Из Тьмы (Арка 5) - Добродел Страница 283

— А ты забавный, — поднявшись с тумбочки, вымолвила повелительница мёртвых, что за время их короткого обмена репликами как-то незаметно умудрилась уничтожить крупный — с две мужские ладони — пряник. — Но… ты можешь верить сам себе, но как тебе поверить мне? — тонко улыбнулась она, поманив Неймана за собой. — Однако не беспокойся, мой предательский друг, мы ещё превратим твою ложь в истину, — ставшая отчётливо недоброй усмешка обнажила белые зубы. — Ведь что иное, как не искусство некромантии, помогает одновременно уничтожить врагов и завести друзей?

Разведчик, может быть, и хотел бы воспротивиться, даже понимая, сколь ничтожны его шансы против Мастера-тейгуюзера. Но чужой контроль над его телом не оставлял даже тени иллюзии, поэтому его-не его ноги размеренно несли бьющегося в беззвучном и бессильном ужасе предателя за новообретённой хозяйкой.

* * *

С удобством развалившись на мягком кресле, я краем сознания наблюдала, как объект проходит очередной созданный и залитый в его разум, хех, ивент. Ну, и одновременно с этим со скуки напевала песенку из прошлого мира, что, как показалось, хорошо подходит к ситуации:

— …Дети, внимание!

Тише смех…

Негромко и мелодично, с эдаким налётом лирики, мурлыкала я, наблюдая за тем, как Нейман в очередной раз убеждается, что никто не узнает о том, если он решит подставить ненавистную поработительницу.

— …Я голос тьмы. Я создан болью…

Мужчина сильно боялся, он тщательно и всеми известными способами перепроверил информацию. Естественно, модель предусматривала только отрицательные ответы на все запросы об опасности. Поэтому сознание марионетки само отвечало на все каверзные вопросы, следуя переданному ей сценарию.

— …и кое-что

Принес для всех

Из груди вырвав это с кровью…

И, естественно, несмотря на подспудный страх, навеваемый подсознательной памятью о предыдущих попытках, предательская душонка, почуяв шанс, решила проявить вероломство.

Пришлось опять проигрывать ролик крушения всех ожиданий и надежд неудачливого иуды. Благо его менять не нужно, объект и сам успешно корректирует все шероховатости. Ну, или не замечает их, будто находясь в кошмаре. Что, в общем-то, недалеко от истины.

— …И с этим сердцем властен я

Прийти в ночи, закрыв вам веки

Я буду петь, для вас друзья

Пока на небе ярко светит

Сердца свет!

Чужая надежда постепенно сменялась опасениями, те — пришедшим им на смену страхом, что в свою очередь постепенно переходил в липкий ужас и вязкую безнадёгу.

— …Они приходят к вам в ночи

Отродья, Вурдалаки, Бесы

Когда луна в окно стучит

Они под одеяло к тебе лезут…

Ну, а потом, в отличие от кошмара, ужас перешёл не в пробуждение, а во вполне натуральную пытку. И как с сестрой, когда благодаря эмпатии я легко нащупывала все её самые чувствительные местечки, легко понимая, какой подход вызывает у неё наиболее положительную реакцию — так и с Нейманом точно знала, что делать для максимально, хех, яркого результата. Даже более того: его нервные окончания, энергетика и в некотором роде мысли с эмоциями находились в моей власти. В такой ситуации и полная бездарность сумеет сыграть на струнах натянутых нервов, извлекая гармоничную мелодию страха и боли, перемежаемую хрустом ломающейся под этим гнётом личности.

— …Они приходят к вам в ночи

И ваши слезы кротко собирают

Когда луна в окно стучит

Где слёзы в вены мне переливают…

Тихо хрипящего немёртвого заметно потряхивало, глаза его вращались и смешно выпучивались, а из их уголков обильно текли слёзы. Учитывая тот запредельный уровень боли, что испытывала жертва, сейчас он должен был орать, а вместо слабого потряхивания корчиться в ломающих кости судорогах; да и текли бы, пардон за физиологические подробности, у него из разных мест далеко не только слёзы. Но так как мне не хотелось наблюдать подобное представление, рискуя потревожить охрану или, тем более, обонять ароматы мочи и экскрементов — объекту было запрещено дёргаться, орать (что с ослабленными связками проблематично), пускать слюни и гадить (здесь я опять подстраховалась, попросту зарастив технологические отверстия трупа).

— …Я голос тьмы, что создан болью

Я приберёг для вас, для всех

И кое-что принес с собою…

Вот страдание стало постепенно смещаться в сторону безумия, и когда личность окончательно рассыпалась, я остановила процедуру…