Семеро по лавкам, или "попаданка" во вдову трактирщика - Алёна Цветкова Страница 23

Вместо Егорки моим порученцем стал Ванюшка, а младших детей мы сажали у моих ног, за стойкой, и присматривали за ними вдвоём.

Легче всего, как ни странно, гости приняли запрет приносить с собой угощения. Оказалось, в этом мире это тоже вполне обычная практика. Тут даже не пришлось никому ничего доказывать. Чаще всего достаточно было одного замечания, чтобы глиняная посуда с местными лакомствами исчезла со стола.

Я не обольщалась: к ночи она всё равно оказывалась пустой, но зато и наши запасы, оставшиеся ещё от Трохима, тоже потихоньку истощались. А я стала думать, как улучшить качество угощений — некоторые из них явно нуждались в доработке.

Проще всего оказалось добавить очистки углём и ароматизировать блюда сухими листиками сушмита, тех самых кустиков, которые росли у нас в горшках. Благо этого добра — и угля, и листьев, у нас было в избытке. Обновлённые угощения пришлись по вкусу гостям. Появились даже свои любители, приходившие к нам из города специально, чтобы попробовать наши новинки.

Мои доходы выросли довольно значительно. Каждый день я получала не меньше десяти монет… А однажды, когда к нам заявилась компания молодых людей, решивших отметить какое то торжество, я заработала двадцать пять монет.

Однако, несмотря на платный вход и обещанный бесплатный завтрак, купцов, желающих переночевать, у нас по прежнему было мало. Обозы проходили мимо, комнаты пустовали. И я сломала голову, как привлечь их внимание.

Это сейчас наш трактир на пике популярности в Ламане из за удачной рекламы. Но надолго ли хватит этого ажиотажа? Я уже слышала, как глашатай повторял наше объявление от имени других трактирщиков. А это значит, идея привлекать горожан, давая им мифологическую возможность встретить гнома или эльфа, вышла в тираж и скоро перестанет работать. Зачем тащиться за город, если то же самое можно получить в двух шагах от дома?

Надо было сосредоточиться на своей идее, привлекать купцов блюдами из разных стран, давая им шанс на короткий миг вернуться домой из длительного путешествия. Но с этим вышла неожиданная проблема — Авдотья. Она уже почти пятнадцать лет работала кухаркой, но не умела готовить ничего, кроме яичницы, жаркого, пирогов с капустой, картошкой и яблоками, похлёбки и теперь вот картаровского бурачника…

Нет, она даже не была против научиться, но поди найди наставника для полукровки! Во первых, никто не возьмётся учить полудраконку. А во вторых, во всём Ламане имелся только один человек, который знал о местной кулинарии больше, чем Авдотья. Он работал поваром у главы города и ни за что не взялся бы учить кого то на стороне.

Можно, конечно, пойти к нему поваренком и через двадцать лет безупречной работы получить доступ к его секретам. Но, во первых, повар уже стар и может столько не прожить. А во вторых, я не могу ждать двадцать лет.

Трохим, видимо, думал так же…

Вот потому за столько лет ничего другого, кроме привычных блюд, в трактире и не подавали. Впрочем, по словам Авдотьи, и в других трактирах тоже. Но меня то такой расклад не устраивал.

Раньше мне нравилось ужинать в крохотном кафе на десяток столов рядом с моим банком. И там меню обновлялось каждый месяц: что то убирали, что то добавляли, поэтому еда никогда не была скучной и однообразной.

А сама я готовить не любила. Нет, я могла, конечно, предложить идею чего нибудь простенького, тех же зелёных щей из детства или пиццы, например, но мне было страшно. Я и так показала себя слишком странной, слишком не такой, как раньше, и Авдотья до сих пор смотрела на меня с подозрением.

Идеальный в наших условиях выход подсказал Егорка. Я сидела за столом в пустом зале и уныло смотрела на кучку из семи монет, всю нашу вчерашнюю выручку. Не зря я ждала и боялась такого финала: популярность нашего трактира пошла на спад. Ещё немного, и мы вернёмся к прежнему: один два гостя, не успевших попасть в город до закрытия ворот.

— Мам, — Егорка плюхнулся рядом, — ну чего ты так переживаешь?! Радоваться надо. Вон сколько деньжищ заработали. Теперь можно ничего не делать и жить припеваючи.

Я вздохнула… Заначку Трохима мы так и не нашли, хотя перевернули весь трактир вверх дном. Вероятно, он так и делал, просто пропивал всё заработанное до самой последней монетки, не думая о будущем.

— Можно, конечно, — не стала спорить. — Но тогда ты никогда не будешь богатым, женишься на такой же нищей девушке, у вас родятся семь детей, а потом ты напьешься и повздоришь с каким нибудь гостем, который окажется из наёмных убийц. И он воткнёт в тебя нож… Ты именно так хочешь прожить свою жизнь?

Сын на миг задумался, а потом покачал головой:

— Нет, не хочу… И Анушке ж надо хорошего жениха найти. А кто на нищую девку позарится? Только такой же нищий…

Он вздохнул и, кивнув на семь монет, разложенных полукругом, предложил:

— А может, снова дать объявление? Если в прошлый раз получилось гостей привлечь эльфами и гномами, значит, и сейчас получится…

Я покачала головой:

— Уже не получится. Сейчас все так делают. Нам просто повезло быть первыми. Надо придумать что то другое… Вот если бы мы могли подавать купцам то, что напомнило бы им о родине, то они пришли бы к нам… Помнишь, как вышло с картаровским бурачником?

Сын кивнул и наморщил лоб.

— Но для этого надо знать, как и что готовить, — я вздохнула. — А ни я, ни Авдотья не умеем… А чтоб научиться, надо ехать в столицу и потратить много лет… Ты уже вырастешь к этому времени.

Он снова кивнул… Подумал немного и выдал:

— Так, может, у купцов и спросить? Ну, они то точно знают, что готовят у них дома. Пусть расскажут нам.

Гениальная идея Егорки понравилась всем. И мы с воодушевлением взялись за её воплощение.

На следующий же день, с ура пораньше, мы помчались в город, к городскому писарю. Купцы все грамотные, читать писать умеют, значит, можно повесить растяжку над дорогой, где будет написано, что в нашем трактире можно получить скидку в пять монет за рецепт из другой страны.

Писарь за одну монету нацарапал на листке бумаги несколько слов. Местные буквы оказались похожи на таракашек с множеством ножек, гуляющих в цветах. Я даже подумала, что писарь посмеялся над неграмотной трактирщицей и просто нарисовал глупую картинку. Но купец, которому мы показали листок, прочёл именно то, что нужно…

Оказалось, буквы