Эффект Гоблы. Книга 1 - Елизар Ветров Страница 32

Бодрой походкой, особо никого не таясь, шел к опушке, чтобы потом через засеянные поля добраться до сельского домика. Возможно, там найдется хоть какая-то еда и вода.

Как только вышел на более открытое пространство, прижух и стал двигаться заметно медленнее, еще и рюкзак то и дело неприятно бил по пятой точке. Заветный домик показался, а слева от него был небольшой сарай, откуда слышался натужный рев.

– Хмм, там, наверное, крестьяне держат скотину. Может, вода имеется, пусть и техническая, – подумал я, решив обследовать постройку.

Источников света нигде поблизости не было, поэтому быстро проскочил в полуоткрытую дверь. Под крышей меня встретили огромные белки глаз животного, внешне похожего на корову. Только рога у него были не только в привычных глазу местах, а еще на подбородке, спине и даже ногах. Эдакий еж, который, судя по болтающемуся вымени, давал молоко (или как оно называется в этом мире). Мне не очень хотелось касаться выпирающих рогов, но стоило рискнуть ради… бадьи с водой.

Да-да, посреди хлева стояла большая емкость с мутной водой. Конечно, ни о какой чистоте или гигеничности не шло и речи, но это явно лучше, чем засохшая кровь на теле.

Поэтому я аккуратно прислонил рюкзак у входа в хлев, запихнул туда же клинок, и аккуратно приблизился к бадье.

– Охххх, наверное, первый раз в этом мире я по-настоящему купаюсь, – расслабленно бурчал я, – От меня небось воняло на километр, и местные хищники просто боялись подохнуть от такого стойкого аромата.

Прохладная вода приятно остужала тело и разум, что пытался понять – что делать дальше и кто я вообще такой в этом мире. Мозг или сознание явно принадлежали человеку, изнеженному цивилизацией и годами мирной жизни. Но я был помещен в тело бесжалостного существа, что привыкло грабить, насиловать и убивать.

– Может, это не мир вокруг ненормальный, а просто я хватаюсь за человечность, которой здесь просто нет?, – вдруг пронзила мой разум мысль.

А ведь и правда, за все время жизни тут я не встретил ни одного доброго существа. Люмия не в счет, уверен, что у нее есть какие-то свои планы на сверток. Шэк… он был слишком странным и загадочным. У таких типов могут быть мудренные слова, и целый Ашан скелетов в шкафу. Так…может здесь норма жизни вот такая?

От размышлений о жизни паскудной меня отвлек шум на улице. Я только начал активно соскребать с себя запекшуюяся кровь и грязь, как на пороге показался сгорбленный в три погибели мужик, что совершенно не обратил внимание на рюкзак и, волоча ноги по полу, прошел в дальний угол комнаты. Там послышался непонятный шум, и вот он тащит что-то похожее на ведро в сторону своей животины. Я вижу, как зерна наполняют широкую кормушку, а вот мужик на меня ноль внимания. То ли не видит в темноте, то ли прекрасно видит, но старается не будить лихо.

Как бы там ни было, он высыпал корм, молча развернулся и вышел на улицу.

– Что… это сейчас было…, – недоумевал я, – Может, он слепой?

Дождался пока шаги удалятся, и стал активно работать руками, очищая тело. Не знаю, сколько прошло времени, но под хруст челюстей скотины купаться было даже как-то интересно.

И вот я вылез из бадьи, пожелал корове приятного питья после мои процедур, презрительно посмотрел на свою набедренную повязку, и пошел к выходу голышом, на забыв натянуть самодельную перевязь с когтями-металками

– Думаю, найду здесь что-то эдакое, во что можно завернуться, – подумал я.

Аккуратно обошел дом, и заглянул в единственное окно, а там… мужик сидел на полу, уткнувшись в маленькую кроватку.

Эта сцена меня просто убила на месте.

– Точно… это же тот дом, где… девочка…монстр, – метались мысли в голове, – Отец… дочь… кроха.

До мозга только доходило то, что я уже чувствовал сердцем, которое сейчас едва не выпрыгивало из груди. Убитый горем отец рыдал, даже не подозревая, что стало с его дочуркой.

Инстинктивно достал из рюкзака небольшую куколку. Побрел к деревянной двери, и постучал своими кулаками.

Минуту ничего не происходило, а потом послышались шаркающие шаги. Дверь медленно отворилась, и мужик красными глазами сначала посмотрел вдаль, потом опустил взгляд на меня. А я держал в ладони куклу, и как мог более дружелюбно протягивал ее отцу.

Тот буквально оцепенел… а потом в его глазах появилось такое безумие, что я просто отшатнулся от этого человека. А он кинулся на меня с настоящей яростью берсерка. Я уклонился от первых двух ударов, а третий припечатал мне прямо в лицо.

Тело отбросило, я упал в дорожную пыль и, не успев подняться, получил жесткий удар ногой. Меня буквально скрючило пополам, я не мог дышать.

А удары все сыпались и сыпались, казалось, это будет длиться вечно. Но вот все затихло, а я подбитым глазом рассмотрел мужика, что отошел к плетню, и что-то взял в руки.

Он медленно побрел ко мне, а я руками пытался нащупать когти в ткани. Пальцы плохо слушались, но удалось быстро достать два.

Мужик подошел ко мне максимально близко, держа в руках вилы. Вот он поднимает древно над собой, чтобы нанести последний смертельный удар.

– Может, лучше так?, – пронеслась стрелой мысль, – Может, я заслужил это все?

Но резко животная ярость поглотила меня, и отключила рефлексию в голове. Я уворачиваюсь от вил, и вгрызаюсь в ногу мужика. От вскрикивает от боли, и пинает меня здоровой. Я снова в полете, но теперь контролирую все вокруг.

Ноги касаются земли, а в руках два черных когтя. Жду, пока противник полностью повернется ко мне, а затем изо всех сил бросаю сначала один, а следом и второй. Не дожидась результата, бегу в сторону от него к своему рюкзаку, чтобы достать единственное настоящее оружие – кинжал. Краем глаза вижу, что оба снаряда достигли цели, слышу вскрик боли. Хватает каких-то мгновений, чтобы добежать до сундука, и выхватить рукоять холодного оружия.

Буквально жопой чую опасность, и кувырком ухожу вправо, где росла какая-то высокая трава. Там быстро принимаю стойку, и бегу к мужику, что секунды назад хотел насадить меня на вилы.

Уворачиваюсь от неловкого тычка, и всаживаю кинжал в живот по самую рукоять. А затем, насколько хватает силы, тяну кинжал в сторону. Отскакиваю от цели, и оцениваю обстановку.

Вдруг мужик резко заваливается вперед, и