Хакер в другом мире 3: Революция - Евгений Север Страница 7

Третьего апреля шестьдесят восьмого в нескольких универмагах Франкфурта взрываются бомбы. Магазины сгорают. Зачинщиков на удивление быстро находят. Ими оказываются несколько человек, в том числе некие Андреас Баадер и Гудрун Энслин. После раскрытия их имён, данные персонажи сразу же становятся новыми кумирами левой молодёжи. Их популярность подогревает ещё и тот факт, что взрывы произошли ночью и никто из людей не пострадал. После суда всю ячейку приговорили к трём годам тюрьмы. Но потом срок скостили до одного года исправительных работ.

Тут следует подробнее рассказать кто же такие эти Баадер и Энслин.

Адреас Баадер — анархист до мозга костей. Имел привычку постоянно драться, за что регулярно оказывался в полицейском участке. Модник. Всегда пребывает на стиле и в чёрных очках. Специалист по угону автомобилей. Была такая шутка, что если Андреасу нужно приехать в соседний город, то он просто садился в дорогую машину, припаркованную у чьего-либо дома, заводил её и уезжал.

Гудрун Энслин — типичный пример отличницы, которая была вынуждена подчиняться правилам, но глубоко внутри жаждала приключений. Это тот тип фанатичных людей, которые желали изменить всё прямо сейчас, а промедление смерти подобно. Попав в Берлинскую левую тусовку, девушка стала активной участницей митингов и протестов. Именно ей приписывают мысль, что старшее поколение это создатели гестапо и СС, слов они не понимают и разваривать с ними можно только на языке оружия.

В RAF будет ещё много подобных персонажей. Как известно — сумасшедшие притягивают друг друга.

На исправительные работы этих двоих решили отправить в детские, подростковые интернаты. В послевоенной Германии такие заведения представляли их себя зрелище крайне печальное: куча детей оставшихся без родителей, собиралась в одном месте, где царили армейские, казарменные порядки. Всем на них было плевать, дисциплина там вбивалась с помощью метода кнута и паники. Неудивительно, что в подобных местах часто возникали бунты, которые приходилось разгонять силами полиции.

Решение отправить двух главных идейных вдохновителей левого движения в подобные интернаты, было слегка… странным. Вероятно, городские власти надеялись, что насмотревшись на этих озлобленных и ненавидящих всё живое подростков, Гудрун и Баадер как-то изменят своё отношение к жизни.

Что же могло пойти не так?

Ну, если учесть тот факт, что наш дуэт подкатил к воротам приюта на белом мерседесе (естественно угнанном), и притащил с собой стопки запрещённой коммунистической литературы, то дальнейшее развитие событий можно даже не угадывать. Вокруг новых вождей тут же собирается подростковая тусовка.

И в будущем, многие из этих детдомовцев пойдут до конца.

Руководству приюта активно не нравилось, что прямо у них под носом создаётся новая организованная преступная группировка с левыми взглядами. Через некоторое время, Баадера и Гудрун собрались переводить обратно в тюрьму. Но у дуэта были чуть иные планы и, узнав об этом, пара сбегает во Францию, а после в Италию.

* * *

Из Италии молодые люди были вынуждены экстренно вернуться на родину, когда до них дошли новости о том, что в Берлине протестующие во всю готовятся переходить к городской партизанской войне против властей. Но уже в Германии случается неприятность и Баадера вяжут полицейские, в очередной раз бросая того в тюрьму.

Выбраться оттуда ему помогает Гудрун и привлечённая ей Ульрика Майнхоф. В результате разработанного плана, полицейские привозят Андреаса в один из институтов города якобы для того, чтобы тот дал интервью. Само интервью заканчивается спустя некоторое время перестрелкой с полицией и побегом преступника. Именно день побега Баадера считается датой создания Фракции Красной Армии.

Вскоре, новоявленные участники группировки RAF публикуют первый программный документ. Его суть и посыл очень прост: если полиция стреляет в протестующих, протестующие имеют полное право стрелять в полицию. И на насилие со стороны государства, люди должны отвечать таким же насилием.

После рафовцы летят в Палестину, тренироваться в лагерях для боевиков. Обратно они возвращаются гружёные оружием, патронами и взрывчаткой. Досмотров в аэропортах в то время ещё нет, всем плевать. И с подобным арсеналом RAF принимается за главную задачу любого революционера — добычу денег. Где их взять? Ну естественно…

Надо

Грабить

Банки.

В последующие несколько лет группировка проводит в бегах, перемещаясь по всей стране. Попутно взрываются американские штабы во Франкфурте в ответ на бомбёжки во Вьетнаме. Уничтожаются служебные машины полиции и судей. Происходят подрывы газетных издательств. Согласно плану, группа должна была служить неким авангардом будущей немецкой революции и личным примером вдохновлять людей на восстание. Но шло время, в самом Берлине продолжались постоянные войны со стражами порядка, а вот остальная страна как жила своей мирной, тихой жизнью, так и продолжала в том же духе. Основная масса людей не спешила подхватывать идеи социализма. Данное положение дел сильно раздражало участников сопротивления и воззвания, что писала в своих листовках Майнхоф, постепенно становились всё радикальнее и радикальнее.

Немецкая полиция так же не стояла на месте. Несмотря на федеративное устройство страны, где у каждого субъекта были свои правила и законы, правоохранители смогли объединить усилия перед лицом угрозы RAF. Происходит планомерная работа с населением, объявляются вознаграждения за любую достоверную информацию о местонахождении участников группы. В целом, за весь период активности группы, полиция пройдёт очень сложный и непростой путь реформ.

Но в итоге, поймать преступников помог случай. Во Франкфурте какой-то дед шёл домой. Увидел некие мешки возле одного из гаражей с непонятной начинкой, и позвонил в полицию. Менты приехали и выяснили что в мешках находится взрывчатка. Дальше всё по канону: оцепление, спецназ, предложения сдаться и лютая перестрелка с боевиками. Силы были неравны и спустя некоторое время участников RAF берут под стражу.

Но и в тюрьме социалисты никак не желают угомониться: дерутся с надзирателями, предпринимают попытки побега, пишут и предают на волю через адвокатов призывы к революционной борьбе. В ответ на это руководство учреждения начинает применять к RAF так называемые «пытки тишиной». Это когда человека помещают в звукоизолированную комнату и через некоторое время тот начинает буквально сходить с ума. Но и это не сильно помогает, так как члены группы объявляют голодовку. И нужно отдать им должное — идут до конца. Один из преступников умирает. Ещё через некоторое время, в своей камере находят повешенной Ульрику Майнхоф.

Это событие становится большим провалом для полиции. Рафовцы и так пользовались непререкаемым авторитетом среди молодёжи, но теперь они стали чем-то гораздо большим.

Они стали легендой'.

Шухов откинулся на спинку стула и задумался. Старые маятниковые часы на стене монотонно отсчитывали минуты. Где-то внизу раздался матерный возглас на китайском — видно кто-то