Волчий клан 2 - Валерий Муллагалеев Страница 25

Каждая лапа заканчилась костяной косой величиной с лопасть вертолета. Халазия издала дребезжащий клекот и подняла многочисленные лапы, словно столовые приборы над блюдом в ресторане.

В следующий миг косы обрушились на мечущихся по арене волколаков. Краем глаза я увидел, как одного волколака в третьей форме перерезало пополам. Коса взметнулась вверх уже окровавленная, блеснула в лунном свете.

Халазия быстрым змеиным движением изогнула шею и подхватила остатки тела зубами. На нее бросился волколак, но когти соскользнули с покрытой слизью кожи, не причинив халазии вреда.

Вид убитого собрата стал для меня последней каплей.

Меня дернуло назад, грудь выгнулась колесом. Уши заложило от рыка — не моего, а того, что рвался из Ядра.

Я увидел, как грудную клетку залило алое сияние, сквозь мышцы и кости просвечивал пульсирующий сгусток.

Первый волк вырвался из моей груди.

Состоящий из Ярости, с алыми контурами, он напоминал своим видом астрального волка, но был обычных размеров. Из моей груди за ним тянулась такая же алая цепь, пристегнутая к пылающему ошейнику.

Волк без раздумий ринулся вперед — по мере его удаления цепь удлинялась.

На пути волка попалась малая хаотическая тварь, и он разорвал ее плоть зубами, словно та состояла из папье-маше. Не он — я. Я видел его глазами и чувствовал песок под лапами.

Это был лишь разведчик.

Мои глаза закатились — невозможно держать их открытыми, когда в сознание стучится целая стая.

Я открыл глаза, но уже в образе волка. Второго, третьего… десятого!

Астральные волки выпрыгивали из ядра и разбегались по арене, соединенные со мной алыми цепями.

Сначала голова шла кругом от обилия разных картинок от каждого волка, но с каждой секундой я обретал все больше контроля. В какой-то момент я отпустил это состояние и растворился в гамме ощущений.

Вперед, Жоряныч!

Я бросился на халазию. Астральные волки успешно рвали неподвластную обычным зубам плоть, но были слишком малы для такой громадины. Как минимум мне удалось отвлечь халазию, но не она была моей главной целью. И даже не Челищев… пока.

Последний волк вырвался из моей груди. В общей суматохе я направил его в противоположную сторону — к воротам на нижние этажи арены.

Астральные челюсти сомкнулись на стальной решетке. Я ощутил вкус кислый металла, словно лизнул батарейку. Стальной прут раскалился, между зубов потекли струйки дыма.

Я выгрыз отверстие и шмыгнул внутрь, побежал по коридору вниз.

Ориентируясь на запах, я отыскал камеры, где сидел Репей.

Выстрелив в меня пару раз из арбалета, охранники убедились, что это не помогает, и бросились врассыпную. Я не стал их догонять.

Стоп. Кроме одного. У охранника-механика была бородавка на ноздре. Этого я запомнил и пройти мимо не мог.

Коротко и без сантиментов перекусил ему горло в прыжке.

Это доставило Ядру мгновенное удовлетворение — Ярость всколыхнулась с новой силой, из груди вырвалось еще два волка.

Одного я придержал рядом с собой для защиты. Глянул на себя со стороны: двухметровый мужчина с подкрученными гусарскими усами стоит у стены, выпятив мускулистую грудь. Глаза закатились, руки распростерты в стороны, тело окутывает алое сияние. Последнее было хорошо — я защищен от магии.

Что-то орал сверху Челищев. Однако он был за магическим куполом — я был недосягаем для него так же, как он для меня.

Тем времен я добрался до камеры Репея. Он с другими контрабандистами сидел за решеткой. Увидев волка, он не испугался и торжествующе ухмыльнулся в усы, тогда как остальные отпрянули.

— Экий ты зверюга странный! — воскликнул он. — Ключи у…

Он осекся, когда я перекусил висячий замок на двери.

Выбежав наружу, Репей показал мне, где каземат с порохом. Я чувствовал местонахождение и без него, по едкому сладковатому запаху, от которого у человека болит голова и появляется тошнота. Запаха бил меня по обостренному восприятию, но я сейчас был совсем не человек.

По пути Репей жестами стал объяснять мне, что надо открыть еще одну дверь. Я укоризненно посмотрел на него, скосив голову набок. Он спохватился, хлопнул себя по лбу и сказал голосом:

— Прости, все никак не привыкну, что это ты, а не… Короче, там ружья.

Я уже догрызал замок.

Вскоре вся компания контрабандистов выбежала с ружьями наперевес. По коридорам метались охранники, трубя тревогу. Тех, кто попадал в поле зрения, подкашивали дружные выстрелы.

Вдруг вспыхнул слепящий голубой свет, по стене побежала изморозь. Двое контрабандистов превратились в ледяные статуи. Из-за угла выглянул дежурный маг.

Я со всех лап сорвался в его сторону.

Он подкараулил меня на повороте и выпустил из ладоней волну холода. Она обтекла вокруг моей морды, словно поток обычного воздуха. Я состоял из чистой Ярости, и иммунитет был максимальным.

Маг вскрикнул, когда я набросился на него.

Под руководством Репея контрабандисты начали перетаскивать бочонки с порохом. Он вошел во вкус, поторапливал, зыркал по сторонам в поисках охранников, воинственно дергая стволом ружья из стороны в сторону. Вот тебе и купец!

Меня дернуло болью, когда халазия ударила косой по симпатической цепи, соединяющей меня с одним из волком. Связь оборвалась.

Глазами другого волка на арене я нашел того, что остался без цепи.

Он не исчез. Покрутил головой слегка обескуражено, а потом с рычанием бросился в гущу схватки, прорываясь к ногам халазии. Мой пацан!

Халазия продолжала буйствовать и раскидывать волколаков, но всё больше отвлекалась на тех, кто доставлял ей реальную боль, то есть на астральных волков, то есть на меня.

В какой-то момент она заинтересовалась одинокой человеческой фигурой, стоявшей на другом конце арены. Она издала противную трель, от которой у меня засвербило во всех ушах, и подползла поближе ко мне.

Взметнулась длинная многосуставная лапа, коса на конце блеснула в свете луны. Халазия бросила лапу в мою сторону, намереваясь насадить меня как на шампур.

Сбоку на лапу кинулась серая тень. Трехметровый волколак сбил траекторию удара, вцепился зубами в хрящ под суставом.

Окрас шкуры был мне знаком — Зверодан. Все-таки превратился в третью форму!

Тот факт, что он сознательно защитил меня, позволял надеяться, что он сохранил человеческий разум.

Я почувствовал гордость за него. И тут же меня подхлестнуло другое чувство — надо спешить, не то всё это будет напрасным.

Я направил волков подальше от своего тела и атаковал халазию с другой стороны. Сработало. Халазия переключилась на них, забыв о странном человеке и даже о Зверодане, которого зашвырнула как мяч в другой конец