Клайв Касслер - Гнев майя Страница 75

Руэда коротко, по-военному, наклонил голову.

– Ваши имена мне уже знакомы. Я знаю, что вы пытались положить конец операциям с наркотиками. Позвольте поблагодарить вас от имени народа Гватемалы за вашу отвагу.

Внимание Реми вдруг привлекло низкое черное облако, поднимающееся вдали над дорогой и растянувшееся на полгоризонта.

– Смотрите! – указала она. – Там пожар.

Руэда бросил взгляд в ту сторону.

– Это мои люди сжигают плантации марихуаны на Эстансия-Герреро. Насколько я понимаю, ваша информация о кустах коки тоже подтвердилась. Часть посадок оставят как улики, остальное уничтожат. – Он посмотрел на своих помощников. – Думаю, нам пора идти. Дел еще много.

Сэм и Реми подвезли их до вертолета. Прежде чем подняться на борт, команданте отвел супругов в сторону.

– Возможно, это не имеет особого значения, но должен предупредить, что двое, которые пытались вас убить, были пойманы. Однако через пару дней в тюрьме недалеко от столицы они убили двоих расконвоированных, заняли их места и бежали. Мы думаем, что они уже покинули страну, но полной уверенности у нас нет.

– Будем держаться начеку, – пообещал Сэм.

Винты начали вращаться, и Фарго отступили подальше. Проводив вертолет, Сэм достал телефон и позвонил Сельме.

– Я за вас волновалась, – проговорила та. – Вам все удалось решить?

– Да.

– А Дэвид Кейн уже прибыл?

– Кейн? Он должен был приехать?

– С самого начала собирался. В пятницу закончились последние экзамены. Июнь на дворе, Сэм. Вы что там, перешли на календарь майя?

– А, ну да, конечно. Как это я забыл…

Дэвид Кейн прибыл в поселок с колонной «Лендроверов», легко поднявшихся по склону холма и выстроившихся в линию на улице позади церкви. Выскочив из передней машины, он горячо обнял Сэма и Реми.

– Я слышал, что вы сделали. Это потрясающе.

– Спасибо, – вполголоса ответила Реми. – Думаю, то, что вы и ваши коллеги найдете здесь, впечатлит вас еще больше. Но прежде чем взяться за дело, дайте нам подготовить почву. А пока наберитесь терпения, походите между людей, всем улыбайтесь и разговаривайте о чем угодно, кроме археологии. Мы все уже организовали для общей встречи, на которой представим вас.

Глава 35

Сара Эллерсби отчаянно скучала. В Гватемале она всегда была в центре внимания, в континентальных европейских столицах – Риме, Афинах, Берлине, Праге – ее тоже всюду приглашали. Даже в Париже – лучшие вечеринки, популярные люди…

А теперь из-за дурацкого судебного предписания она застряла в холодном и сыром Лондоне, где все время дождь. Что еще хуже, отношение к ней тоже не отличалось теплотой. Неудивительно – последние пару месяцев пресса на нее просто накинулась: дескать, Сара Эллерсби разграбляет захоронения и претендует на открытия, которых не совершала, используя добытый незаконным путем кодекс майя. Буквально вчера все стало еще хуже – поползли слухи, связывающие ее имя с раскрытым крупным наркобизнесом в Центральной Америке. Гости отказывались от уже принятых приглашений на ужин по случаю возвращения скиталицы домой – в конце концов его пришлось отменить совсем. В голосах по телефону звучал страх – как же, вдруг их драгоценная репутация окажется подмочена, сядь они за один стол с паршивой овцой. А ведь год назад любой из них на коленях приполз бы на такую вечеринку…

Стоя перед большим зеркалом в холле, Сара застегивала темно-синий жакет с золотыми пуговицами, стилизованный под морскую форму XVIII века. Она придирчиво оглядела себя в профиль, шагнула к входной двери и открыла ее. Пуля калибра.308[4], попав прямо в лоб, вышла через затылок. Смерть наступила мгновенно – Сара не успела даже услышать звук выстрела.

В оптический прицел Рассел увидел, как она упала навзничь. Тяжелая створка двери сама собой начала закрываться, но наткнулась на ногу убитой. Со стороны все выглядело так, будто кто-то собирался выйти, но в последний момент вернулся за чем-то в дом.

Пока Рассел быстро разбирал и укладывал винтовку в чемоданчик, Руис закрыл окно и задернул занавеску. Потом они вдвоем спустились по лестнице в кухню и через черный ход вышли в сад. Было позднее утро, по улицам ехали машины и шли люди, но никто не заметил случившегося.

Дом, откуда велась стрельба – напротив и через один от принадлежавшего Саре, такого же типа, – предназначался для продажи. Просили четыре миллиона фунтов. Рассел и Руис провели внутри не больше часа и не снимали резиновых перчаток.

Пробираясь через сад позади особняка – очень удобное британское обыкновение, – Рассел чувствовал себя удовлетворенным. Сара получила по заслугам – она нарушила свое обещание, из-за нее они оказались в гватемальской тюрьме.

Оба сели в машину, ждавшую у края тротуара. Вел Руис – у него лучше получалось приноровиться к дурацкому левостороннему движению. По дороге он несколько раз остановился у мусорных баков, и Рассел по частям выбросил винтовку. На вокзале Ватерлоо они зашли в мужской туалет, чтобы переодеться и вымыть руки, потом сели на желто-белый экспресс до Парижа. Ехать предстояло три часа, но билеты в первый класс обещали, что путешествие будет комфортным. Уж точно получше тюрьмы, откуда они недавно удрали. Поезд не спеша покатился по Лондону и ближним пригородам, потом набрал скорость. Примерно через час за окнами стало темно – въехали в туннель под Ла-Маншем…

Сантьяго Обрегон посмотрел через проход на двух американцев, вальяжно расположившихся на своих дорогих местах. Кажется, спят. Просто удивительно – неужели думают, что Диего Сан-Мартин спустит им потерю сотни своих людей и позволит спокойно разъезжать по Европе? Правда, они убили Сару Эллерсби – вот и молодцы, а то пришлось бы самому…

Обрегон встал и пересел в их отсек, заняв место напротив, будто так и надо. Сунув руку в кейс, достал свой обычный инструмент – чешский пистолет «П-07 Дьюти» с профессиональным глушителем и высоким прицелом, чтобы было видно поверх, – и быстро выстрелил американцам, одному за другим, в грудь, так что они не успели даже дернуться. Поднявшись, добил первого контрольным в голову, чтобы наверняка, и перевел ствол на второго. Тот прохрипел по-испански:

– Кто ты? За что?

– За то же, за что и вы. Деньги, – ответил Обрегон и нажал на спусковой крючок.

Пистолет лег в правую руку мертвеца. Теперь покинуть отсек и перейти в другой вагон. Скоро Париж.

Глава 36

Общее собрание жителей проводилось в церкви, председательствовал отец Гомес. В конце, после всех обсуждений, он объявил: