Рубиновый рассвет. Том I - Евгений Неволин Страница 71

Он останавливается перед массивной дубовой дверью с коваными полосами — замок выглядит крепким, но петли покрыты толстым слоем ржавчины.

"Склад. Возможно, там вещи пленников... Или что-то полезнее".

Его пальцы скользят по поверхности двери, оценивая прочность конструкции. Вдали грохот битвы нарастает, но здесь, в этом коридоре, царит зловещая тишина, нарушаемая лишь каплями крови, падающими с потолка где-то выше. Через узкую щель едва просачивается густая, почти осязаемая темнота.

"Если всё рассчитать правильно... Должно сработать".

Гилен прижимает указательный палец к щели. Из-под ногтя медленно сочится алый туман, тонкой змеящейся струйкой проникая в щель. Он закрывает глаза, ощущая каждую молекулу кровавого тумана - где-то в темноте, примерно в тридцати сантиметрах от двери, туман начинает сгущаться, образуя небольшое кровавое облачко.

"Достаточно".

Туманный Сдвиг срабатывает мгновенно - пространство искривляется, и Гилен переносится сквозь дверь, его тело на миг растворяется в алой дымке, молекулы разрываются и вновь собираются.

Приземлившись на другую сторону, он шатается - в глазах темнеет, голова кружится, в висках стучит адская кузница.

"Вот же демонова рекурсия ада... Побочный эффект".

Он резко встряхивает головой, прогоняя слабость. Алый Взгляд бесполезен в этой абсолютной темноте - он протягивает руки перед собой, пальцы скользят по холодной каменной стене, пока не натыкаются на металлический светильник и шершавую верёвку фитиля.

Резкий рывок - и комната озаряется тусклым жёлтым светом, отбрасывающим дрожащие тени. Обнаруженное помещение оказывается не складом. Перед ним - явно архив или кабинет. Дубовые полки, доверху забитые книгами в потрёпанных кожаных переплётах, некоторые украшены серебряными застёжками. Груды пергаментных свитков, перевязанных выцветшими верёвками, покрытые слоем пыли. Аккуратные стопки документов с восковыми печатями Инквизиции, некоторые с кровавыми отпечатками пальцев.

В дальнем углу - квадратная решётка вентиляции, достаточно широкая для взрослого человека, но перекрытая массивной железной решёткой с висячим замком.

"Интересно... Куда она ведёт?"

Его пальцы непроизвольно сжимаются в кулак. Этот архив может содержать куда более ценные сокровища, чем просто оружие или золото. Здесь могут быть знания. А знания - это сила.

Гилен замер перед решеткой, его рубиновые глаза скользят по металлическим прутьям, оценивая каждый сантиметр.

"Пролезть можно, но щит придется оставить. Рюкзак будет мешать, если не снять его и не проталкивать перед собой".

Он прислушивается к отдаленным звукам битвы - крики уже стали реже, но яростнее.

"Если меня еще не ищут целенаправленно, то скоро начнут. Инквизиторы проиграют - это вопрос времени. Нужно уходить, пока не поздно".

Быстрыми движениями он просматривает документы на ближайших полках. Пальцы скользят по корешкам, пока не натыкаются на знакомое имя - его собственное.

"Отчеты о допросах, наблюдения, списки способностей... Как тщательно они за мной следили".

Он сворачивает пергаменты в плотный свиток и забрасывает в рюкзак. Взгляд скользит по полкам в поисках той самой книги о Зар'гуле, но ее нет.

"Сайлос, видимо, забрал ее с собой. Неважно. Главное - выбраться".

Гилен снимает рюкзак, берет его за лямки одной рукой. В последний раз оглядывает щит, оставленный у стены - металл тускло поблескивает в свете светильника. Он протягивает свободную руку к решетке. Из ладони сочится алый туман, заполняя вентиляционную шахту кровавой дымкой.

Туманный Сдвиг срабатывает с характерным хлопком - пространство искажается, и вот он уже внутри узкого тоннеля. Головокружение на этот раз сбивает с ног - он прислоняется к холодному металлу, чувствуя, как Исток Крови почти опустел.

"Слишком много способностей за короткое время... Тело не выдерживает. Нужно восстановиться".

Он сидит в полной темноте несколько долгих минут, слушая собственное дыхание. Затем, собрав остатки сил, начинает ползти вперед, ощупывая путь костяшками пальцев. Каждый метр дается с трудом, но альтернативы нет - только вперед, к свободе.

Гилен ползет вперед в абсолютной темноте, где каждый вдох наполняет легкие спертым, пыльным воздухом. Его пальцы скользят по холодному металлу вентиляционной шахты, ощупывая каждый сантиметр пути. Внезапно впереди появляется слабое синее свечение.

"Ловушки... Как предсказуемо".

Рунные символы, начертанные на стенках, пульсируют тусклым церковным светом - стандартные заклятья на подавление побегов, примитивные, но болезненные.

Гилен замирает, изучая узор. Его палец медленно выписывает в воздухе кровавые знаки, вплетая алый туман в существующие руны. Свечение начинает мерцать, как умирающая лампочка, символ за символом гаснет под его прикосновением.

"Готово. Теперь можно идти".

Дальше шахта разветвляется. Одно из ответвлений уходит вниз, оттуда тянет жаром и запахом раскаленного угля. Гилен осторожно подползает к решетке и заглядывает вниз.

Перед ним котельная - огромные печи, груды угля, и старый кочегар, сгорбившийся у огня. Его спина покрыта шрамами от старых ожогов, руки дрожат над пламенем.

"Не угроза... Пока что".

Гилен отползает назад, находит относительно просторное место в шахте, где можно выпрямить спину. Он прислоняется к стенке, закрывая глаза.

"Исток Крови почти пуст... Нужно время".

Его дыхание замедляется, сердцебиение становится редким и глухим. Внутри него медленно, капля за каплей, накапливается сила. Внешний мир перестает существовать - есть только пульсация крови в жилах и тихий шепот восстановления.

Где-то далеко внизу кочегар кашляет, уголь потрескивает в печи, но Гилен уже не слышит этого. Он погружен в себя, в темноту, где единственный свет - это рубиновое свечение его собственной крови.

Гилен открывает глаза. Два часа абсолютной тишины и глубокой концентрации сделали свое дело – Исток Крови наполнился достаточно, чтобы продолжать путь. В жилах снова течет сила, пусть и не в полной мере.

Он прислушивается – снизу доносится ровное посапывание. Кочегар, похоже, задремал у печи, его сгорбленная фигура не шевелится.

Кровавый Туман стелется по каменному полу, как живое существо, скрывая каждый шаг. Гилен задерживает дыхание. Туманный Сдвиг – пространство искажается, и он материализуется в метре от старика, не нарушив тишины.

Быстро, без звука – Кровавые Когти вырываются из кончиков пальцев и впиваются в морщинистую шею. Старик даже не успевает открыть глаза.

— Хар-Гаал.

Кровь вытягивается из тела тонкими алыми нитями, наполняя Исток теплой жизненной силой.

"Старики... Их кровь уже не та. Бледная, слабая. Но лучше, чем ничего".

Осмотр территории. Алый Взгляд сканирует помещение – ни души. Только потрескивающие угли в печи да тени, пляшущие на стенах.

Меч – в правой руке, лезвие готово к бою. Левая рука – готова выпустить Когти в любой момент. Звуки битвы доносятся издалека, уже с улиц – рёв монстров, отчаянные крики людей, оглушительные взрывы.

"Инквизиторы проиграли. Теперь город – буфет для Тьмы".

Ещё одна каморка охраны – здесь он находит скудные припасы: черствый хлеб, жесткое вяленое мясо – добавляет в рюкзак. Бурдюк с