Странник - Василий Седой Страница 54

в одежде больше скрывала, чем показывала, но и так достаточно, чтобы оценить: рядом со мной была красавица, а я и не заметил. Даже описывать её не возьмусь, разве что косу в руку толщиной и длиной ниже пояса упомянуть стоит, да синющие глаза на пол-лица, а так трудно сказать, что там под этим слоем одежек, но какая-то грудь все равно просматривалась.

Девица, поймав мой оценивающий взгляд, зарделась, как маков цвет. Прикольно, когда нужду при ней справлял, не стеснялась, а тут, гляди-ка, засмущалась. Чудеса, да и только.

Пока шли к княжьему теорему, немного разговорились. По словам Олэны, надо бы на возке к князю ехать, но сейчас не до условностей, да и людей в особняке нет, всех вывезли. Поэтому и так сойдёт, вот когда все наладится, тогда да, неправильно будет пешком ходить. Только хмыкнул, тут идти-то метров семьдесят, какой на фиг возок.

Город оживал, кругом была непонятная движуха, мужики поснимали доспехи и носились как угорелые. И ладно бы спешили в одну сторону, но нет, мельтешили, как муравьи.

Женщин в городе не осталось, и мы неслабо так привлекали внимание. Мою спутницу узнавали, вежливо кивали, а некоторые мужики даже кланялись, а я мучился вопросом, который уже давно не давал мне покоя. Кто же она такая, моя спутница, что не простая горожанка понятно, а вот насколько, неясно. Да и князя дядькой назвала, неужели княжна какая. Не выдержал и спросил. Оказывается, нет, боярская дочка, а вернее, с недавних пор боярыня, погибли её родные всем скопом. Не успели укрыться за стенами. Они возвращались из своей усадьбы, расположенной довольно далеко от города, и не знали о подходе татар. Вот и нарвались, их порубили невзирая на пол и возраст, в паре сотен метров от городских стен, по сути, на глазах у всего города. Наверное, ещё и поэтому горожане отказались сдаваться на милость победителей и дрались с отчаянностью обречённых.

Девчонке одной из семьи удалось выжить и то только потому, что осталась в тот раз дома из-за какого-то недомогания.

Достойно она перенесла гибель родных, да и отомстила, как могла. Всё-таки это и благодаря ей я уничтожил столько врагов. Даже вспомнилась поговорка про жену, которая будет подавать патроны. Так, вот уж и мысли куда-то не туда свернули.

Возле княжеского терема людей носилось ещё больше. Складывалось впечатление, что осада продолжается, так целеустремленно двигался народ.

Нас, оказывается, ждали и сразу проводили в довольно просторное помещение, где своеобразной подковой стояло множество столов, как я понял, обеденных.

Трапезная, наверное, какая-нибудь, немного странная, конечно, но что я знаю о нынешних порядках? Вообще ничего, поэтому и удивляться не приходится. Князь с десятком мужиков сидел почему-то не во главе стола, как я себе представлял, а на краю одного из крыльев подковы, образованной столами.

При нашем приближении народ, до этого что-то активно обсуждавший, притих и начал нас с интересом рассматривать.

Первым заговорил князь. Слегка наклонив голову набок, он неожиданно произнес:

— А вы неплохо смотритесь вместе.

Фига себе заходы со старта, и если спутница засмущалась, то я, наоборот, как-то встряхнулся, поглядел сидящих за столом воинов, задержал взгляд на молодом пацане лет десяти, которого сразу не заметил и произнес:

— Это потому что голодные и отдохнуть как следует не успели.

Народ на мгновение завис, а потом заулыбался, а князь в той же манере сказал:

— Не тушуется, молодец, — и после небольшой паузы добавил: — Садитесь, сейчас нам подадут перекусить, а нормально пообедаем уже вечером, вместе с дружиной.

Вовремя мы здесь появились, не успели сесть, как две дородные тётки начали накрывать на стол. Не все, оказывается, женщины ушли из города, кто-то остался.

Ещё во время осады обратил внимание, что народ здесь кормят довольно обильно, кашами, конечно, главным образом, но с мясом. Сейчас наблюдал за выносом блюд и задавался вопросом, откуда такое изобилие, как-то не видел здесь какой-либо живности, а стол ломится от мяса. Особенно удивило, что так много запеченной птицы, притом разной, и выпечки, разнообразие которой реально поразило. Даже не знаю, как правильно назывались некоторые булки, никогда не видел таких.

Этикетом народ здесь особо не заморачивался. Из столовых приборов не было ничего. Люди доставали свои ложки и ножи, только князю и молодому пацану принесли серебряные ложки немного странного для меня вида, больше напоминающие мини-черпачки. Уже знакомый с подобными порядками, я тоже достал свою ложку, правда, сделанную из чудо-металла. Да, староверы постарались перед моим уходом. Удивила спутница, так и не понял, откуда она достала нож и ложку, вроде сумочки при ней не заметил, как и карманов. Фокусница, не иначе.

Пищу принимали в тишине, запивая каким-то напитком вроде кваса, но с медовым привкусом, притом не хмельным. Про себя подумал, глядя на горы еды: если это лёгкий перекус, то что тогда здесь будет на обед? Несмотря на обилие мясных блюд, народ с удовольствием поел и поднадоевшую за последнее время кашу. Я тоже стесняться не стал, на славу покушал, даже слегка с перебором.

Когда народ насытился, князь начал задавать вопросы: откуда я тут взялся, из какого рода-племени происхожу и что планирую делать дальше, могу ли изготовить такое же оружие, как есть у меня? Заставил он меня крутиться как ужа на сковородке с ответами на эти вопросы, даже устал слегка языком молоть. Чего только не наплел, на ходу выдумывая, но отбрехался с горем пополам. Я чётко понимал: если бы не помог отразить нападение, притом настолько мощно, вряд ли мне удалось бы так легко отделаться. Очень уж недоверчиво на меня глядел князь, с подозрением.

А вот когда он спросил, чем я собираюсь заниматься дальше, я своим ответом поставил окружающих в ступор:

— Домой вернуться возможности нет, поэтому, наверное, буду искать место в лесах подальше и готовить убежище. Надо же как-то пережить следующее нашествие, отбиваться-то нечем, все истратил в прошлый раз. Да и татары в этот раз подготовятся получше.

Поначалу повисла тишина, а потом народ загалдел весь и сразу. Князь остановил волну возмущений, задав очередной вопрос:

— Почему ты считаешь, что они вернутся, вон же как получили? Без малого тридцать тыщ здесь потеряли.

— Вернутся обязательно и в силах мощнее. Не могут они не вернуться, если оставят, как есть, все их объединение рассыпется. А людей они найдут и приведут ещё больше, и катапульт притащат, — ответил я. Немного подумал и сам спросил:

— Вот скажи, княже, когда они придут,