Из Тьмы (Арка 5) - Добродел Страница 268

— Прелестно! Тогда обсудим новую версию произошедшего вчера, — с таким видом, будто и не было никакого обмена угрозами, чуть ли не заворковал мужчина, в эмоциях которого читался азарт охотника, увидевшего редкую и ценную дичь.

— Внимательно вас слушаю, господин Нейман, — отвечаю, мысленно прикидывая, не дошли ли до здешних холодных краёв столичные скабрёзные байки о связи некой некроманси с министром Сайкю, командующим Будо, Онестом и даже Императором, что активно циркулировали во Дворце и среди сопричастных дворян сердца Империи.

Или это байки Кея. Те, что про меня и его доставшего всех папашу? Этот мог и поделиться «жареными фактами» со своими «новыми приятелями». Ну, получит он у меня, если так! Я ему ещё того незадачливого влюблённого паренька с северо-востока припомню!

— Просто Нейман, если вы не против.

— Тогда и вы зовите меня по имени.

Спустя некоторое время, когда мы вдвоём с моим новым «другом» обсудили все тонкости, которые можно обсудить на чужой территории, даже коснулись неких беспорядков в Скаре, о которых в общих чертах успели телеграфировать в региональный центр. Я знала намного больше — в конце концов, местные террористы, убийцы северян, а также ряд иных фигур являлись моими живыми марионетками, которые всего лишь считали себя свободными — но послушно удивлялась, напрягалась, облегчённо выдыхала и благодарила за ценную информацию.

Ну а помимо общения мы ещё, по мягкому настоянию мужчины — скорее, Нейман считал, что подвёл меня к собственному решению — выпили всю довольно объёмистую бутылку весьма недурственного вина. Гм. Он, что всерьёз планировал подпоить Мастера Боя? Забавный человечек. Ведь иных действующих веществ, помимо алкоголя, судя по ощущениям гасящего отраву организма, в вине не содержалось.

Или он просто следовал типичной схеме «ухаживаний»? Или нечто иное?

Хотя… какая мне разница?

В общем, покидала я немного поддатого, а оттого чуть хуже себя контролирующего разведчика. По лицу и поведению этого, конечно, не скажешь, но контроль эмоций у него просел, так что по мере общения я смогла отследить его реакции на ряд ключевых фраз. Против себя же сыграл, хех. И да: нам будет, о чём поговорить завтра. Определённо будет. Так что терзаться догадками и включать паранойю — смысла нет.

Что до распространяемых нами с Кеем порочащих слухов, мы с шутником быстро поправили тональность этого дела и стали петь о том, будто среди похитителей присутствовали завербованные агенты, которые вот прям почти-почти были готовы вмешаться. А мы по неосторожности влезли чуть раньше и их убили. Даже такие герои, как мы, иногда ошибаются, да. Отчего и состоялась беседа с не обрадованным таким поворотом Нейманом, которого мы, такие поспешные в выводах и действиях, ещё и грязью облили.

Но теперь все во всём разобрались, и всё стало хорошо. Аллилуйя!

Бандюков, пусть и якобы работающих на разведку, никто не жалел, так что история вошла в разряд курьёзных. Разве что жертвы похищения и их родственники остались недовольны медлительностью местных разведчиков, о чём не стеснялись заявлять. Но так как никто из похищенных не умер и даже, в сущности, не пострадал — особенного ожесточения в их словах не имелось. Поверили нашей байке, конечно, не все; однако даже в глазах не поверивших местный главшпион стал тем, кто нашёл управу на двух могущественных столичных воителей, что так-то ничуть не меньший камешек на положительной чаше весов его личной репутации.

Потом, ближе к ночи, мы встретились с наместником, который, как я и предполагала, не мог не услышать о громком похищении и отметившихся в спасении дворянских детишек воителей из столичного отделения Службы разведки. Этот разговор ничего нового не принёс. Пожилой (или, вернее, уже старый) аристократ — девяносто лет, как-никак, причём не таких, как у Будо, который внеранговый воитель, а вполне честных, как для Ученика, получившего свой ранг давным-давно и отнюдь не для сражений — встретил нас тепло и с интересом. Но с первого взгляда заметно, что ему приходилось напрягаться, дабы сохранять концентрацию и достойный уровень живости мысли.

По разговору было видно, что человек он, может, и не выдающийся, но достаточно умный и хваткий. В принципе, он мог бы успешно продолжать тянуть регион в более спокойное время. Но не сейчас, когда разразившаяся с бывшим вассалом война стала финальным выражением накопившихся проблем, своеобразной верхушкой айсберга, что пусть и бросается в глаза, однако по факту является лишь малой частью громадной ледяной глыбы. Ещё и окружение его… шакалы, иного слова просто не подобрать. Воруют, как в последний день, но для теряющего хватку Йозефа — именно так зовут наместника — рисуют исключительно благолепные картины. А у того уже нет ни сил, чтобы проверить, взять за глотки самых наглых, и растерзать их в устрашение и назидание остальной стае, ни, в общем-то, и желания.

Старость, слабость и стремительно приближающаяся смерть толкают в болото равнодушия.

Короче говоря, если убрать все славословия, вежливые реверансы и прочую шелуху, то наши столичные мандаты подтвердили и подкрепили отдельным распоряжением, формирование добровольческого подразделения тоже разрешили, причём не в размерах полка, а вполне себе дивизии. Раздухарившийся и разозлившийся — с небольшой толикой моего влияния — на «наглых варваров, что уже чуть ли не до резиденции наместника добрались!» глава региона и разрешение на корпус подписал бы, лишь бы «наподдали наглым дикарям». Но документы на корпус я, по многим причинам, просить не стала.

И так, как ответственное за организацию добровольческой дивизии лицо, получила временное и формальное — ведь рулить ею напрямую всё же не буду — но генеральское звание.

Когда наместник нас отпустил, мы с Кей Ли ещё немного пофланировали по территории — моя «орбита» неизменно пересекала столы с закусками, некоторые из которых просто просились в рот — приняли несколько приглашений на танцы (Кей с удовольствием, я из необходимости) и спустя час наконец-то покинули этот не предназначенный для таких, как мы (или я, напарник выглядел вполне довольным), праздник жизни.

* * *

На следующий день я, в приподнятом настроении щурясь на лучи выглянувшего солнца, отправилась в резиденцию центрального управления Службы разведки по региону прямо из отделения телеграфной почты. На почте я отправила своё послание о приказе на формирование Красной — в честь Мастера Джона — добровольческой дивизии, в которую, став костяком, поверх коего будет нарастать «мясо», войдут все желающие из солдат и офицеров погибшего генерала, ныне пребывающих под стражей. Отсюда и хорошее расположение духа.

Ну, и из-за некоторых иных, вполне ожидаемых, но всё равно