Дети, сотканные ветром. Часть 3 - Артём Ерёмин Страница 40

Несмотря на страх, кучерявый вьюн ехидно улыбнулся и получил тяжёлую оплеуху от капитана.

— После всего, что произойдёт, слуга, как и Седая Пряха, будет нам благодарен, — сказал опричник. — Не советую мешаться под ногами, когда начнётся заварушка… Скоро там?

Тем временем библиотекарь зашёл по колено в воду. Его руки бродили по дну, точно выискивали рыбу.

— Терпение, терпение… Весьма искусные чары. И право, некрасиво получится, если вход в тайное убежище Кагорты раскроет какой-нибудь недоучка из рос.

Старик кряхтел от усилия, и ему в такт замерцал янтарь под стёганкой. Лев запахнул её плотнее. Всё-таки если опричники не беспокоятся о наличии блюстителя у Есении, то не стоит их искушать сильнее.

Вода перед библиотекарем забурлила. Из глубины пруда поднималось нечто большое. Сперва появилась металлическая крыша, потом иллюминатор и уже вся герметичная кабинка.

— Транспорт подан, судари, — нервно хихикнул старик.

С последней встречи библиотекарь будто одичал. В чертах лица едва узнавался тот образованный муж из газетных вырезок.

«Неужели его так изменила охота за отцом?» — подумал Лев.

В нетерпении библиотекарь отворил дверь и приглашающе замахал остальным. Опричники, подпирая со всех сторон ребят, загоняли их внутрь кабинки.

— Я княжна Коркунова! — Есения попробовала последний козырь. — Мой дедушка разозлится, если вы втянете нас в ваши разборки.

— Составьте нам, благородным сынам, компанию, княжна, — ничуть не удивился капитан. — Уверен, дедушка одобрит вашу помощь в поимке главного преступника на Осколках.

— Он не позволит никому ставить меня в опасность.

— О, госпожа, вы мало знаете про своего деда. Он неоднократно рисковал семьёй, и однажды это ему аукнулось.

— Что? — остолбенела Есения. — О чём вы говорите?

Она сама догадалась, о чём шла речь. Один из опричников поднял её в кабину, и она безвольно подчинилась. Княжна забилась в дальний угол. Льву хотелось к ней, но капитан придавил его рядом с собой.

Кабинка была не рассчитана на такое количество пассажиров и особенно на то, что те будут в полном военном обмундировании.

— Как говорится, в тесноте, да не в обиде., — рассмеялся библиотекарь, закрывая плотно дверь. — Однако, прошу, дышите через раз.

Рывками кабинка тронулась с места и начала своё погружение. Кто-то выпустил к потолку крохотного винтового летуна. Зажужжал пропеллер, и в шаре, который он нёс, пошла химическая реакция. Свет озарил изношенные внутренности и проблемную герметичность подъёмника. Струйка воды пробивалась через крохотную трещину в корпусе прямиком на волосы Вия. Вьюн выглядел больше недовольным, чем испуганным.

— Судя по изменившемуся давлению, — библиотекарь прочистил мизинцем оглохшее ухо, — на такую глубину даже водяной не заплывает.

Есения шмыгнула носом, она сдерживала слёзы. Неподалёку Клим пытался прикусить дрожащую губу.

«Каким же дураком был, когда позволил им пойти», — корил себя Лев.

Он хотел что-то сказать приободряющее, но конструкция опасно завыла, и трубочист неосознанно сжался в ожидании, когда внутрь подъёмника хлынет вода.

В тесноте кабинки его взгляд упёрся в своё искривлённое испуганное отражение в зеркале на груди капитана опричников. Вдруг ноги ослабели, и голова пошла кругом. Его будто засасывало внутрь зеркального овала.

— Ну-ну, мальчуган, — предостерёг мужчина, переворачивая зеркало. — Ты мне ещё пригодишься. Так это его Вылко нагулял на Дальних Осколках?

— А? — библиотекарь сперва не понял сути вопроса, но вскоре старательно закивал. — Он самый. Оттуда именно.

Библиотекарь глядел на Льва так, словно хотел передать ему собственные мысли. Вероятно, ему известно о трубочисте куда больше прочих, и он утаил сведения от своих новых друзей.

— Раз Кагорта выставила мальчишку как приманку, значит, и на ловушки сподобилась.

— Разумеется, ваша честь. Придётся несладко. К тому же появление кромешников сбило планы.

— Ты думаешь, чинуша, будто я поставил на нашу братию все козыри. На станции Изымяречной собрался ударный отряд опричнины. Все козни Кагорты и крыс тайного советника мы снесём подчистую. Если для того, чтобы добраться до Миазмов понадобится попортить Трезубец, то мы камня на камне от него не оставим.

— Ох, ваша честь, башня многие века стоит. Требуется сила, гораздо превосходящая ту, что можно найти в арсенале опричнины.

Капсула дрогнула и изменила направление. Все разговоры оборвались.

«Они сами боятся», — смекнул Лев.

— Будьте готовы разить, — отдал приказ капитан, когда давление внутри спало. — Нас могут поджидать.

Когда двери отворились, один из опричников выставил наружу раскатружье. Оно потрескивало в нетерпении. Первыми вытолкнули ребят. Они оказались на мостике небольшого колодца, как раз для того, чтобы влез подъёмник. Вода не просачивалась в просторный зал из-за чар или же по непонятным Льву законам физики.

Четверо опричников, запустив по механическому светлячку, осматривали место, спрятанное под прудом. Кроме новоприбывших, никого не было видно.

Подростков вверили под охрану библиотекарю.

— Отпустите нас, — тихо взмолилась Есения. — Вы с моим дедушкой часто общались в высшем свете.

— Простите, ребятишки, вы нужны мне. Один я не боец, да и эти бравые вояки вряд ли справятся.

— Мы вам помогать не намерены.

— Я и не рассчитывал, княжна. Однако имея под рукой сына главаря Миазмов, мои убеждения обретут вес. Будь моя воля, то вас, княжна, я бы отправил первым поездом под опеку дедушки. Теперь же обратной дороги у вас нет, лишь я способен управлять подъёмником. И чего скрывать, княжна: ваше присутствие очень упростит мне разговор с Кагортой.

— Тогда зачем вам мы? — спросил Вий.

— И ты, патлатый, сослужишь пользу. Проверим, будет ли Кагорта швыряться убийственными чарами, когда есть шанс попасть в собственного ученика.

— С