На юг, на запад, на восток - Антон Ларионов Страница 65

— Тёма! Приехал!

Тарта влетела в меня, чуть не сбив с ног, и сжалась в комочек на груди. Пришлось обнимать Мы стояли во дворе, куда завели всех наших лошадей. Вместе с местной безымянной и Елисеем их оказалось уже шесть. Лень успела улечься на своё любимое место, Гнев затеял полушутливую свару со Спесью, Блуд ластился. Двоих волчат не хватало. Лошади боязливо жались к дальней от всего этого части двора. Я разжал объятья и взяв за плечи немного отодвинул от себя. Красавица, даже в этом местном дешёвом платье. Заметил за её спиной обгорелое пятно, посмотрел на запачканные копотью стену и забор.

— Все живы здоровы?

Тарта проследила за моим взглядом и закусила губу.

— Да, только дела у потрошителя в жопе.

Я вздохнул. Если она так выражается, значит всё действительно… там. Ну главное все живы.

— Помоги расседлать коней, потом всё решим.

— Ты не представляешь как я ждала этой фразы, — улыбнулась сестрёнка, метнувшись к Уступу.

Через час, мы сидели в полупустом зале и я выслушивал весь ворох накопившихся проблем. Я думал что только в нашем мире могут задолбать с проверками, оказалось нет. Чиновники конечно недолюбливали местного мэра, но тут вдруг резко стали выполнять его распоряжения. То у нас оказались обязательства по ремонту городской стены, то аналог местного санэпиднадзора получил жалобу на порченую еду, и пришлось половину дневной выпечки отдать «на проверку». То стража нехотя скрутила одного единственного буйного выпивоху. С учётом упавшего потока завсегдатаев, Сытый потрошитель работал в минус. Небольшой, но стабильный. Тарта справлялась вливая деньги из растущего, но маленького бизнеса по производству счётов, из-за чего тот рос ещё медленнее. Ротод… не мог ничего сделать. По поводу того случая со стражей он выяснил, оказалось Цирт лично пришёл к капитану стражи, и указав на «пострадавшего» Фошера потребовал разобраться. При этом пользуясь правом аристократа, буянившего он решил наказать сам, и увёл к себе в усадьбу. Через буквально пять минут тот вылетел из ворот с фингалом, улыбкой и с зажатой в кулаке монетой номиналом в одну малую ветку. Про монету выяснилось когда друзья Тарты зажали бедолагу в подворотне. Оказалось что всё это было продумано заранее. Ну кто бы сомневался? Бока ему намяли, монету отобрали, и сказали что если кто ещё согласится на подобное в отношении Потрошителя, так легко не отделается. В остальном к нам относились-ка к краснокожим. В том смысле что проблемы краснокожих шерифа не волнуют. Вот и на наши всем было пофигу. Для стражи просто Ротод был своим, а теневики не хотели терять доступ к нашему подвалу.

— Ясно, — я встал и хлопнул ладонями об стол, — Условия задачи есть, неверные решения тоже, осталось найти правильное. Я спать.

В комнате я разделся упал на свою кровать. Почему-то я не чувствовал себя дома, как раньше. Я был жутко вымотан, глаза слипались, но при этом мозг бешено работал ища выход. Я залез под одеяло и не задумываясь запустил подогрев воздуха с вентиляцией. Нужно было найти решение, а значит нужно было найти корень проблемы. Мэр не её корень, он её источник, он и до этого к нам относился так себе. Фошер? — инструмент. Хороший, качественный, но он как молоток. Им можно дом строить, а можно и головы расшибать. От последнего меня передёрнуло. Опять перед глазами встал залитый кровью зал. Я сегодня вечерние не прочитал. Они помогали. Заставив себя подняться, как был в одних брэ — местных полушортах-полутрусах, я встал лицом на восток, и стал читать молитвы. После смерти Китафа, у меня впервые появилось имя, которое я называл в отрывке «Об усопших». Ужа совсем засыпая я понял что проблема не Цирт, проблема в административном ресурсе, который он стал применять. С этой мыслью я и уснул.

Утром, завтракая приготовленным Раввой омлетом, я перелистывал свои записи по прогрессорству в кабинете, когда туда зевая вошла Тарта в одной ночнушке. Зрелище было интересным, но… В общем я уткнулся в записи.

— Оденься сходи, — сказал я не поднимая взгляда.

Сестрёнка пискнула и выскочила за дверь. Через минут десять уже в платье, бодрым шагом она снова зашла в комнату.

— Привыкла что тут утром никого, хотела бумаги посмотреть.

Я молча сдвинулся на край стола и пододвинул ей записи по текущим расходам. Может поэтому я не ощущал эту комнату своей? За те пять месяцев что меня не было, она стала кабинетом Тарты?

— Таверна пока как прежде на тебе, прости. Деньги компенсирую, у нас с собой почти два с половиной дерева разным номиналом. Я так понял основная проблема — городские власти?

Тарта пододвинула табуретку к другому краю, и вздохнув села за бумаги.

— Ага вчера опять золотари не приехали.

— Это скорее Фошер, чем Цирт. Не знаешь как там Жора?

— По словам Жмура хорошо.

Я кивнул. уставившись на архимедов винт. Это была вполне себе идея. В дверь заглянул Огль. Вовремя.

— Ты мне как раз нужен. Собирайся. Поехали.

— Куда? — непривычно жалобно спросила сестрёнка.

Как же её подкосили эти месяцы.

— Не бойся, до водонапорной башни. Два дня туда, два обратно.

Я заглянул в ящик стола, и с удивлением понял что бумаги там не больше сотни листов. Придётся экономить. Тогда дощечка с воском и всего три листа с собой. Возвращаемся в прошлое. Взяв еды, мы оседлали Кряжа с Клифом и ещё до обеда пересекли барьер. Его я увидел почти сразу как мы выехали. Раньше такого не было.

От обилия