Песочница - Ирек Гильмутдинов Страница 55

Наконец, мой взгляд остановился на трёх управляющих.

— Ром, Майя, Алатея… В течение ближайших месяцев я ожидаю, что каждый из вас подготовит себе достойную смену для текущих постов. Впереди у вас новые проекты.

— Претендент уже есть, — немедленно отозвалась Майя, и её слова тут же, с лёгкими вариациями, поддержали Рома и Алатея.

— Вейла, отныне ресторан всецело в твоём ведении. К слову, как справляется Миала? Не проявляет ли излишнего любопытства?

— Никак нет, господин. Мы проверяли дважды, как вы и наставляли. Всё чисто — не суётся в чужие дела, не пытается ничего выведать. Лишь бранится и грозит навестить ночью тех, кто халатно относится к обязанностям.

— Это в порядке вещей. Я плачу вам столь щедро, что работа должна быть безупречной. Подбери себе замену — девушку из числа своих сородичей, непременно статную. Мне весьма по душе ваша врождённая… обходительность. Если у неё имеется вожак, и она готова покинуть его, пусть скажет — я с этим разберусь.

— Благодарю вас, господин, — Вейла поднялась и склонилась в изящном поклоне.

— На этом всё. Приступайте к… — я сделал паузу, заметив, что все уже готовы ринуться исполнять распоряжения. — Стоять! Я ведь завершил очередной осколок и добыл там «кофе» — проговорил я загадочно.

Собрание замерло, уставившись на меня во все глаза. Я столько времени изводил их ворчанием о том, как мне не хватает этого напитка, что их изумление было вполне оправдано.

— Сегодня я угощу каждого из вас. А после научу правильному приготовлению. Заранее предупреждаю — продаже он не подлежит. Исключительно… вот прямо-таки исключительно для самых почтенных гостей. Кого именно, Вейла, ты и сама прекрасно знаешь.

Когда я закончил приготовления и расставил чашки, реакция оказалась самой разной: одним напиток пришёлся по вкусу, другим — не очень. Я пояснил, что кофе — приобретённая страсть, и, распробовав его, уже никто не сможет от него отказаться. Больше всех новый вкус оценил Грохотун. После того как все разошлись, он подошёл ко мне и выпросил не только научить его готовить, но и отсыпать ему зёрен про запас. Пришлось поделиться.

А затем меня ожидал неприятный разговор с Евой, которая, судя по всему, была на меня серьёзно разгневана. Вероятно, по причине моего внезапного исчезновения на три недели. Или же… может, стоит снова куда-нибудь свалить? Вот только о новых обелисках мне пока ничего не было ведомо.

Глава 17

Ответы на вопросы.

Последние дни я носился, словно белка в колесе, разрываясь между учёбой, инспекцией объектов — арены и ночного клуба — и изматывающими совещаниями со своими людьми.

Встреча с Каэлом, Элидией и Шаркусом, а затем и со всеми ими разом в ресторане, отняли уйму сил. Единственным отрадным моментом стало то, что они не чинили препон и даже пообещали содействие в поисках информации об обелисках. Подозреваю, подобная уступчивость была прямым следствием моей откровенной беседы с ректором — тот, видимо, провёл не одну ночь, убеждая их в серьёзности нависшей угрозы. Ко времени нашей встречи они уже чётко понимали, как им надлежит поступать.

Впрочем, я не питал иллюзий. Эти существа живут тысячелетия, и какие истинные планы они строят в отношении меня — оставалось загадкой. А потому следовало держать ухо востро и неуклонно наращивать собственную мощь — как в людях, так и в личной силе. Главное — не допускать, чтобы мои действия были расценены как угроза их интересам. Малейший промах — и их благосклонность сменится настороженной холодностью.

Перед самым уходом, застав их всё ещё погружёнными в мрачные раздумья, я ловко сменил тему, намекнув на пару десятков новых блюд и кое-что совершенно особенное — то, что не появится в продаже. Никогда. Даже если пол-империи предложат за рецепт. Ну, разве что за половину... Хотя нет, и тогда — нет! Если уж он император распробует, то непременно захочет прибрать к рукам весь запас. Я полчаса выслушивал как ему та стела на площади нравилась.

Вы бы видели, как они воспряли духом! Словно испили эликсир молодости, смешанный с ударной дозой адреналина. Тут же посыпались вопросы: что, как, когда? Я же лишь загадочно улыбался, сохраняя интригу. И уже стоя в дверном проёме, бросил на прощание:

— Ваше величество! А не желаете ли узнать, что это за напиток, который я не стану продавать?

— Я весь внимание, — нетерпеливо отозвался император.

— Тогда спросите лучше у вашего друга, — кивнул я в сторону ректора. — Он уже имел удовольствие его отведать.

С этими словами я стремительно ретировался, оставив за собой лёгкий хаос. Так я отомстил Шаркусу за его наглое вымогательство: он умудрился выторговать у меня обещание готовить для него каждое утро кофе латте. Простой чёрный напиток ему не пришёлся по вкусу, а вот с молоком он влюбился с первого глотка. Жук, блин, и притом ещё и халявщик отъявленный.

***

— Санчес, приветствую тебя дружище, — распахнул я дверь в его мастерскую, где воздух, как всегда, был густо замешан на ароматах старого дерева, магических реактивов и аромата цветов от свежесваренного отвара.

— Здоровее видали, — буркнул он, не отрывая взгляда от сложного механизма на столе, но тут же поправился: — Хотя нет. Не видали.

Я мельком погладил пушистого кота, мурлыкавшего на прилавке, и поставил перед ним небольшую хрустальную чашу с замороженным десертом.

— Пойдём, приятель, в подвал, — предложил я. — Покажу кое-какие дары из моих странствий.

Едва эхо моих слов разнеслось по помещению, как Джи-Джи уже замер у потайной двери, нетерпеливо жестикулируя, чтобы я поторопился.

— Вот в чём дело, — начал я, спускаясь за ним по крутым ступеням и нарочито сокрушённым тоном. — Я повидал в том мире множество диковин, но забрать их не смог. Моя сумка, понимаешь, оказалась недостаточно вместительной. Да, она стала просторнее, и сохранность вещей в ней улучшилась, но как, скажи на милость, засовывать в неё вещи покрупнее?

— Кайлос, ты круглый дурак, — безжалостно констатировал он, вместо того чтобы выразить сочувствие.

— Прошу прощения? — не понял я.

— Сейчас разжую, Кай. Разве на третьем курсе Чалмор не преподавал вам заклятье трансформации?

— Кажется, я пропустил ту лекцию, — смущённо почесал я затылок, лихорадочно пытаясь перебрать в памяти расписание. Да, те самые три недели моего отсутствия… Чёрт возьми, должно быть, именно тогда они это