Охота на мастера. Том 2 - Александра Лисина Страница 7

это не так. Осознал, что в процессе образования этой связи я коснулся его не только рукой, но и магией. Более того, на один-единственный миг между нашими магическими дарами возникло едва заметное напряжение, как если бы они пытались понять, кто из них сильнее и у кого в этой связке больше прав на лидерство…

Но почти сразу стало ясно, что сравнение не в пользу Нокса. Что я гораздо сильнее. К тому же ощущение стоящего за моей спиной тана и его незримая поддержка сделали меня увереннее. В каком-то смысле даже выше. Причем и по силе, и по чистоте крови, и по статусу, и по главенству в нашем, теперь уже общем роду.

И Нокс тоже это почувствовал. Склонил голову еще ниже, как если бы моя рука давила на него умышленно. А потом резко выдохнул и опустился на одно колено, тем самым признавая за мной право повелевать и смиряясь с необходимостью подчиниться.

У меня же после этого словно глаза раскрылись.

Услышав еще одну подсказку от мертвого родственника, я взглянул на бывшего главу службы безопасности рода Расхэ в другом спектре зрения и неожиданно увидел ту самую связь, что между нами образовалась. Как тонкую золотую нить, что протянулась от меня к нему и закрепилась где-то в районе грудины. Причем яркую нить. Живую. Настоящую. При виде которой я машинально качнулся в ту сторону, а моя аура так же инстинктивно расползлась вширь, заполонив собой комнату и словно крыльями накрыв стоящих рядом людей.

И вот после этого перед моим внутренним взором образовалась уже не просто одинокая нить — от Нокса без всяких видимых причин протянулась целая сеть таких же ниточек к его кровным родичам. Но если поначалу она выглядела бледной, ослабленной и вялой, то как только к ней мысленно потянулся я, она неожиданно ожила. Налилась светом, словно в нее вдохнули новые силы. Засияла, как покрытая росой и обласканная утренним солнцем паутина. И в мгновение ока… через Нокса… связала меня с его людьми крепче иных цепей, создав пока еще не полноценный род, нет, пока только лишь намек на него. Можно сказать, его ядро, надежную и крепкую опору, которой у меня никогда раньше не было.

Каким бы странным это ни казалось, но каждого из этих людей я сейчас воспринимал как нечто близкое и родное.

Каждому при желании мог заглянуть в мысли, узнать, чем они живут и чем дышат.

Мои кровники. Должники, хотя уже и не только.

Более того, они тоже меня почувствовали. Узнали. Захотели понять, кто я и что собой представляю. А когда я не стал им мешать и, как раньше, инстинктивно открылся, они на мгновение застыли, широко распахнув глаза, а потом шумно выдохнули и точно так же, как командир, один за другим преклонили колено.

Именно в этот момент я осознал, что отныне стоящие передо мной бойцы не просто наемники или временно полезные люди — теперь это во всех смыслах были мои люди. Мои помощники, соратники. Мои родичи, которых накрепко связали друг с другом невидимые для обычного взора узы. Причем очень крепкие узы, твердые, нерушимые, которые позволяли нам не только ощущать друг друга, но и понимать, что испытывает в тот или иной момент каждый из нас.

Самое интересное, что для этого даже усилий прикладывать было не нужно. И не требовалось произносить ни клятв, ни обещаний. Я просто знал, что ни один из этих людей никогда меня не обманет и не предаст. Знал, что любому из них можно без малейших сомнений доверить спину. Знал, что каждый из них отныне считает своим долгом служить мне так, как они когда-то служили старому тану. И точно так же знал, что и сам никогда не предам оказанного ими доверия.

Это было какое-то глубинное, пришедшее бог весть знает из каких уголков подсознания понимание, перерастающее в абсолютную уверенность.

Они теперь со мной навсегда. А я с ними.

И пусть нас было очень мало, пусть мы еще только-только привыкали к тому, что сейчас произошло, но это было. Мы все видели и ощущали это удивительное единство.

И лично меня это знание поразило до глубины души.

— Взгляни шире, — внезапно посоветовал мне все тот же тихий голос, пока я во все глаза рассматривал открывшееся мне чудо и пытался привыкнуть к мысли, что именно сейчас сделал. — Для тебя больше нет преград. Ты — сильнейший в роду. Ты сейчас как маяк, свет которого способен разогнать сгустившуюся тьму. Зажги для своих людей этот свет. Дай им его увидеть и поверить в то, что они все эти годы ждали не напрасно.

И я его послушал.

А когда перевел взгляд дальше, за стену, за пределы убежища и мысленно охватил весь Таэрин, так же мысленно обратившись ко всем тем Расхэ, что еще остались живы, то увидел, что образовавшаяся между нами сеть начала стремительно расти. По ней словно электрический ток промчался, стремительно зажигая во тьме все новые и новые точки, между которыми так же быстро и неотвратимо начали оживать кровные узы.

Один, два… девять… тридцать два… сорок восемь…

Я ошеломленно моргнул, когда к только что возрожденной родовой «сети» один за другим подключилось еще восемьдесят семь человек. Все те Расхэ, что сумели выжить. Все, кто когда-то считал себя таковым и по-прежнему оставался верным своему тану. Все, кто сохранил память о былом величии рода. Те, кто услышал мой зов и откликнулся. Те, кто захотел меня услышать. И те, для кого род был не просто словом, но целой жизнью, которую они неистово жаждали вернуть.

Признаться, с непривычки от такого количества обрушившихся на мою голову откровений у меня аж в ушах зазвенело, а к горлу подкатил комок. Но, к счастью, у меня хватило соображения… вернее, кто-то из родственников вовремя подсказал… не стремиться охватить необъятное и не касаться слишком уж глубоко эмоций и мыслей тех Расхэ, которых я так неосторожно потревожил.

Нокса и его людей я во всех смыслах признал и принял. Точно так же, как они признали и приняли меня. А вот с их коллегами это было скорее знакомство. Почти такое же, как во время обряда, только уже в реальном мире. Достаточно поверхностное. Можно сказать, предварительное. Однако и этого хватило, чтобы я, пусть и отдаленно, ощутил, какая гамма эмоций переполняла сейчас этих людей.

Недоверие… сомнение… удивление… сдержанная радость от того, что я их все-таки нашел…

Если бы эта эмоциональная волна, пришедшая