Эра цепей - Антон Гудой Страница 123

— Что же вы предлагаете? — спросила она, улыбаясь и рассматривая новое лицо.

— Вы ведь здесь в паломничестве, верно? — Харита окинула их взглядом, проигнорировав вопрос. — Пытаетесь посетить дышащую гору, как и я?

На вершине горы стоял высокий замок. Латунные трубы сияли на солнце, отбрасывая яркие блики на город. Он молчал, молчал десятки лет. Женщины закивали, удивляясь прозорливости собеседницы, однако удивляться тут было нечему — город был религиозной столицей всего тагацита, паломников тут было чуть ли не больше, чем коренных жителей. Куда ни плюнь — везде смиренные ученики, ищущие мудрости в месте рождения своего повелителя.

— Я следую учению, которое в определенных кругах известно как герметизм, — Харита, словно пытаясь сохранить таинственность и загадочность неизвестного ордена, перешла на шепот. — Новое, радикальное учение… этого… Заратустры.

— А я, кажется, про него слышала! — громким шепотом ахнула низкая, с сединой у висков. — Расскажите, пожалуйста!

Не хочет показаться отсталой. Вот и остальные подхватили, яростно закивали, соглашаясь с ней. Конечно, они слышали и про Заратустру, и про герметизм — как не услышать, если это модно? Но молчали, дабы не ляпнуть лишнего.

— Учение радикальное, мягко говоря… Кхм. Не уверена, что могу распространяться о подобном. Прозелиты бдят!

Высокая женщина ахнула, протянула Харите бокал с вином. Остальные присоединились, добавляя горючего в кровоток и, развесив уши, слушая все распалявшуюся в своих речах девушку.

— Но это только в этот раз! Мой учитель полагает, что мир вокруг нас — лишь тюрьма, и мы должны выйти за пределы этого измерения, в иной план мироздания. Тагац же является проводником и тюремщиком одновременно. Он это… Проводит достойных.

Осушив бокал одним большим глотком, она нагнулась над столом, широко раскрыв глаза и медленно окинув взглядом всех трех женщин, прежде чем внезапно, громко заявила:

— И среди вас я таких не вижу!

Старшая сразу же схватилась за сердце. Другая начала тихо молиться. Высокая громко ахнула.

Нет, все-таки любители эзотерики во всех мирах были одинаковыми. Неважно что им рассказывать, главное, чтобы это звучало убедительно. Алкоголь в этом деле был идеальным помощником, и лучше всего он работал, когда грел и слушателя, и того, кто вешал ему лапшу на уши.

Харита начала рассказывать им все безумные вещи подряд, какие только могла вспомнить, замешивая их в противоречащий сам себе микс из философских течений, религий и оккультных практик. От простой теологии она быстро перешла к магии, ритуалистике и даже вудуизму. Некоторые вещи, которые она то и дело повторяла, заставляли женщин краснеть, а Хариту, пользуясь их слабостью — давить сильнее, убеждая их в том, что мир не так прост, как им рассказывают.

— Н-но подожди, милая! — подала голос низкая, когда Харита в очередной раз приложилась к бокалу. — Если праведные и чистые души обязательно должны владеть внутренней силой… Но сила дается только… Как там было, прости?

— Джедаям! — закатив глаза, подсказала ей высокая.

— Да-да, конечно! — запинаясь, продолжала возбужденная дамочка. — То как нам, простым людям, достичь нирваны?

Харита едва успела прикрыть ладонью рот и как можно тише рыгнула, шумно вздыхая чтобы не выдать себя вульгарным звуком. Алкоголь так сильно разогнал ее кровь, что в ушах уже шумел прибой, а глаза почти не моргали.