Скитальцы - Хао Цзинфан Страница 94

Учителя переглянулись – как и зрители. Посреди красочных сложных конструкций, роботов и произведений искусства камешек выглядел так примитивно и неуклюже, что казался оскорбительным. Он совершенно не вписывался в конкурсную выставку. Казалось, другие проекты попятились подальше от камешка – так пятятся зеваки от человека, подозреваемого в совершении преступления. Люинь обвела всех спокойным, бесстрастным взглядом. Именно такого изумленного безмолвия она и ожидала.

Миновала почти целая минута. Джин медленно выговорила:

– Идея… хорошая. – Она медленно повернулась ко всем остальным и, всеми силами стараясь говорить так, словно ничего неожиданного не случилось, сказала: – Проект Люинь – напоминание всем нам о том, что не стоит ограничиваться только высокими технологиями в своем творчестве. Нам всем следует расширять свое сознание.

Люинь облегченно вздохнула и благодарно улыбнулась Джин.

Итак, первый, предварительный этап конкурса наконец завершился. Все участники принялись разбирать свои экспонаты. Снова зазвучал смех, стало шумно. Красочные флаги снимали со стен так же легко, как и развешивали. Шумная толпа заполнила зал, а про маленький одинокий камешек все забыли, как будто его не существовало.

На прощание Джиэль обняла Люинь за талию и прошептала:

– Как ты до этого додумалась? И ведь ни слова не говорила!

– А, ты про камешек? А я не слишком долго думала.

– Но это так креативно!

– Ты так думаешь?

Люинь улыбнулась и подумала: «Он неуместен». Взяв камешек со стола, она вспомнила о Рейни, о себе, о своих друзьях из группы «Меркурий», и настроение у нее стало мрачным.

Сначала она думала совсем ничего не приносить на конкурс и просто ткнуть пальцем в воздух и сказать, что ее творение именуется «Мечта». Но в итоге она решили, что это будет выглядеть слишком пессимистично. После знакомства с Кенгуру она себя творческим человеком совсем не считала. Да, она была очень чувствительна и всё воспринимала глубоко, но ведь это еще так далеко от творчества.

За всё утро она увидела только один проект, который показался ей по-настоящему творческим: это был большой тонкостенный пустой стеклянный шар, внутрь которого был помещен еще один стеклянный шар, поменьше, а внутри второго шара находился третий, а внутри третьего – еще один… Самый маленький шар вообще невозможно было разглядеть. На поверхности каждого из них были выгравированы рисунки: земля, дома, детские горки, фабрики… а на наружной поверхности самого большого шара, если хорошенько приглядеться, можно было различить крошечных людей, занятых самыми разными делами. Их ноги крепко стояли на стекле, и все они смотрели внутрь, в самый центр концентрических шаров.

Вся эта конструкция была подвешена высоко, чтобы слои разных миров просвечивали через почти невидимое стекло. Многослойная проекция притягивала взгляд. Люинь не могла сообразить, как это было сделано. Она долго разглядывала хрустальные сферы, вглядывалась внутрь сквозь бесконечное повторение концентрических оболочек, рассматривала миры разного размера, но при этом похожие. А когда она разглядывала поверхность самого большого шара, она словно бы видела перед собой перевернутый небесный купол изнутри, и в конце концов у нее возникло такое чувство, что это она перевернута вверх ногами, вывернута наизнанку и брошена в глубины бесконечного космоса.

Крылья

Начиная с середины двадцать первого века личные самолеты стали главным транспортным средством на Земле. Города разрастались, здания становились всё выше, наземные транспортные сети были перегружены, и людям пришлось взлетать в небо на крылатых машинах.

Полеты на Земле были сложным делом. Для детей они были мечтой и радостным волнением, для молодежи – средством соблазнения возлюбленных, для взрослых – символом статуса, а для стариков – орудием, на которое они непрерывно жаловались, но вынуждены были всё же пользоваться самолетами ради передвижения. Социологов личный авиатранспорт привел к новым формам организации общества, для политиков это был повод для споров о летном пространстве, экологи обвиняли личную авиацию в загрязнении атмосферы, для торговцев она была лекарством от спада экономики. И для всех персональные самолеты означали начало новой эры.

Старшеклассникам нужно было на чем-то добираться до школы, студентам университетов хотелось приключений, звезды жаждали путешествий. Вкусы у всех были разные, поэтому производителям личного авиатранспорта приходилось отвечать на все потребности, что привело к созданию «навороченных» самолетов. Для достижения высоких скоростей нужно было новое твердое топливо, для устойчивости крыльям требовались балансиры при низких скоростях, для контроля высоты были необходимы высокоточные регуляторы удельной теплоты сгорания топлива[21], для адаптации к различным воздушным потокам – «умные» потоковые датчики. Для того чтобы избежать несчастных случаев из-за плохого самочувствия летчика, нужны были надежные автопилоты, для связи на больших расстояниях и телеконференций требовались мощные радиостанции и дисплеи с высоким разрешением, дли защиты от атак в воздухе необходимы были самоуправляемые ракеты. Для выживания производителей требовалась реклама, для спасения жизни владельцев самолета на самый крайний случай были нужны кресла-катапульты и парашюты. Для того чтобы в полете предаться любви, нужны были удобные кресла, способные принимать горизонтальное положение. Личный авиатранспорт эволюционировал в тысячу самых разных вариантов, для его создания использовались все вообразимые материалы.

Когда простое становилось сложным, о простом забывали. Примерно так маленькие дети понимают, что для того, чтобы жить, нужно есть и спать, а взрослые накручивают еще целую кучу «необходимостей». А чтобы вернуться от сложного к простому, требовалось немало терпения и усилий.

– Нам нужно только питание, – сказал Мира.

Сорин рассматривал чертежи и графики, разложенные на столе.

– Но мы уже убрали всё, что могли.

На листах электронной бумаги торопливыми значками были отмечены самые разные компоненты. Некоторые из них были перечеркнуты. Трое парней сидели за столом, спорили и анализировали положение дел. Они собрались полностью переоборудовать небольшой марсианский боевой шаттл – убрать с него все системы, связанные с размещением грузов, добычей полезных ископаемых и ведением боевых действий. Кроме того, они хотели довести требования к набору высоты и скорости к минимуму, и притом так, чтобы самолет мог взлететь с минимальным набором оборудования.

Шел седьмой день после отборочного раунда перед Творческой Ярмаркой. Поскольку Люинь удалось поучаствовать в этом раунде, команда была официально зарегистрирована, и испытания могли быть внесены в программу. Анка разъяснил друзьям свои планы по переустройству шаттла, и они взялись за дело с невиданным энтузиазмом.

Несколько молодых людей из группы «Меркурий» тоже захотели отправиться с Люинь и посетить кратер и каньон, которые были так важны для всей марсианской истории. Рунге предложил взять напрокат буровой катер, Чанья начала сбор средств, а Сорин, продолжая руководить репетициями, возглавил тайное планирование. Реакция друзей Люинь не удивила. В конце концов, они столько дней протомились под стеклянными колпаками, составляя