Духолов - Виктор Ступников Страница 4

Душевно так.

Я уложил плошку с дрожащим внутри духом в сумку, обернул мягкой ветошью, чтобы не стучала при ходьбе, закинул сумку на плечо и вышел из амбара.

Я втянул носом запах. Поверх всего накатывал тяжёлый дух свежего хлеба от пекарни Густава, и я невольно сглотнул. Он будет благодарен за сухой подвал. Надо было подумать насчёт скидки на ржаной.

Я пошёл по знакомой дороге к лавке Велеса, обходя лужи и тощих облезлых кур, которые рылись в грязи у забора с таким видом, словно искали ответ на главный вопрос мироздания. Плошка в сумке мягко пульсировала теплом.

Впереди ждала спокойная работа в мастерской под запах свежей стружки и, может быть, Велес даже окажется в настроении и покажет тот приём подрезки волокон, который обещал показать уже третий день и каждый раз откладывал, потому что трактирщица Зоя опять присылала за ним мальчишку с напоминанием о долге.

Лавку Велеса я услышал, ещё не дойдя до поворота. Из-за угла донёсся деревянный грохот, словно кто-то опрокинул шкаф, следом прошел жалобный звон глины, а сразу за ним зычный голос мастера, который я узнал бы из тысячи.

Прокуренный бас Велеса умел в одном предложении дважды помянуть всю родню до седьмого колена и закусить это перечислением имён местных духов. Такие связки природа генерирует один раз и навсегда.

Я ускорил шаг, завернул за угол и оказался перед знакомой дубовой дверью с криво вырезанным знаком Колодца. Знак этот сам Велес нанёс, когда-то играючи, после третьей кружки медовухи.

Из-за двери неслась канонада: мат мастера набирал обороты, обретая всё новые слова, часть из которых, я был уверен, Велес сочинял прямо на ходу.

Я толкнул дверь и остановился на пороге.

Мастерская выглядела так, словно по ней прошёл медведь — тот самый, камчатский, что безуспешно ловил бабочку, только этот был покрупнее и держал в лапах сачок.

Длинная полка с готовыми болванками валялась на полу, светлые деревянные заготовки раскатились по всей комнате. Перевёрнутая табуретка упиралась ножками в стену рядом с осколками глиняной миски, в которой вчера была каша. Пучки сушёных трав, которые Велес развешивал под потолком для просушки, оказались сбиты на верстак, и тот теперь был завален крошевом из мяты и зверобоя.

Сам Велес был невысоким. Жилистый мужик лет пятидесяти с лишком, с красным носом бывалого выпивохи и пальцами в мелких шрамах от резцов. Он сидел на высоком верстаке, забравшись на него с ногами, и обеими руками прижимал к груди двухлитровый глиняный кувшин с медовухой.

Прижимал крепко, самозабвенно, и всем видом давал понять, что с кувшином расстанется последним. Тогда, когда в мастерской уже ничего другого не останется разносить.

А посреди этого погрома метался здоровенный парень в расстёгнутой рубахе. На голову выше меня и в полтора раза шире в плечах, с мокрыми от пота русыми волосами, прилипшими ко лбу.

Он носился от стены к стене с огромным сачком на длинной рукояти. Я опытным глазом отметил оснастку: армированная рама, двойная сетка с медной нитью и тяжёлым противовесом на конце.

Громоздкая штука, бесполезная в закрытом помещении. Парень замахивался ею так, будто рубил дрова, и каждым взмахом сшибал со стены очередную связку заготовок или сухих трав.

Под потолком метался объект охоты. Крошечный, с напёрсток размером, Дух Посудного Звона. Он сверкал и верещал на высокой ноте, летал зигзагами, рикошетя от стен, тянул за собой тонкий серебристый след и каждый раз, пролетая мимо чего-нибудь глиняного или стеклянного, заставлял это дребезжать и трескаться.

Я прислонился плечом к дверному косяку, сложил руки на груди и стал смотреть. Классический тетерев на току — перья распушены, глаза горят, хвост раскрыт веером, а толку ноль.

Велес заметил меня первым. Лицо его просветлело, и он ткнул трясущимся пальцем в сторону парня с сачком, перекрикивая грохот.

— О, Лука! Слава богам и их дедушкам! Знакомься, это Бран, твой новый напарник. Второй подмастерье, мать его за ногу. Умоляю тебя всеми святыми, сделай с ним что-нибудь, пока он не снес нам несущую стену!

Напарник? И на кой он мне сдался? Конкурентов и так полные Щепки. А тут еще один нарисовался прямо у меня под боком.

Парень сбился с шага, опустил сачок и обернулся ко мне. Он тяжело дышал, рубаха на груди потемнела от пота, с волос капало, и при этом он улыбался широкой улыбкой счастливого идиота. Такая бывает у собак, когда они разносят весь дом и не понимают, что их сейчас будут ругать.

— Здорово, Лука! — Бран махнул мне свободной рукой, забыв, что в ней сачок, и рукоять с гулким стуком ударила по балке под потолком. — Ты же Лука, да? Я Бран! Я почти поймал эту блестящую дрянь, смотри, она уже устала, сейчас я её…

Дух Посудного Звона, словно услышав его слова, спикировал вниз, на бреющем полёте прошёл над столом мастера и с разгону вмазал в любимую кружку Велеса.

Это была старая глиняная посудина, потемневшая от заварки, с отбитой ручкой и выцарапанным на боку непристойным словом, и Велес берёг её как память о покойном учителе.

Сейчас она подпрыгнула на столе, тонко звякнула и рассыпалась мелкими осколками. Велес перевёл взгляд с осколков на Брана, прижал кувшин крепче и закрыл глаза.

Бран почесал затылок рукоятью сачка и виновато пожал широченными плечами.

— Ну… Почти.

Я тихо вздохнул, снял с плеча сумку с плошкой, аккуратно поставил её в угол у двери, подальше от зоны поражения, и начал неспешно, по-деловому закатывать рукава рубашки. Перед глазами привычно всплыл золотистый текст, и я скользнул по нему взглядом, даже не сбавляя темп.

Обнаружен: Дух Посудного Звона (Редкость: Эхо)

Семейство: Резонансные, подвид Бытовой.

Повадки: Труслив. Ищет укрытие в глиняных и стеклянных предметах. Резко реагирует на громкие звуки.

Состояние: Испуган. Вероятность поимки при текущем уровне Ловкости: 98 %.

Девяносто восемь процентов. Задачка для первого дня обучения.

Я даже позволил себе усмехнуться. Дух был мелкий, напуганный, загнанный в угол бестолковой погоней Брана, и ловить его следовало проще простого: подождать, пока он выдохнется и сядет на ближайшую кружку, а потом накрыть плошкой.

— Спокойно, мастер, — я поднял ладонь в сторону Велеса. — Бран, брось сачок. Сейчас я покажу тебе, как работают профессиона…

Бран послушался мгновенно. С солдатской исполнительностью и полным отсутствием какого-либо понимания момента он разжал пальцы. Тяжеленный сачок с дубовой рукоятью, армированный железом и медной сеткой,