Hydrargyrum - Снежная Страница 195

в любом случае понадобился бы «посредник», просто не столкнись я с ней, это был бы кто-нибудь другой. Однако Грейнджер оказалась достаточно талантлива и буквально поглощала знания о магии во время каждого разговора. Интересно было подавать ей всё новые идеи, тем более что ваши наследники чистокровных родов меня откровенно разочаровали. Честное слово, я был куда лучшего мнения о старых родах Британии. Намного лучшего, но увы. Разве что близнецы Уизли хоть что-то собой представляют на фоне прочих, а вот остальные, включая слизеринцев со всеми их претензиями — прямо скажем, тоскливое зрелище. Хотя на первом курсе есть пара перспективных студентов, но там ещё учить и учить. Вот и приходится работать с магглорождёнными, за неимением выбора, так что можно сказать, что я её обучаю. И если тебе от этого станет легче, профессор, готов поклясться, что не собираюсь причинить ей вреда и не имею на её счёт каких-либо недобрых намерений. Я бы куда охотнее работал с кем-то из выпускников, но нынешний возраст не оставляет богатства выбора. Опять же отвечая на невысказанный вопрос, о том, что она дружит с «Тем-самым-Избранным», я узнал далеко не сразу, и мне сие неинтересно. Скорее, пока от этого одни проблемы — она тратит слишком много лишних сил, пытаясь его защитить и вразумить, как на мой взгляд.

— Откровенно, — помолчав, оценил Люпин.

— Как и договаривались. И теперь встречный вопрос — почему ей вообще приходится этим заниматься? Я так понимаю, вы с отцом Поттера были друзьями, и ты считаешь себя поэтому обязанным ему. Почему ты не позаботился о нём раньше, например, год назад? — спросил маг прямо. Пришла пора задавать вопросы самому.

— Потому что ничего не знал, — помолчав, ответил Люпин, что явно далось ему нелегко. Лицо у профессора помрачнело, резче стали видны ранние морщины. — Когда всё произошло, все друзья погибли, я просто… отошел в сторону, когда остался один. О Гарри мог позаботиться и Дамблдор. Да и в конце концов, ни один нормальный человек всё равно бы не доверил годовалого ребёнка оборотню. Несколько дней в месяц я себя почти не контролирую, и если бы в этот момент мы остались наедине… Мне бы потом только повеситься и осталось. Потому я ушел.

— И что же изменилось с тех пор, раз ты вернулся? — спросил маг. О том, как Римус в этом случае учился в школе, он спрашивать не стал. Очевидно, что заражение ликантропией произошло уже позднее.

— Есть одно зелье, совсем новое изобретение, — ответил Люпин после небольшой паузы. Похоже, и он не привык делиться подобными секретами и разговаривать на эту тему. — Не отменяет превращение полностью, но позволяет сохранить таким, как я, разум в полнолуние. Рецепт сложный, ингредиенты дорогие, я бы себе позволить его не смог, но директор предложил его как часть платы за работу здесь. А ещё тут я смогу защитить Гарри.

— Он мог отыскать тебя и год назад, а школа бы получила вменяемого профессора вместо «гениального писателя», который по своей же лекции на вопрос ответить не способен, — справедливо заметил Арчибальд, вспомнив рассказы Грейнджер об уроках защиты. — А Поттер не проводил бы каждые выходные в лазарете, потому что его очень старается «спасти» полоумный нелюдь.

— Я могу лишь предполагать, — негромко произнёс оборотень. Его явно мучило чувство вины. — Возможно, год назад угроза не была столь очевидной. Возможно, это разумная предосторожность — само моё нахождение здесь уже большой риск, и я это понимаю не хуже прочих. Не говоря уж о расходах. Директор, что бы о нём ни думали, весьма прагматичный человек, и взвесив всё, он мог счесть, что это было слишком опасно. А может, он не мог меня найти — я давно уже скрывался ото всех, и от волшебников, и от обычных людей. Но сейчас, когда Блэк рядом, а то и не он один, приходится выбирать меньшее зло, то есть постоянное нахождение оборотня рядом с сотнями детей.

— Кстати, этот Блэк — настоящий? — уточнил маг. — Действительно Сириус Блэк? И остальные тоже. Я кое-что слышал о вашей компании, так что ты точно должен знать, не самозванцы ли они.

— Если бы всё было так просто. Бродяга… то есть Сириус выглядит, говорит и ведёт себя очень натурально. Чтобы так его изобразить, нужно быть очень хорошим актёром и прекрасно знать и его, и всех нас. Наверное, так смог бы только Джеймс, но он давно погиб. Хотя я теперь уже ни в чём не уверен… — покачав головой, тоскливо произнёс Люпин. — Питер сильно изменился, но всё-таки похож на себя. Если бы мы поговорили немного дольше, я бы сказал увереннее. Барти… не знаю, мы практически незнакомы — разные факультеты, разные курсы, это они с братом Сириуса были хорошими друзьями, как я помню. А вообще, сейчас официальная версия отдела правопорядка — Петтигрю и Крауч мертвы, а это лишь некие пособники Блэка, принявшие их облик для маскировки, и, возможно, чтобы запутать Гарри.

— А теперь давно мучающий меня вопрос. Всё-таки зачем им Поттер? Всё ведь не упирается на самом деле в «месть его отцу», я надеюсь? — уточнил Кайнетт. Он правда надеялся, что эта версия не окажется реальной, потому что в этом случае всё действительно очень плохо. — Есть более веские причины?

— Если бы Сириус был один, я ещё мог поверить в нечто подобное или хотя бы задуматься над этим. Но в текущей ситуации — исключено, — уверенно заявил Люпин. — Гарри зачем-то нужен Волдеморту, и они пытаются его доставить к хозяину в целости и сохранности.

— Но ведь этот псих мёртв.

— Как я и сказал, он… может, и не «жив», однако не мёртв, — возразил профессор, вновь помрачнев. Разговор на эту тему явно тоже не доставлял ему удовольствия. — Некоторое время назад профессор Квирелл отправился в кругосветное путешествие, а когда вернулся в школу, то очень сильно переменился. На это не обратили излишнего внимания, сочли простой причудой, а зря. Как оказалось, Квирелл был одержим духом Волдеморта, причем, по его словам, пошел на это добровольно, надеясь получить часть его сил. Это дорого ему обошлось, а может быть, он также искал способы вернуть Волдеморта к полноценной жизни, но так или иначе именно он, как мы теперь понимаем, начал выспрашивать торговцев и перекупщиков о сильнодействующих исцеляющих средствах, включая