Антон Мякшев - Тринадцатое Поле Страница 70

– Воды мы не захватили, – проговорил Макс уже более-менее ровным голосом. – Пить охота. А у этого… дозорного кожаная фляжка была – я видел. И еще сумка… с провизией, должно быть. Сидит себе, наверное, на птичке, перекусывает.

– Предлагаешь смотаться обратно?

– Да ну тебя… Отдохнул?

Можно подумать, это я минуту назад валялся на спине с выпученными глазами и раскрытым по-рыбьи ртом.

– Отдохнул, – усмехнулся я, поднимаясь на ноги.

– Тогда пошли.

Мы приблизились к валунам. Крави мотнул клювом и растопырил крылья. «Сейчас взлетит, – подумал я, – перелетит через гряду, путеводная звезда наша…» Но крави лишь сдвинулся в сторону, как бы освобождая место для меня.

– Чего это он? – спросил Макс почему-то шепотом.

Я взобрался на валун, где сидела птица, пригнул сухие до полупрозрачности ветки кустарника. По ту сторону гряды мне открылась площадка – побольше той, на которой мы находились. В центре громоздилась вышиной в два человеческих роста груда камней.

– Башня… – прошептал Макс, вскарабкавшийся следом за мной.

Я вздрогнул:

– Пылающая Башня?

– Сторожевая, дурак… Развалины… Значит, замок Создателей уже близко.

Я снова задрал голову вверх. Ничего не видно, кроме отвесной стены, обточенной ветром. При одной мысли о том, какой путь нам еще только предстоит преодолеть, стало щекотно в груди. А вот и начало лестницы – по ту сторону гряды, всего в нескольких шагах от остова башни.

– Слышишь? – вдруг вскинулся Макс.

– Что? Н-нет…

Из-за развалин башни не был видел край площадки. Я хотел было уже приподняться, чтобы сменить угол обзора, как внезапно совершенно определенно услышал торопливый топот.

– Итху… – выдохнул Макс.

На секунду я растерялся, припомнив устрашающее сочетание – нерожденный демон. Я вдруг почувствовал себя слабым и беспомощным и, только сжав зубы, заставил ожить огонь в голове. Внутри тела сразу стало горячо. Я выдохнул, стиснув и разжав кулаки. И снова прислушался. Нет, бежал явно человек. Оружейник опустил мне руку на затылок, пригнул мою голову ближе к валунам. Сам распластался на камнях.

И очень вовремя – из-за развалин метнулось белое пятно. Голый человек – совсем голый, только в драной набедренной повязке, исцарапанный и грязный, косматый, с рваной длинной бородой, ужасно худой – оступился на повороте, грохнулся на камни с размаху, но сразу поднялся. Низко пригнувшись, скакнул в нашу сторону и замер, скорчившись за развалинами, обернувшись к нам узкой, исцарапанной спиной. Он был так близко от нас, что я чувствовал запах пота, нечистого рта, слышал прерывистое хриплое дыхание.

– Вот и аборигены… – почти неслышно прошелестел Макс. – Что он делает так высоко?

Человек недолго сидел без движений. Вскочив так резко, что меня дернуло, он упал на колени и принялся нагребать себе в горсти камни, выбирая поострее и поувесистей. Почти сразу же я снова услышал топот. На этот раз более размеренный. С уверенностью можно было сказать, что приближается не один человек, а, может быть, двое или трое.

«Вмешаться?» – глазами спросил я у Макса.

Оружейник ожесточенно помотал головой.

Сначала я увидел двоих – настоящие дикари, бородатые и нечесаные, в изодранных одеждах из звериных шкур, – потом заметил еще одного, бредущего следом. У тех двоих в руках были небольшие мечи, наверное, очень легкие и удобные, выточенные из реберных костей какого-то крупного животного, а третий тащил копье. Шел он, кривясь от боли, дыша со стоном, левая штанина его была оторвана напрочь, голая и кривая нога сплошь черна от подсохшей крови.

Судя по всему, трое направлялись к лестнице. И чтобы добраться туда, они должны были пройти мимо разрушенной башни и мимо голого, притаившегося там.

– Какого черта они делают? – просипел Макс. – С каких это пор дети Полей осмеливаются подниматься выше средних уступов? Что им там надо?

Он осторожно перевалился на бок и потянул из-за пояса метательный нож. Стараясь не звякнуть металлом о камень, положил его рядом с собой, вытащил еще два. Зажал их в ладони.

Крави, о котором я и думать забыл, вдруг захлопал крыльями и оглушительно завопил. Гортанный птичий крик разомкнул в скрюченном теле голого бородача какую-то пружину.

Он вскочил, вылетел из своего укрытия прямо навстречу идущим, размахнулся сразу обеими руками, в каждой из которых было зажато по камню.

Только два камня он и успел метнуть. Первый пролетел мимо, второй вскользь оцарапал одному из пришельцев лоб.

Те двое продолжали идти – только чуть ускорили движение. Я вдруг обратил внимание на их лица – нисколько не встревоженные, лишь напряженные, но явно не из-за внезапного нападения, а по какой-то другой причине.

Голый, согнувшись, шарил по земле руками, сгребая камни, когда они поравнялись с ним. Они ударили его мечами – каждый по разу. Голый упал на спину. И как только двое прошли мимо – снова поднялся. Из длинных порезов на груди сочилась кровь. Выточенные из реберных костей мечи были оружием колющим и уж никак не рубящим – для этого им недоставало тяжести. От голого просто отмахнулись, не желая убивать или, может быть, не видя в этом смысла.

Двое поднимались по лестнице, а голый, заорав, набросился с камнями в руках на хромого копьеносца. На этот раз у него даже размахнуться не получилось. Хромой, почти не глядя на противника, как бы не ударил, а сунул в него наконечником вперед копье.

Костяной наконечник, с хрустом пропоров кожу, глубоко вонзился голому между ребер с правой стороны груди. Голый упал, обломив древко. Копьеносец продолжил шагать к лестнице, на ходу удивленно оглядывая короткий обломок в своих руках.

Трое странных людей – один за другим – поднялись по лестнице и исчезли за первым уступом. Человек, нападавший на них, остался хрипеть и ворочаться под разрушенной башней.

– Это что было? – только и смог промолвить я.

Макс приподнялся, потер ладонью лоб.

– Они идут наверх, – проговорил он. – Дети Поля никогда не заходили на верхние уступы. Собственно говоря, они и на средних-то не показываются. У стен Пылающих Башен их ждет смерть – и они это прекрасно знают.

– Они бегут от чего-то? Может, орда внизу начала подниматься, и местные спасаются бегством?

– По ним не скажешь, чтобы они спасались… Они… У меня такое чувство, будто они и сами не знают, что делают.

Я кивнул. Да, мне тоже так показалось.

– Словно их кто-то на веревочке тащит к вершине Скалы.

– Как будто они слышат и видят что-то, чего не видим и не слышим мы, – добавил Макс. – Это излучение энергии кафа, Никита. Должно быть, излучение волнообразно. Сверху оно накатывает волнами, и каждая последующая волна сильнее и дальше предыдущей.