Драконья сталь. Дилогия - Ная Геярова Страница 125

Вместе нам удалось удержать ее.

Зейн, словно поняв, что мог погибнуть уже сейчас, затих. Он посмотрел на нас огромными черными глазами, в которых отражались бурлящая вода и тусклый свет моста, и лег на пол клетки, тихо воя.

Когда телега выбралась на другой берег, он все еще продолжал выть.

Илана подошла и присмотрелась к Зейну:

— Что с ним?

Эйла, последней вышедшая на берег, тяжело вздохнула:

— Он ощущает древнюю магию. Она сильнее искаженной — подавляет тьму в нем. Он напуган. Но, поскольку тьма проросла в Зейне, деваться ей некуда — вот и воет от страха. Но нам не стоит здесь задерживаться, мы слишком близко к барьеру. Идемте.

И мы пошли дальше.

Я, уходя, оглянулась на реку. Моста уже не было — вода снова бурлила, ударяясь о камни, и несла свои воды куда-то в лес.

Мы шли почти до вечера.

Странно, но мне казалось, что даже воздух здесь был чище и свежее, чем по ту сторону барьера.

К сумеркам наш небольшой отряд остановился в ложбине у подножия зеленого холма.

Тиа и Анира развернули «шатры невидимости» — раскинули прозрачные купола, установив поверх оврага тонкий, совершенно незаметный щит.

Илана выстроила основной контур: укрепив защитный круг у края ложбины, — серебристые нити заклятия протянулись от ее пальцев к камням, вплетаясь в землю.

Пара ведьмаков пошла по периметру, закрепляя контуры на деревьях.

Дэй с Николасом занимались костром, а мы с Лиандрой устанавливали походные палатки.

Эйла помогала нам, но я обратила внимание, что она ни разу не воспользовалась магией.

— Мне кажется, если бы ты вложила хотя бы часть своей магии, наш защитный купол заметно бы усилился, — заметила Лиандра.

Целительница покачала головой:

— Если я хоть немного соприкоснусь с местными потоками, мой народ сразу ощутит меня. Мы даже палатки не успеем поставить, как здесь будет стража дайкари.

— Ну и ощутит, — отозвался Николас, ломая сухие ветки и подбрасывая их в костер. — Раньше встретимся — быстрее поговорим.

Эйла криво усмехнулась:

— Прежде чем начинать с ними разговор, мы должны дать понять здешней природе, что не враги. Потому что сейчас мы выглядим просто как маги, которые ворвались на чужую территорию. Такое мало кому понравится.

— Но если бы мы не «ворвались», как вы выразились, — подметил Дэй, — то разговора и вовсе не стоило бы ожидать.

— Это верно, — согласилась целительница. — Но все же стоит заручиться доверием природы здешних мест, прежде чем мы появимся на глаза моих сородичей.

— Природа... — протянул Дэй. — Здесь у вас и правда удивительное место. Кажется, ваш народ действительно очень силен. Даже на подступе к барьеру, нет и намека на то, чтобы здесь проходила искаженная магия.

— Это закрытые земли моего народа, — спокойно объяснила Эйла. — Барьер, который вы видели, стоит уже очень давно. К тому же здешняя магия не просто сильна — она уничтожает любые проявления искаженной. Посмотрите, что творится с вашим Зейном.

Мы все повернулись к парню. Он лежал на дне клетки и стонал, злобно смотря на нас.

— Чует, — сказала Эйла. — Что не долго ее росткам в нем прорастать.

Я поежилась. Зейн выглядел очень плохо.

Лиандра подошла и положила мне руку на плечо:

— Слушай, я пока палатку ставила, видела там грибы. Может, пройдемся по периметру? Что-то да соберем. Все лучше, чем одну кашу жевать на ужин.

Капитан, услышав девушку, улыбнулся:

— А мы пока котелок поставим. Согласен, что каша с грибами будет куда сытнее.

Лиандра подцепила меня за руку, и мы направились по ложбине.

Грибов здесь действительно оказалось много. Мы быстро насобирали их в скинутый мной плащ; туда же отправились ароматно пахнущие травы и съедобные ягоды, которых нашлось в изобилии.

— Просто волшебные земли! — с восхищением сказала Лиандра, когда мы все это дотащили к костру. — Вот уж где с голоду точно не пропадешь.

Когда солнце зашло, все сидели вокруг костра, с удовольствием поедая ароматный ужин, заедая кашу ягодами.

Тихо потрескивали дрова в огне, ярко блестели звезды.

Эйла сидела на камне, глядя в темноту леса:

— Если все сложится, завтра дойдем до селения. И запомните: в этом лесу нельзя никого убивать — даже случайно ранить или напугать. Здесь все магически связано, и любая боль или страх мгновенно создадут импульс, который тут же заметят дайкари. И импульс этот будет не самым благоприятным. Тогда договориться станет гораздо сложнее.

— Странно все это, — задумчиво сказал Дэй, оглядываясь. — Как так выходит, что вокруг вашего селения столько магии?

Эйла улыбнулась:

— Магия есть везде. Просто вы ее вытянули — выжгли неумеренным использованием, подчинением и неумением поддерживать природные силы. А здесь магия — это мы, а мы — это магия. Мы слышим друг друга и даем друг другу силы для роста — вот и весь секрет.

— То есть вы попросту постоянно ее подкармливаете? — уточнил Николас.

— Именно, — кивнула Эйла. — Вы тянете силу, пока она не иссякнет, а потом ищете новую. А мы живем иначе: поддерживаем магию, питаем ее своей энергией, а она усиливает нас в ответ. По сути, мы живем в равновесии. Мы ее выращиваем, бережем, помогаем развиваться — и сами получаем развитие. Мы давно стали единым целым и никогда не рвали этой связи.

Она на пару секунд замолчала, потом тише добавила:

— Именно поэтому мой народ не пускает к себе чужаков. Они приходят и, не понимая ценности того, что мы храним веками, попросту топчут это. Да и жадность до магии и власти делает свое дело. Каждый, кто попадает сюда, желает части этой силы. Удивительное дело — те, кто ничего не вложил, хотят получить все.

Капитан вздохнул:

— Как ни печально это осознавать, но вы правы, Эйла. Только начав общаться с вами и впервые почувствовав эту силу здесь, я начинаю понимать, что мы совсем ничего не знаем о магии. И мы действительно жаждем ее, не осознавая, что она — ресурс, который нужно не только брать, но и пополнять.

Эйла мягко улыбнулась:

— Если вы это начинаете осознавать — значит, еще не все потеряно.

Она зевнула и устало провела ладонью по лицу:

— Пожалуй, пора. Завтра у всех будет тяжелый день.

Поднялась и направилась к одной из палаток.

Остальные тоже начали расходиться. Вскоре и Дэй скрылся в своем отдельном шатре.

Я уходила последней.

Легла рядом с Эйлой и долго смотрела в потолок палатки, не в состоянии уснуть.

В памяти то и дело вспыхивали яркие картинки: Кай, наше прощание, его теплые руки и тихий шепот:

— Ты будешь моей женой?..

Я судорожно выдохнула