Стив Альтен - Завещание майя Страница 88

В храме никого не было.

Доминика снова взглянула на часы. 23.20. Может, он не придет?

Она задрожала от ночной прохлады. В поисках тепла она вернулась в северную комнату и прислонилась к центральной стене. Толстые стены защищали и от холодного ветра, и от ночных шорохов.

Воздух в храме был спертым, отчего казалось, что здесь висит нечто непостижимое, внимательно за ней наблюдая. Доминика посветила фонариком в разные стороны, избавляясь от паранойи.

Усталость давала о себе знать. Доминика легла на каменный пол, свернулась калачиком и закрыла глаза, пытаясь прогнать мысли о крови и жертвоприношениях.

Огромную площадь у подножия пирамиды буквально затопило море смуглых тел, раскрашенные лица скалились в оранжевом свете тысяч факелов. Из дверного проема в северной стене она видела, как льется по ступенчатой грани пирамиды ярко-красная волна крови, водопадом стекая к подножию, к груде тел между двумя пернатыми змеями.

Кроме нее в комнате находились еще десять женщин, одетых в простые белые платья. Они сбились в кучку, как напуганные ягнята, и смотрели на нее абсолютно пустыми глазами.

Вошли два жреца в церемониальных головных уборах из зеленых перьев и набедренных повязках из шкуры ягуара. Они приближались, сверля темными глазами Доминику. Та попятилась, ее сердце бешено заколотилось, но двое мужчин подхватили ее под руки и вытащили на вершину храма.

Ночной ветер был пропитан запахами крови, пота и дыма.

На бурлящую внизу толпу бесстрастно взирала жертвенная статуя Чак-Мооля — воплощение майяского бога — с блюдом, наполненным вырезанными сердцами жертв.

Доминика закричала. Она попыталась вырваться, но еще двое жрецов подхватили ее под ноги и подняли вверх. Толпа взвыла, когда появился главный жрец — мускулистый мужчина с рыжеватыми волосами, чье лицо скрывала маска пернатого змея. В раскрытой пасти змея мелькнула знакомая желтозубая усмешка.

— Привет, солнышко.

Доминика закричала, когда Раймонд сорвал с нее платье, а потом поднял, демонстрируя толпе, черный, вырезанный из обсидиана нож. Снизу донесся тысячеголосый кровожадный вой.

— Кукулькан! Кукулькан!

По кивку Раймонда жрецы опустили ее на каменную платформу.

— Кукулькан! Кукулькан!

Доминика снова закричала, заметив, как над ней блеснуло лезвие обсидианового ножа. И, не в силах поверить, смотрела, как Раймонд размахивается и всаживает лезвие ей под левую грудь.

— Кукулькан! Кукулькан!

Она закричала от боли, забилась в судорогах…

— Дом, проснись…

..когда Раймонд вынул еще бьющееся сердце из раны и поднял его на всеобщее обозрение к темному небу над головой.

— Доминика!

Доминика захлебнулась собственным криком и, отбиваясь от окружающей темноты, запуталась в капюшоне, который, засыпая, натянула на лицо. Дезориентированная, она вскочила на ноги, не в силах понять, где кошмар, а где реальность, бросилась прочь из комнаты, прямо к тридцатиметровому провалу.

Вдруг чья-то рука схватила ее за лодыжку, и Доминика упала, больно ударившись грудью о камень. От резкой боли она пришла в себя.

— Господи, Доминика, это ведь мне положено быть сумасшедшим.

— Мик? — Она села, потирая ушибленные ребра и переводя дыхание.

Мик опустился на корточки рядом с ней.

— Ты в порядке?

— Ты меня напугал до смерти.

— Взаимно. Должно быть, тебе достался вполне высококачественный кошмар. Ты чуть не спрыгнула с пирамиды.

Она обернулась, посмотрела вниз и крепко обняла Мика все еще дрожащими руками.

— Господи, как я ненавижу это место! Тут полно майяских привидений. — Она отстранилась от Мика, заглянула ему в глаза. — У тебя кровь из носа. Это я тебя так?

— Ага, отличным хуком справа. — Мик вытащил бандану из заднего кармана джинсов и вытер кровь. — Эта штука теперь долго не заживет.

— Так тебе и надо. Какого черта нам понадобилось встречаться именно в этом дурацком месте да еще и посреди ночи?

— Я же в бегах, ты не забыла? Кстати, о побеге: как тебе удалось вырваться с того корабля?

Она отвернулась.

— Ты же беглец, не я. Я сказала капитану, что помогала тебе, поскольку была вне себя после смерти Иза. Думаю, он пожалел меня и потому так легко отпустил. Слушай, давай поговорим об этом позже. Мне бы очень хотелось спуститься с этой чертовой пирамиды.

— Я пока не могу уйти. У меня есть тут пара дел.

— Дел? Каких дел? Да сейчас середина ночи…

— Я ищу вход внутрь пирамиды. Жизненно важно найти проход, который…

— Мик…

— Мой отец был прав насчет Кукулькана. Я нашел кое-что… Кое-что действительно невероятное. Давай я покажу тебе.

Мик порылся в сумке и достал оттуда небольшое электронное устройство.

— Это называется ультразвуковым дефектоскопом. Он излучает ультразвуковые волны, которые демонстрируют неоднородность стен. — Мик посветил себе фонариком, потом взял ее за запястье и потащил в глубь храма, к центральной стене, где включил дефектоскоп, направив его перпендикулярно камню.

— Взгляни. Видишь эти частоты? Под центральной стеной находится материал определенно другой структуры. Чем бы ни было то, что там спрятано, оно сделано из металла и заполняет все пространство пирамиды от основания до самого потолка храма.

— Ладно, верю тебе на слово. Теперь мы можем идти?

Мик недоверчиво уставился на нее.

— Идти? Разве ты еще не поняла? Оно скрыто здесь, за этими стенами. И все, что нам нужно, — это выяснить, как до него добраться.

— До чего добраться? До этого куска металла?

— До куска металла, который может оказаться инструментом, способным спасти человечество. До оружия, оставленного нам Кукульканом. Нам нужно… эй, подожди, куда ты?

Она шла к лестнице.

— Ты все еще не веришь мне, верно?

— А во что я должна верить? В то, что через пару недель на Земле будут уничтожены все люди? Нет, прости, Мик, но мне сложно в это поверить.

Мик схватил ее за руку.

— Но как ты можешь сомневаться? Ты ведь видела, что спрятано на дне залива. Мы ведь вместе с тобой спускались туда. Ты сама все видела.

— Что видела? Внутренности лавовой трубы?

— Лавовой трубы?

— Вот именно. Геолог на борту «Буна» все объяснил мне. И даже показал инфракрасные снимки со спутника, все внутренности кратера Чикшулуб. То, что казалось нам зеленым светом, на самом деле всего лишь подводный вулкан, очаг лавы посреди морского дна. В сентябре вулкан проснулся, поэтому и образовалась огромная дыра.

— Вулкан? Доминика, о чем ты говоришь?