Молчание во благо. 1 том - doditod Страница 76

— Вы думаете, что он… — Вокун подняла взгляд, встретившись с глазами матери лидера. Получив молчаливый кивок, она склонила голову в почтительном жесте и исчезла из комнаты так же быстро, как появилась.

* * *

Кейта спустился во двор, прижимаясь к стене, чтобы не попасться патрульным. Кузница была совсем близко, а рядом темнел склад с оружием. Дверь оказалась незапертой — лишь тонкая задвижка отделяла его от цели. Он проскользнул внутрь, и резкий запах угля и металла ударил в нос. В углу, на стойке, поблескивали клинки — тонкие, с изогнутыми лезвиями, третьего ранга, те самые, что Мирак выдал послушникам. Кейта схватил один, но тут же замер: у входа шевельнулась тень.

В тот же миг комнату окутала волна проклятой энергии, и из воздуха проступили тонкие нити, пропитанные силой. Они обвили тело Кейты, цепляясь за одежду, сковывая движения. Вокун возникла из темноты, словно соткалась из теней, её глаза сузились, а рука покоилась на коротком кинжале у пояса. Кейта отступил, судорожно сжимая клинок.

— Что ты тут делаешь? — её глаза внимательно пробежали по другу. — Ты так боишься, что не можешь контролировать свою ауру. Пусть у тебя нет техники, но что стало с твоим рассудком?

— В-Вокун…

— Положи оружие и пойдём со мной. Тебе стоит объяснить, что с твоим состоянием.

— «Как она смеет считать себя лучше меня?» — вспыхнула неуправляемая мысль, заставив Кейту стиснуть лезвие сильнее. Он резко окутал своё тело высококонцентрированной аурой — долгие тренировки, на которых он уверенно следовал приказам и работал упорнее многих своих бывших друзей, не прошли даром. Нити Вокун сжались, перехватывая его тело в попытке удержать, но Кейта, напрягая все силы, оттянул те, что стягивали руки, и провёл по ним клинком, разрубив на куски.

— Посмотри, какая слабая у тебя техника! Как Мирак мог дать тебе новое имя?

Он бросился на неё, размахивая мечом. Вокун уклонилась одним плавным шагом, и нити проклятой энергии вырвались из её пальцев, опутали его запястья и рванули в стороны, с трудом сдерживая яростный напор Кейты. Он почти добрался до неё, но в этот миг Вокун сплела узор из нитей между пальцами. Тело Кейты сковало мгновенно — нити стали прочнее, разорвать их оказалось невозможно. Однако и её защита не могла пробить его сопротивление. Смущённая Вокун слегка покраснела.

— Ты предатель, Кейта. Ты не получил технику не потому, что бесполезен, а потому, что у тебя нет дела, которому ты готов посвятить жизнь. Я, например… — она замялась, видя, как клинок Кейты давит на нить, готовый её разорвать, — я люблю вязать. Когда я формирую узор из нитей, сила моей техники возрастает!

Проклятая энергия в нитях сгустилась, её объём резко увеличился. На коже Кейты проступили кровоподтёки — тёмные пятна расползались под давлением, а затем всё его тело начало сжиматься. Нити впивались глубже, оставляя тонкие красные линии, которые тут же набухали кровью. Кейта вскрикнул, меч выпал из рук, звякнув о каменный пол, и сопротивляться он больше не мог.

Вокун остановилась, её взгляд оставался холодным и бесстрастным. Она не стала его добивать. Вместо этого нити стянули его ещё сильнее — не до смерти, а так, чтобы при малейшем движении он сам себе навредил. Руки оказались связаны за спиной, ноги подогнуты, грудь сдавлена ровно настолько, чтобы дыхание оставалось возможным, но каждый вдох отзывался болью. Кровь сочилась из мелких порезов, капая на пол кузницы, но Вокун не дрогнула. Она подняла его, точно свёрток, перекинула через плечо и молча направилась к поместью.

Вокун опустила его на пол перед матерью Мирака, отступила на шаг и склонила голову в знак почтения. Затем тихо, но твёрдо спросила:

— Зачем ты пошёл в кузницу? Что ты хотел сделать?

В голове Кейты крутилась одна мысль, ясная и непреклонная, словно чужой голос заглушил всё остальное: «Молчи». Сколько бы этот вопрос ни повторялся, он не мог заставить свой рот шевельнуться. Акано, задумчиво сидевшая напротив, хоть и не была погружена в мир шаманов, быстро уловила суть. Она взяла листок и острым пером начеркала несколько слов.

Вокун взяла протянутую бумагу и поняла: вопросы бесполезны. Он не ответит, даже если захочет.

— Медиум, значит, — тихо произнесла она, её голос дрогнул от осознания. — Возможно.

* * *

Солнце уже село, и вечер окутал дорогу в Канто мягким полумраком. Чёрный седан Мэй Мэй с тонированными стёклами бесшумно катился по узкой трассе, а его фары выхватывали из тьмы редкие деревья и мелькающие у обочины тени. За рулём сидел её водитель — молчаливый мужчина в строгом костюме. На заднем сиденье расположились Мирак со своей новой девушкой.

В салоне царила тишина, нарушаемая лишь ровным гудением мотора. Мирак смотрел в окно, его взгляд казался пустым, но мысли блуждали где-то далеко, в невидимых далях. Рядом Мэй Мэй слегка покачивала ногой; её серебристые волосы, чуть растрёпанные ветром из приоткрытого окна, мягко блестели в полумраке. Оба молчали, погружённые в свои размышления: Мирак думал о клане и его будущем, Мэй Мэй — о сделке, связавшей её с этим хитроумным Инумаки.

Наконец она нарушила тишину, повернувшись к нему с лёгким прищуром:

— Ну ты и хитрец, Масакадо. Так изящно заманить меня к себе домой под предлогом «посмотреть, как быстро можно вернуть деньги за браслеты»! — Она чуть наклонилась ближе, и её голос стал мягче, с игривой ноткой. — Или ты просто хотел, чтобы я задержалась с тобой подольше?

Мирак не ответил сразу — лишь уголок его губ дрогнул в едва заметной усмешке. Он не повернулся к ней, продолжая смотреть в окно, но его молчание говорило красноречивее слов. Мэй Мэй хмыкнула, откинулась на сиденье и скрестила руки, явно довольная тем, что сумела хоть немного его задеть.

Машина остановилась у ворот поместья клана Инумаки лишь спустя пару часов. Водитель вышел и молча открыл дверцу сначала для Мэй Мэй, затем для Мирака. Двор встретил их тишиной, которую нарушал только шорох листьев под ногами, когда они ступили на землю.

Мирак кивнул молодой девушке, указав на главный вход, и они двинулись вперёд. Но едва переступив порог, оказались в центре оживления клана. Среди людей мелькнула Томоэ — она быстро заметила их и подбежала ближе.

Остановившись, она внимательно