Песнь предсказателя Небес - Дао Цинь Страница 70

горизонта и остановилось у его края. Огромным красным шаром оно застыло между небом и землей. Вдруг все краски погасли, небеса потускнели, и наступила тьма. В прошлом алый, горящий шар теперь висел черной дырой. Тай Фэн обернулся на внезапный шум позади себя и увидел свое же тело, лежащее на снегу. Глаза у него были закрыты, белые одежды перепачканы в крови, а в груди зияла пропасть. Там, где раньше стучало сердце Тай Фэна, не было абсолютно ничего. Он вскрикнул, и звук, вырывающийся из горла, оборвался. Его подавлял властный, громкий голос императора. Он разбивался на десятки других таких же голосов, одновременно вторгающихся в видение: «Ты предал меня, племянник… Идущий по стопам своего отца… Тебе никогда не стать императором… Посмотри, как ты жалок, Тай Фэн… Кости всегда говорят правду, нет смысла их отвергать… Ты обманываешь себя, якшаясь с чужаком…»

Тай Фэн посмотрел на своего двойника на снегу. Губы его двигались, но голос принадлежал императору. От этого у юноши перехватило дыхание, он сжал свое горло руками и зажмурился.

Цзян Юн тряс его за плечи, попутно хлопая по спине.

– Приди в себя, ты задыхаешься!

Тай Фэн прочистил горло и затих. Его голова безвольно упала на грудь, мокрое от пота тело дрожало. Он тяжело дышал, пальцы впивались в ткань ханьфу, пробивая себе путь к ощущению биения сердца.

– Я видел… как солнце поднялось, застыло и померкло. Видел самого себя – мертвого на снегу, в груди дыра, и моими устами говорил император. – Тай Фэн откинул мокрую прядь волос со лба. – Какой ужас…

– Мне жаль, что тебе пришлось все это увидеть. Может, это все неправда? Ты ни слова не сказал про меня, был ли я в твоем предсказании? – Цзян Юн мягко трепал его по плечу с печальным выражением лица.

Тай Фэн тряхнул головой и сжал руки в кулаки. Слова императора запали глубоко в его душу, и он не мог избавиться от них, как от смолы, налипшей на подошву сапога. И тут на разум накинулся рой из слов, брошенных в него Ли Вэнем прошлой ночью. Отец погиб от рук императора. Его родная кровь была жестоко уничтожена собственным братом.

Тай Фэн поднял взгляд и посмотрел прямо перед собой. Серые глаза остекленели. Гнев охватил его.

– Я убью его… – процедил он сквозь сомкнутые зубы.

– Кого? – Цзян Юн с тревогой смотрел на друга.

– Он причина всех наших бед. Ли Вэнь поведал мне ужасную правду, но я старался ее отрицать. А теперь не могу. Когда восстала гильдия Огненного меча, мой отец повел всех в бой. Смерть свою он встретил не на пылающем поле, а в руках своего брата. Император казнил его…

– С чего бы тебе верить словам убийцы? Здесь нет никаких доказательств!

– Ли Вэнь пытался задеть меня, и ему это удалось. За несколько месяцев до моего отъезда из Гуаньсиня император уже охладел ко мне. Наши отношения испортились, он постоянно угрожал мне, что лишит звания мастера гильдии Предсказателей. – Дрожащими пальцами Тай Фэн провел по своему алому поясу. Не было сомнений, сейчас он старался сдерживать гнев как только мог. – Я не понимал, какой из моих поступков так разочаровал императора. Однако в скором времени меня посетило осознание, что дело просто во мне. Взрослея, я становился все более очевидной угрозой для его власти.

– Ты хочешь сказать, что император задумал убить тебя? Поэтому он послал убийц? – Нахмурив брови, Цзян Юн принялся перемещать указательным пальцем гадальные кости по полу. По всему его телу пробежал холодок.

– Здесь что-то другое… Ли Вэнь лишь ранил меня, собрал мою кровь в небольшой сосуд и отступил. Что бы это могло значить? – Тай Фэн остановил рукой блуждающий палец Цзян Юна и мотнул головой. – Не играй с ними…

– Почему ты все-таки веришь словам Ли Вэня? Мне кажется, тебя обманули, заставили вспыхнуть и идти на поводу у мести.

С низким, хриплым, гортанным звуком Тай Фэн рассмеялся, однако глаза его выражали печаль. Он и сам не знал, чему уже верить. Убийца говорил убедительно, как свидетель ужасных событий прошлого. Теперь время и удача окончательно покинули их, судьба повернулась спиной. Тай Фэн чувствовал себя незащищенным и ослабшим. Всего несколько недель назад он был готов искать лисицу-оборотня, покусившуюся на его жизнь, помогать Цзян Юну найти выход к началу его мира. Но теперь… Ничем не подтвержденная правда об истинной смерти отца тревожила душу и разрывала сердце на куски. А бессмертие императора… Слова Ли Вэня не выходили из головы.

– Только ты отделяешь императора от его завершения пути к бессмертию… – прошептал Тай Фэн и прищурился, всматриваясь в гадальные кости. Цзян Юн продолжал играться с ними вопреки замечанию в свой адрес. Символы на гранях костей зажглись красным и ярко мерцали. Тай Фэн мягко отвел мешающую ему руку друга и задумался. – Лунный нефрит был в моем предсказании, и мы отправились за ним. Если Небеса задумали так, чтобы в конечном счете дракон привел нас на постоялый двор и убийцы моего дяди напали на нас… А потом Ли Вэнь произнес бы те слова… Путь к бессмертию…

– Ты говоришь что-то непонятное для меня. – Цзян Юн удивленно вскинул брови и неловко поежился. – Как лунный нефрит связан с бессмертием императора?

– Если бы ты слушал, что я говорил той ночью о свойствах этого камня, ты бы понял, – с мягкой улыбкой ответил Тай Фэн и вернул кости в мешочек из алого шелка. – При соединении с тканями живого существа или его внутренностями лунный нефрит придает носителю необычные свойства.

– И все равно непонятно. Человек не может просто так стать бессмертным.

– Может. Если он уже и не человек вовсе. – Тай Фэн резко встал и принялся ходить по пустому храму. Шаги его были почти беззвучны. Он потер подбородок, и его взгляд принялся метаться из стороны в сторону. – Мы могли бы… Нет, это слишком опасно. Но если попробовать?.. И все же нет.

Цзян Юн с изумлением смотрел на это небольшое представление. Тай Фэн разговаривал сам с собой, задавал вопросы и отвечал на них. Две его стороны находились в войне друг с другом. Одна хотела совершить нечто рискованное, когда другая просто стремилась остаться в стороне и не делать глупостей.

– У нас нет другого выбора. О бессмертии расскажет только существо, познавшее это состояние. Ни один свиток не ответит на наши вопросы, и ни один мудрец не утолит жажду ответов. Цзян Юн, я не хочу подвергать твою жизнь опасности, но…

Лицо Тай Фэна исказилось от боли и неловкости одновременно. Он вновь провел пальцами по кроваво-красному поясу и быстро заморгал, всматриваясь в одну точку на полу.

– Ради отца… Мы пойдем в