Серый Волк (не) для Красной девицы - Светлана Малеёнок Страница 33

— Может, кто подаст руку пожилой женщине?

Вперед шагнул капитан гвардейцев, тот самый, что зачитывал нам приказ Его Величества и что так мужественно повел себя перед лицом… ужасным лицом.

— Прошу вашу ручку, мистрис!

— О! Какой галантный кавалер! — довольно проскрипел голос Жозефины. — Нравишься ты мне, смельчак. Да и вообще, нравишься ты мне! Пожелаю-ка я тебе, пожалуй, жену красавицу, да умницу, детишек здоровых, да дом — полную чашу!

От лица «одаряемого» словно кровь отхлынула, так он побледнел, бедняга. Но затем он, наоборот, зарделся, как маков цвет, и принялся рассыпаться в благодарностях.

Как я понял, здесь благословение колдуньи дорогого стоило, так как лишь только Жозефина протянула мне большую корзину с наспех собранными травами да запрятанной под них косметикой для «превращения» девицы в старушку, тут же оживились рядовые гвардейцы, наперебой загалдевшие, предлагая поднести вещи ведуньи. Видимо, в надежде заслужить такое же пожелание, что перепало их командиру.

Капитан грозно рявкнул на подчиненных и обвел их суровым взглядом. Я же со всей осторожностью взял из ее рук корзину, поудобнее ухватив за ручку зубами, и важно направился к лестнице. Идущая следом ведунья остановилась и бросила через плечо:

— А вам, служивые, желаю служить верой и правдой своему королю, да слушаться командира! И да прибудет с вами богатырское здоровье, мужество и неуязвимость в бою!

Благоговейное молчание было ответом на пожелание их странной пассажирки.

— Уважаемая, — наконец отмер встречающий нас господин, — а кто это с вами? Странная какая… ик, собачка!

— Это не собачка, зачем обижаете моего верного фамильяра, милейший? Это волк — оборотень!

Розовощекий господин еще раз громко икнул и выкатил глаза.

— Ик… Об… боротень?

— Да, вы все верно услышали! — Жозефина была неподражаема! Она поднималась по лестнице с видом королевы, ну, очень пожилой королевы. Но, тем не менее, ее осанка и гордо поднятый подбородок словно давали понять, что она здесь не гостья из милости, а как минимум весьма важная персона!

А я думаю, что, просто увидев дворец, Настена вспомнила про свой такой же, оставшийся в другом мире, и на миг почувствовала себя снова принцессой, будущей его хозяйкой.

Я поравнялся со «старушкой», и мы одновременно посмотрели друг на друга, причем взгляд у нее стал грустный-грустный. Я был прав, Настена ненадолго почувствовала себя как дома. Но, как бы то ни было, она держала себя так, как и должна себя держать сильная, уверенная в своих силах ведунья.

Мы уже были на самом верху лестницы, когда из высоких тяжелых дверей пулей вылетел щуплый мальчонка в ливрее лакея и, переводя испуганный взгляд с одного из нас на другого, остановив его в конце концов на Жозефине, прокричал:

— Госпожа колдунья! Пожалуйста, поспешите! Принцу совсем плохо!

Глава 25

Мои вопросы и чьи-то планы

Жозефина

Оформление дворца оказалось шикарным! Хотя, пожалуй, даже слишком. Куполообразные своды потолка терялись где-то в невообразимой вышине, отчего становилось совсем уж неуютно. Несмотря на то, что всю свою жизнь, не считая двух месяцев с небольшим, я прожила во дворце, в этом же я чувствовала себя маленькой песчинкой, что, конечно, уверенности мне вовсе не прибавляло.

Поэтому я старалась не смотреть вверх, а сконцентрировалась на необычных, расписанных различными сценами из жизни монарших особ и двора, изображений. Тщательно разглядеть их не получилось, потому что дворецкий поспешно вёл нас к покоям принца. И сейчас я уже была не так уверена в успехе нашего с Серым предприятия. То, что сначала показалось удачным способом спрятаться от моих преследователей, сейчас виделось опасной авантюрой. Ведь если я не смогу вылечить принца, ничто не помешает его отцу приказать казнить ведьму-неумеху! И хорошо, если мои палачи не вспомнят про костёр!

— Вот мы и пришли, мистрис Жозефина! — дворецкий изобразил некий намёк на поклон, а я, уже было собравшаяся указать прислужнику на его место, вовремя прикусила язычок, вспомнив, кто я сейчас.

Стоявшие на посту охранники распахнули передо мной двустворчатую дверь, и я шагнула внутрь на вдруг переставших меня слушаться ногах. Справа мне в бедро ткнулся нос волка, и я немного воспряла духом, вспомнив, что не одна. Я опустила на Серого взгляд, и тот мне подмигнул. Необычно было увидеть подмигивающего хищника, и я невольно хихикнула, забыв, где нахожусь, тут же наткнувшись на возмущённый взгляд нашего провожатого. Я же изобразила, что покашливаю в кулак, и взгляд мужчины смягчился.

— За мной, пожалуйста, — сделал он приглашающий жест и снова пошёл впереди нас, хотя пусть и в огромной спальне я вряд ли могла бы заблудиться.

Наверное, все кровати правящих особ в любом мире выглядят примерно одинаково, и кровать принца не стала исключением. Она находилась на небольшом возвышении из трёх ступеней и была накрыта белым кружевным балдахином.

Рядом с ней толпилось, по всей видимости, несколько представителей светил медицины. Разряженные в пух и прах пятеро мужчин, эмоционально размахивая руками, галдели, словно встревоженные галки, и что-то пытались друг другу доказать.

Из их одновременных выкриков было сложно понять, о чем спор, но кое-что я все же разобрала. Один из них кричал, что нужно промыть желудок принцу, второй же настаивал на клизме.

Мы остановились позади спорщиков от лица медицины, и я заметила нетерпеливый взгляд, брошенный на меня дворецким. Прочистив горло, я обратилась к своим «коллегам».

— Господа! Позвольте узнать, в чём причина недуга Его Высочества?

Но спорщики меня даже не услышали. Я бросила на Серого растерянный взгляд, и мой волк тут же пришёл мне на выручку, громко и от души завыв прямо в спальне принца.

Высокие потолки с готовностью подхватили волчий вой, и тот, отразившись от куполообразных сводов, вернулся, заставив испуганно съёжившихся господ подпрыгнуть. Они растерянно заморгали и ошарашенно уставились на волка. Один из них пришёл в себя быстрее прочих.

— Кто позво…

— Я позволила, — перебила я его исполненным достоинства голосом. Возможно, я и переборщила, но, с другой стороны, пренебрежение мужчин-лекарей к низкородной старухе-женщине можно перебить именно таким тоном, но никак не заискивающим. — Это мой фамильяр!

— Ведьма! Ведьма Жозефина! Это та самая ведьма! — послышалось со всех сторон.

— Итак, что за недуг у Его Высочества? — повторила я свой вопрос, стараясь, чтобы и голос не дрожал, и вид у меня был уверенней.

— А разве их величества не посчитали нужным ввести вас в курс