или нет, но это часть человеческой природы, где первое — цель, второе — средство, а третье — запасной план.

— Есть и другой путь. Всегда можно договорится.

— Ты так в этом уверен? — саркастично, с ядом в голосе улыбнулась Фрида. — Мальчик, головой твоей госпожи хотели бы украсить свои ворота почти все дома Темиля, Эрцилля и Мельхии. Когда убийцы ворвутся в ее спальню, ты будешь с ними договариваться, или возьмешься за меч?

— Договариваться нужно заранее, — нахмурился Келеф, распрямив плечи. — Не допускать конфликта.

— Ты опоздал на несколько веков, увы. Договариваться уже не о чем, тагацит разделен на воинствующие стороны. Это прямая дорога, конец которой — болото. И ты можешь либо идти по ней с кем-то бок о бок, либо встать у него на пути.

Гидон с улыбкой наблюдал за развернувшимся диалогом, устраивая мечи обратно на стойке. Ему приходилось зажимать ножны под мышкой обрубка, лишь отдаленно напоминавшего о когда-то сильной, умелой руке, чтобы спрятать клинок, и потому такие вещи давались ему нелегко и не с первого раза.

— Все можно изменить.