Джек Вэнс - Языки Пао. (Сборник) Страница 83

Они вошли в большой зал. Звуки их шагов отдавались гулким эхом. Через окна в высоком куполе струился желто-зеленый свет. Пол был из мрамора с серебристым отливом. Растения с крупными темно-зелеными листьями росли в ящиках, расположенных в строго симметричном порядке. Воздух был свеж и насыщен ароматом цветов.

Доминион пересек зал не останавливаясь. Шорн остановился посредине. Доминион обернулся:

— Идемте.

— Куда?

Лицо Доминиона приняло угрожающее выражение.

— Туда, где мы можем поговорить.

— Мы можем говорить здесь. Я могу рассказать все за десять секунд. Или, если желаете, я приведу вас прямо к источнику опасности.

— Хорошо, — сказал Доминион. — Допустим, вы откроете природу опасности для телеков. Болезнь мозга, вы сказали?

— Нет. Я использовал эту идею в качестве примера. Опасность, о которой я говорю, скорее имеет характер катаклизма, чем болезни. Пойдемте на открытый воздух. Здесь я чувствую себя как-то скованно. — Глядя на Доминиона в упор, он нахмурился.

Телек сделал глубокий вдох. «Похоже, он в ярости, — подумал Шорн. — Подчиняться указаниям недавнего предателя и шпиона!..»

— Я выполню свою часть соглашения, не сомневайтесь. Но я бы хотел уйти с выигрышем — надеюсь, вы меня понимаете.

— Я понимаю, — сказал Доминион. — Я понимаю вас очень хорошо.

Он полностью овладел собой и казался почти добродушным.

— Однако вы, вероятно, не правильно поняли мои мотивы. Теперь вы тоже телек. А телеки ведут себя в соответствии с правилами, которые вам необходимо узнать.

Шорн напустил на себя столь же любезный вид.

— В таком случае я предлагаю провести урок на земле.

Доминион поджал губы.

— Вы должны адаптироваться к окружению телека — думать, действовать.

— Это придет со временем, — улыбнулся Шорн. — А теперь я немного рассеян: чувство силы опьяняет.

— Похоже, оно не повредило вашей осторожности, — сухо заметил Доминион.

— Полагаю, мы наконец выйдем на открытый воздух и поговорим свободно.

Доминион вздохнул:

— Хорошо.

6

Лори то и дело подходила к автомату, наливая чай для себя и кофе для Серкумбрайта.

— Я просто места себе не нахожу.

«Если бы Лори снизошла до кокетства, — думал Серкумбрайт, — она была бы просто очаровательна». Он спокойно смотрел, как она подходила к окну и вглядывалась в небо.

Но не было видно ничего, кроме сияния огней, и ничего не было слышно, кроме уличного гула.

Она вернулась к кушетке.

— Ты рассказал доктору Кургиллу о… о Клуче?

Серкумбрайт помешал кофе.

— Конечно, я не мог сказать правду.

— Да, ты прав.

Лори смотрела в пространство. Внезапно она вздрогнула:

— Никогда не была такой нервной. Что, если… — Она запнулась, не находя слов.

— Ты любишь Шорна, не так ли?

Быстрый взгляд, взмах ресниц. Красноречивый ответ. Они посидели молча.

— Тс-с, — сказала Лори, — по-моему, это он.

Серкумбрайт промолчал.

Лори медленно поднялась. Они оба смотрели на дверную ручку. Она повернулась. Дверь распахнулась. Прихожая была пуста. Лори в ужасе застыла.

Послышался стук в окно. Они обернулись. За окном был Шорн. На миг они оба замерли, словно парализованные. Шорн стучал по стеклу костяшками пальцев, было видно, что его рот произносит слова: «Впустите меня».

Наконец Лори подошла к окну и распахнула его. Шорн влетел в комнату.

— Зачем ты нас так напугал? — возмутилась Лори.

— Хотел продемонстрировать свои новые способности. — Он налил себе чашку кофе. — Наверное, вам не терпится услышать о моих приключениях?

— Конечно!

Он сел за стол и стал рассказывать о своем визите в павильон «Кларьетта». Серкумбрайт спокойно и внимательно слушал.

— А что теперь?

— А теперь, если Доминион не изобретет способ убить меня на расстоянии, у тебя есть телек для экспериментов. Сегодня у него будет беспокойная ночь, могу себе представить.

Серкумбрайт усмехнулся.

— Во-первых, — сказал Шорн, — они посадили на меня жука. Я ожидал этого. А они знали, что я ожидал. Я отделался от него в Музее изящных искусств. Потом я стал рассуждать: раз они ожидают, что я ускользну от жука и после этого почувствую себя в безопасности, значит, у них есть способ отыскать меня снова. Какая-нибудь метка, вещество на одежде, излучающее невидимые волны. Я выбросил одежду Клуча — она мне с самого начала не нравилась, — вымылся в трех водах, избавился от парика. Клуч Кургилл исчез. Кстати, где тело Клуча?

— В надежном месте.

— Надо устроить так, чтобы его нашли завтра утром. С табличкой «Я — шпион телеков». Доминион, конечно, узнает об этом. Он решит, что я мертв, и одной проблемой меньше.

— Неплохая идея.

— А как же бедный доктор Кургилл? — возразила Лори. — Он ни за что не поверит такому известию.

— Да… Наверняка не поверит.

Она окинула Шорна взглядом:

— Ты чувствуешь себя другим?

— У меня такое ощущение, будто все сущее — это часть меня. Можно сказать, слияние с космосом.

— Но как это получилось?

Шорн задумался.

— По правде говоря, не знаю. Я могу двигать стулом так же, как двигаю рукой, и с тем же усилием.

— Похоже, Гескамп им ничего не сказал о митроксе под стадионом, — заметил Серкумбрайт.

— Они и не спрашивали. Им и в голову не могло прийти, что мы замышляем такое злодеяние. — Шорн рассмеялся. — Доминион был просто потрясен. Какое-то время мне казалось, что он благодарен мне.

— А потом?

— А потом, наверное, вспомнил обиду и стал думать, как меня убить. Но я не сказал ему ничего, пока мы не оказались на открытом месте. Я мог защититься от любого его оружия. Пулю я бы остановил мыслью, даже отбросил бы обратно, лазерный луч отклонил бы.

— А если бы твоя и его воля столкнулись? — спросил Серкумбрайт. — Что бы произошло?

— Не знаю — может, ничего. Ведь так бывает, когда человек колеблется между двумя противоположными побуждениями. А может, столкновение и отсутствие результата подорвало бы нашу веру в себя и мы бы рухнули в океан. Потому что мы стояли в воздухе на высоте тысячи футов над океаном.

— Тебе было страшно, Уилл? — спросила Лори.

— Вначале — да. Но человек быстро привыкает к новым ощущениям. С такими вещами все мы сталкивались во сне. Возможно, когда мы перестали верить снам, мы уклонились с пути телекинеза.