Мятежник - Роман Феликсович Путилов Страница 10

Омск. Царская резиденция. Кабинет царя.

Встреча родственников прошла скомкано. Братец сказал несколько, ничего не значащих слов, Гюлер, показал «козу» наследнику Искандеру, который посмотрел на незнакомого дядю с недоумением и отвернулся. Жена моя фыркнула дикой кошкой, велела прислуге подать нам в кабинет две бутылки джина, производство которого освоили пленные англичане в Верном, после чего ушла, пожелав нам хорошо провести время.

Дождавшись, когда за дверью затихнет шорох теплых юбок, Дмитрий развалился в удобном кресле и потребовал у меня объяснений.

— Ты о чем, Дима? — искренне удивился я: — Какие тебе надобны от меня объяснения?

— Вообще-то Олежка, хочу напомнить, что у нас с тобой был договор…

— Который неуклонно соблюдается.

— В чем оно соблюдается? Ты, благодаря родительскому наследству, захватил огромные территории, а мое содержание не увеличилось ни на рубль, хотя я не мешал тебе, не вставлял палки в колеса…

— Дима, а почему ваша иркутская шобла до сих пор не исполнила указ покойного государя императора и не принесла мне вассальную клятву? — я отпил глоток джина, наслаждаясь привкусом можжевельника и смеси цитрусов.

— Ты сам ответил на свой вопрос, братец. — Дмитрий Александрович поднял вверх палец: — И ключевое слово здесь — покойного. А кого интересует мнение покойника, хотя он когда-то числился императором?

— Дима, твои слова можно истолковать, как измену. — я глядел на брата поверх стакана. Ну, во всяком случае, за время, пока мы не встречались, он не голодал. Щечки округлились, на лице обозначился второй подбородок.

— Да брось ты, Олежка, чушь пороть. Без пяти минут покойник требует у благородных людей исполнения каких-то глупых указав покойника реального. Ты, лучше выслушай мой совет — отпиши мне все твое имущество, и этой, девки твоей, а сам садись в самолет и летите поскорее, куда хотите, главное, что подальше отсюда…

— Димочка, и зачем мне это делать? Зачем мне бежать с земель, принадлежащих мне по праву сильного…

— Сильного? — Дима мелко захихикал: — Ты это шутишь так? Что, неужели это правда, как пишут в газетах, что ты много дней находился в коме и тебе ничего не говорили? Олег, ну нельзя же быть таким. Подожди, я сейчас приду.

Мой брат отсутствовал около пяти минут, но, наконец он вернулся и кинул мне на стол пачку мятых газет.

— Читай, Олежка, читай, до чего твоя жена довела страну…

— Димочка… — я выдвинул ящик стола и достал оттуда более внушительную стопку прессы: — Я все это читал, и даже больше, но я все равно не понимаю, что ты мне хочешь сказать.

— Предки, помогите мне сохранить спокойствие! — Дима патетически вскинул руки у небу: — У тебя разбежалась армия, полиция и чиновники, все государственные учреждения закрыты, а ты не понимаешь, что происходит. В Сибири, Олежка, правители в таких условиях не живут. Тебя даже забредший сюда медведь съесть может. У тебя на крыльце дворца стоит один часовой. Один! — Дима поднял вверх палец: — Беги, Олег отсюда и побыстрее, только не забудь мне все передать, чтобы земля пусте не была.

— То есть, вариант, что я всех служащих, военных и гражданских, отправил в оплачиваемый отпуск, и через две недели они будут на службе, ты не рассматриваешь. А что государственные присутственные места стоят закрытыми, потому, что я передал большую часть полномочий выбранным властям поселений, и они сейчас определяются, сколько чиновников и полицейских им нужно на территории для богатой и счастливой жизни — ты тоже, не поверишь.

— Знаешь, брат, я к тебе с серьезным разговором и честным предложением пришел, а ты мне сказки рассказываешь… — брат, несколько наигранно вскочил, и не прощаясь, кинулся к выходу. Мне кажется, что Дима услышал, что еще две недели мои защитники будут в отпусках, и сделал из этих слов неправильные выводу, о которых бывший князь Булатов Дмитрий Александрович и спешит доложить своим хозяевам.

Глава 5

Омск. Царская резиденция.

Мой ленивый, сибаритствующий старший братец метался по Омску, встречаясь с множеством людей, щедро раздавая налево и направо британские казначейские обязательства, со сроком погашения через десять дней, кои якобы можно было погасить у любого британского правительственного агента. Все разговоры он вел в единственном направлении — мой брат Олег сошел с ума, ведет страну к гибели, не иначе ему ворожит Чернобог, все, как один, сомкнем ряды вокруг Комитета спасения Отечества. Дальше шли уже конкретные посулы, в зависимости от того, с кем мой светлейший братец общался. Бывшим чиновникам, отправленным «за штат» он обещал возвращение на прежнее место службы, с производством в следующий классный чин, амнистией по прошлым прегрешениям и снисходительного отношения со стороны начальства при выявленных финансовых злоупотреблениях. Солдатам и офицерам, отправленным в отпуск в связи с перерывом в военной компании, Дмитрий, упорно считавший их дезертирами, предлагал немедленную почетную отставку, с выплатой годового денежного содержания, а желающим вернуться на воинскую службу — выгодный контракт на службу в Африке или Азии, но уже под британским флагом. В общем, свой подход искался к каждому. С тех, кто высказывал желание присоединится к вышеназванному комитету, брали расписку, вручали аванс, сообщали по какому сигналу куда прибывать и какое иметь при себе снаряжение и припасы, обещая оружие выдать по месту сбора.

В общем, подход был достаточно серьезным, размах подготовительной работы — солидным, а финансирование щедрым. Если бы исполнители не подвели заговорщиков, мятеж имел бы все шансы на успех, но тут они опоздали. Система тотального контроля в Сибири и ВКС была практически внедрена. Тысячи фигурок богини Макоши, культ которой я всячески поддерживал и распространял, следили за происходящим в домах и на улицах, без устали наблюдая и прослушивая окружающую обстановку. Возможно, многие и хотели бы скинуть «урода с железными ногами», но боялись, так как среди населения упорно ходили слухи, распространяемые контрразведкой, о тысячах агентов моих спецслужб и огромных шахтах в Монголии, которые готовы гостеприимно распахнуть свои ворота перед десятками тысяч новых пожизненных шахтеров. Конечно, никаких тысяч агентов у нас не было. Всего лишь дворники, старшие по подъезду, старшие по переулку, старшие по десятку домов в поселении, которым, совершенно официально доплачивала полиция, и которые считались внештатными сотрудниками МВД, имея оружие, полномочия, ну и несли ответственность за благонравное поведение жильцов на подведомственной территории. И не надо думать, что тут игра шла в одни ворота. После того, как в течении первой недели введения системы «помощников МВД», десяток таких «ответственных» были «громко» арестованы, с перспективой получить немаленькие сроки за