Коронация пешки - Оксана Кас Страница 2

Хотя Аюн о маркетинге знала гораздо больше Хару.

Хару выбрал направление и университет преимущественно из-за знакомства с профессором Чу Хёнсоб, который преподает на кафедре маркетинга в Hanmin. Во время записи выпусков «Книжной симфонии» он хорошо разрекламировал этот профиль обучения. Во-первых, в Корее это направление пользуется спросом. Быстрорастущая экономика, все хотят обогнать конкурентов, поэтому в маркетинг вкладываются не меньше, чем в производство. Во-вторых, Хару начало казаться, что ему это подойдет. Сочетание методичной аналитики рынка плюс важность креативных идей, с которыми у него проблем нет. Возможно, есть и другие профессии, которые ему подойдут, но Хару уже выбрал направление.

Для него это — взвешенное решение, а для Аюн — практически мечта. Она уже точно знает, что ее интересует больше всего, какие дополнительные предметы она хотела бы взять, даже есть «проекты мечты».

Они так разговорились, что забыли про свою задачу — следить за огнем и кастрюлями на печи. Из-за этого бабуля, которая подошла ко времени, когда пора снимать блюда с огня, смотрела на них ну очень многозначительно. Поговорить уже нельзя…

Стоит отдать должное — Аюн симпатичная. Это не кукольная красота айдолов, она просто привлекательная девушка. Но — классический «ботаник». Учится в классе А, где обычно собирают учеников с самыми высокими оценками. Следит за собой, но почти не умеет делать макияж, в чем упомянула в разговоре. Они затронули тему быстро растущей косметической отрасли и Аюн призналась, что ей было бы сложно там работать, потому что для нее большая часть наименований декоративной косметики — какой-то инопланетный язык, так что, если ей нужен макияж — она идет в салон красоты. Одевается, по всей видимости, тоже без прицела на «модно» и «дорого». У нее длинные волосы, но она ходит либо с косичкой, либо с хвостиком — это Хару увидел в ее социальных сетях.

Когда бабуля увидела, что Хару вообще просматривает социальные сети Аюн, она тут же начала нахваливать девушку. С особым энтузиазмом подключился и Хансу — помнит же, хитрюга, как весной они всей семьей посмеивались над ним и его школьной подружкой.

Хару препираться с ними не стал — все равно бесполезно. Никакого флирта между ним и Аюн не было, они просто приятно поболтали. Он обещал себе не заводить никаких отношений до конца контракта и это обещание намерен исполнить. Да и… Аюн — не та девушка, что будет терпеть парня-айдола, который не может сходить на нормальное свидание, постоянно занят, да еще и выступает на сцене в тесном контакте с другой красоткой. Ему самому было бы сложно принять, что его девушка с кем-то так танцует, даже если бы он ей доверял и понимал, что это — просто работа.

Но контактами они обменялись. Уже на следующее утро после Чхусока Аюн отправила ему мем про работу маркетологов. Смешной.

* * *

В пятницу утром Хару вернулся в общежитие, где уже потихоньку собирались остальные, только Шэнь приедет ближе к вечеру — не так-то просто купить билеты, когда все азиаты сначала едут домой на главный осенний праздник, а потом спешат на работу.

Полноценного расписания на пятницу не было — вечером собрание, чтобы обсудить выпуски шоу, а до этого момента можно просто тренироваться. Но они не спешили в агентство, хотя вернулись еще утром. Сидели в гостиной и болтали. Разговор, как правило, возникал о том, что кто-то что-то вычитал в интернете. Но после короткого обсуждения все снова возвращались к телефонам и планшетам.

О хорошем говорили, но больше о неприятном. После публикации решения суда хейт по отношению к Чанмину и Black Thorn никуда не делся, люди продолжали обсуждать случившееся. Прошло уже больше месяца, но это все еще оставалось главным поводом для интернет-сплетен. Ситуация, конечно, стала получше, чем в самом начале, но про нее пока не забыли.

В такой период вряд ли кто-то захочет сотрудничать с группой, это чувствуется по тому, какие комментарии наиболее популярны: парни-то, быть может, и талантливы, но какие-то они подозрительные, проблемные.

Хару читал преимущественно про себя. Всю прошлую неделю ему было некогда разбираться, что именно он «натворил» своим стримом, к тому же, слова Минсо о том, что это никому не навредило, его успокоили. Но сейчас… Он считал, что поступил опрометчиво.

В его монологе не было ничего преступного. За такое не требуют выгнать из группы, подобные заявления не раскалывают общество на два лагеря, да и свою репутацию Хару не испортил. Он никого не обвинял и не врал, просто поделился тем, что его беспокоило. Вот только в его же культуре, корейской, не принято о таком говорить настолько откровенно. Частично благодаря его откровенности с фанатами и получилось добиться того результата, на который надеялись аналитики: это сплотило фандом, группе начали сильнее сопереживать, убедившись, что они «тоже люди». Хару, если говорить клишированными фразами, «показал свою уязвимую сторону», пусть даже вовсе не для того, чтобы его пожалели.

Но стоило сделать это аккуратнее, не так прямолинейно. Вот в субботу, на приеме у господина Со, он смог говорить так, чтобы прямые ответы прятались в мишуре красивых и совсем не обидных фраз. Для корейского менталитета именно так — правильно, а говорить в лоб — это слишком грубо.

Поэтому сейчас у Хару возникло чувство стыда. Не настолько сильное, чтобы самому хотеть публиковать рукописное извинение за свое поведение, но все же ощутимое. Его извиняет то, что он был в очень нестабильном психологическом состоянии — после аварии Чанмина прошел всего месяц, а тут еще концерты, сплетни про Юнбина, потом приговор Чанмину, просьба Минсо из-за проблем с инвесторами… Он еще относительно сдержан был, учитывая обстоятельства. Но все равно неприятно, мог бы то же самое сказать как-нибудь… метафорично…

— Хару! — постучал му по плечу Тэюн, тем самым выводя из состояния задумчивости.

— А? Прости, я задумался немного.

— Мы тут обсуждали концерты, — сказал Тэюн. — Там положительные отзывы, вроде все довольны, но мы вспоминали, у кого какие косяки были. Ты не знаешь, нам дадут запись с камер?

Хару нахмурился: он не спрашивал об этом.

— Если хотите — я могу попросить, наверняка должна остаться запись хотя бы одного концерта… но я не совсем понимаю — зачем? Я и так скажу,