Наука о чужих. Как ученые объясняют возможность жизни на других планетах - Антон Иванович Первушин Страница 92

Вселенной совсем недавно. Рядом есть куда более древние миры. Даже если какие-то братья по разуму отказались от экспансии, нет оснований утверждать, что то же самое сделали все без исключения, ведь на примере собственной цивилизации мы видим явное стремление выйти за пределы своей планеты. Элементарный расчёт показывает, что даже с использованием космических кораблей, разгоняющихся до десятой доли скорости света, все подходящие для жизни планеты в нашей Галактике, включая Землю, были бы колонизированы за два миллиона лет.

Поскольку мы так и не нашли убедительных доказательств наличия пришельцев в Солнечной системе или поблизости от неё, делаем вывод: земляне – первая цивилизация в Галактике. Харт учёл и популярную теорию палеоконтакта: «Требуется… объяснить, почему за всё время ни один инопланетный вид не решился прилететь на Землю, чтобы остаться здесь… Например, гипотеза о том, что большинство пришельцев хотели только посетить, а не колонизировать [нашу планету], неадекватна. Для того чтобы колонизации не произошла, необходимо, чтобы каждая цивилизация, имевшая возможность провести её, предпочла не делать этого».

Идеи Харта вызвали споры, ведь они выглядели предельно антропоцентричными, что в научном мире не одобряется. Тем не менее нашлись и сторонники. Например, Иосиф Шкловский (тот самый, кто совсем недавно утверждал, что в космосе действуют могущественные цивилизации, которые управляют звёздами и в прошлом посещали Землю) выступил с эссе «О возможной уникальности разумной жизни во Вселенной» (1976). Он переосмыслил формулу Дрейка в сторону уменьшения численного значения входящих в неё сомножителей: например, заявил, что Солнце с планетной системой – «редкое исключение в мире звёзд», а возникновение жизни на Земле стало «редчайшим совпадением исключительно благоприятных обстоятельств». Далее учёный апеллировал к мнению модных западных экологов, утверждавших, что дальнейшее развитие промышленности сделает нашу планету непригодной для жизни в течение столетия, и требовавших остановки роста производительных сил.

Выход из наметившейся катастрофической ситуации Шкловский видел только один – в неограниченной межзвёздной экспансии, – и полагал, что некоторые из древних цивилизаций должны были пойти этим путём именно из-за отсутствия альтернативы. Отсутствие наблюдаемой деятельности инопланетян он прямо увязывал с тем, что мы, возможно, единственная цивилизация в Галактике или даже в Местной группе галактик.

В июне 1977 года эссе Шкловского перепечатал журнал «Знание – сила», и на публикацию откликнулся Станислав Лем, который ещё раз повторил свои соображения о том, что инопланетные цивилизации вовсе не обязаны следовать теми путями прогресса, которые кажутся нам правильными и неизбежными. Больше того, мы не должны ожидать от них расточительности, свойственной скорее персонажам утопий, нежели реальным существам в реальном мире. Лем писал: «Чем производительней сумеет цивилизация использовать доступные ей источники энергии, тем труднее наблюдать эту деятельность на астрономических расстояниях. Труднее, ибо наилучшее использование означает оптимальную концентрацию энергетического потока в рамках законов термодинамики. Если кто-то захочет подогреть воду в озере с помощью атомной энергии, но не сумеет использовать её оптимальным способом, то он сделает что-то вроде бомбы и тем самым, подогревая воду, много энергии растратит на возникновение бесполезного излучения при взрыве, разлетание воды и пара и т. п. Но это явление станет обнаруживаемым на больших расстояниях именно благодаря бесполезно растраченной энергии».

Хорошо зная историю фантастики и сам будучи фантастом, много писавшим о контактах с инопланетянами, Лем указал учёным, занимавшимся ксенологией, на очевидный факт: в своих поисковых стратегиях они оперируют не знанием, а образами, созданными воображением литераторов. Поэтому парадокс Ферми – иллюзия, возникающая при несовпадении реальных (и весьма выборочных) наблюдений с разыгравшейся фантазией.

5 апреля 1977 года была проведена дискуссионная сессия «Парадокс Ферми» в рамках 2-й конференции Британского межпланетного общества (British Interplanetary Society, BIS) по межзвёздным путешествиям в Лондоне. Четыре докладчика (Энтони Мартин, Дэвид Вьювинг, Алан Бонд и Джерри Уэбб) выступили с сообщениями, вводящими участников в курс дела, после чего те высказали свои соображения.

Рис. 49. Карикатура Алана Данна из американского еженедельника «The New Yorker», опубликованная 20 мая 1950 года и вызвавшая появление «парадокса Ферми». Из статьи: Jones E. «Where is Everybody?»: An Account of Fermi's Question. Los Alamos National Laboratory, 1985.

Опубликованные отчёты помогли научному сообществу вникнуть в суть проблемы и определиться с терминологией для дальнейшего выдвижения гипотез.

Похожее мероприятие было организовано в августе 1979 года в рамках XVII Генеральной ассамблеи Международного астрономического союза (International Astronomical Union, IAU), проходившей в Монреале (Канада). На заседании комиссии, посвящённой стратегии поиска внеземной жизни, главной темой стала переоценка числа развитых цивилизаций в Галактике (то есть N в формуле Дрейка), что имело принципиальное значение для решения парадокса: если N мало, то их как бы и нет с практической точки зрения; если N велико, то надо искать объяснение парадоксу Ферми.

Выступая первым на правах основоположника SETI, Филип Моррисон подвёл удручающий итог двадцатилетним усилиям по поиску внеземных сигналов, но призвал коллег не отчаиваться из-за отсутствия результата, ведь инопланетных рас может быть в действительности много, однако мы должны исходить из соображения, что они – «осторожные инженеры», не более расточительные в трате ресурсов, чем мы. «Возмутитель спокойствия» Майкл Харт, не отрицая существования братьев по разуму, всё же настаивал, что населённых миров должно быть ничтожно мало, поскольку самозарождение организмов – сложнейший процесс даже в условиях, пригодных для развития биосферы, и требуется уникальное стечение обстоятельств, чтобы на планете появилась хотя бы примитивные существа. Пока мы не раскрыли секрет происхождения жизни на Земле, следует с осторожностью оценивать частоту появления её в каких-то других местах. Выступивший следом Фрэнк Дрейк предложил «популяционное» объяснение парадокса: рост численности инопланетян, особенно если они, подобно некоторым нашим странам, вводят ограничение рождаемости, может значительно отставать от темпов колонизации, которые мы задаём в своих формулах, поэтому Галактика всё ещё далека от заселения. Бостонский астроном Майкл Папаяннис выразил уверенность, что если число цивилизаций в Галактике никогда не превышало ста тысяч, то за время её существования их должно было возникнуть не менее ста миллионов. При условии, что колонизация началась, число населённых миров должно быть ещё больше (до ста миллиардов). Папаяннис говорил: «Не должно быть слишком трудно практически выяснить, очень велико N или очень мало, потому что если N очень велико, то на орбитах вокруг всех стабильных звёзд Галактики, включая нашу Солнечную систему и несколько близлежащих, должны быть космические колонии. Тщательное радио- и, возможно, инфракрасное и лазерное исследования, скажем, 100 ближайших звезд вместе с тщательным изучением Солнечной системы и особенно пояса астероидов позволили бы нам прий ти к выводу, была ли Галактика колонизирована».

Советский радиоастроном Всеволод Троицкий представил на