H. Wells - Английский язык с Г. Уэллсом "Человек-невидимка" Страница 70

“Fools then or fools now (дураком тогда или дураком теперь = может, это теперь мы дураки),” said Kemp.

medicine [`meds(q)n], physics [`fIzIks], enthusiasm [In`thjHzIxz(q)m]

“I went there after I left London. You know I dropped medicine and took up physics? No? well, I did. Light fascinated me.”

“Ah!”

“Optical density! The whole subject is a network of riddles — a network with solutions glimmering elusively through. And being but two-and-twenty and full of enthusiasm, I said, ‘I will devote my life to this. This is worth while.’ You know what fools we are at two-and-twenty?”

“Fools then or fools now,” said Kemp.

“As though knowing could be any satisfaction to a man (как будто знание может принести удовлетворение)!

“But I went to work — like a slave (но я принялся за работу, будто проклятый: «раб»; toworklikeaslave— трудиться до изнеможения; работать как каторжный). And I had hardly worked and thought about the matter six months (и я усиленно/тяжело работал и размышлял над проблемой шесть месяцев) before light came through one of the meshes suddenly — blindingly (прежде чем внезапно свет проник через одну из ячеек сети /незнания/ — слепящий свет)! I found a general principle of pigments and refraction (я нашел общий принцип пигментов и преломления /световых лучей/) — a formula, a geometrical expression involving four dimensions (формулу, геометрическое выражение /которой/ включает четыре измерения). Fools, common men, even common mathematicians (дураки, обычные люди, даже обыкновенные математики), do not know anything of what some general expression may mean (не знают ничего о том, что может означать = не представляют, какое значение может иметь какое-либо общее выражение) to the student of molecular physics (для изучающего молекулярную физику). In the books — the books that tramp has hidden (в книгах — в тех книгах, которые украл этот бродяга) — there are marvels, miracles (есть удивительные вещи, чудеса)! But this was not a method, it was an idea (но это не был метод/способ, это была идея), that might lead to a method by which it would be possible (которая может привести к методу, с помощью которого было бы возможным), without changing any other property of matter (не изменяя каких-либо свойств материи) — except, in some instances colours (кроме, в отдельных случаях, цвета) — to lower the refractive index of a substance (уменьшить коэффициент преломления вещества), solid or liquid, to that of air (твердого или жидкого, — до коэффициента преломления воздуха) — so far as all practical purposes are concerned (насколько требуется для практических целей).”

formula [`fLmjulq], molecular [mq`lekjulq], miracle [`mIrqkl]

“As though knowing could be any satisfaction to a man!

“But I went to work — like a slave. And I had hardly worked and thought about the matter six months before light came through one of the meshes suddenly — blindingly! I found a general principle of pigments and refraction — a formula, a geometrical expression involving four dimensions. Fools, common men, even common mathematicians, do not know anything of what some general expression may mean to the student of molecular physics. In the books — the books that tramp has hidden — there are marvels, miracles! But this was not a method, it was an idea, that might lead to a method by which it would be possible, without changing any other property of matter — except, in some instances colours — to lower the refractive index of a substance, solid or liquid, to that of air — so far as all practical purposes are concerned.”

“Phew (ну и ну)!” said Kemp. “That’s odd (это странно)! But still I don’t see quite (но все-таки мне не совсем ясно)... I can understand that thereby you could spoil a valuable stone (я понимаю, что таким образом вы могли бы испортить драгоценный камень), but personal invisibility is a far cry (но личная невидимость = сделать невидимым человека, до этого еще далеко; farcry— большое расстояние; большая разница: «дальний крик»).”

“Precisely (совершенно верно; precise — точный),” said Griffin. “But consider, visibility depends on the action of the visible bodies on light (но подумайте: видимость зависит от реакции видимых тел на свет; to consider — рассматривать). Either a body absorbs light (тело либо поглощает свет), or it reflects or refracts it (либо отражает, либо преломляет его), or does all these things (или все это вместе). If it neither reflects nor refracts nor absorbs light (если оно не отражает, не преломляет и не поглощает свет), it cannot of itself be visible (то оно само по себе не может быть видимым). You see an opaque red box, for instance (вы видите непрозрачный красный ящик, например), because the colour absorbs some of the light and reflects the rest (потому что его цвет поглощает часть света и отражает остальное), all the red part of the light, to you (всю красную часть света, вам /в глаза/). If it did not absorb any particular part of the light (если бы он не поглощал определенной доли света), but reflected it all (а отражал бы его весь), then it would be a shining white box (то был бы блестящим белым ящиком).

phew [fjH], opaque [qu`peIk], neither [`naIDq], absorb [qb`zLb]

“Phew!” said Kemp. “That’s odd! But still I don’t see quite... I can understand that thereby you could spoil a valuable stone, but personal invisibility is a far cry.”

“Precisely,” said Griffin. “But consider, visibility depends on the action of the visible bodies on light. Either a body absorbs light, or it reflects or refracts it, or does all these things. If it neither reflects nor refracts nor absorbs light, it cannot of itself be visible. You see an opaque red box, for instance, because the colour absorbs some of the light and reflects the rest, all the red part of the light, to you. If it did not absorb any particular part of the light, but reflected it all, then it would be a shining white box.

“Silver (/как/ серебро)! A diamond box would neither absorb much of the light (алмазный ящик не поглощал бы много света) nor reflect much from the general surface (и не отражал бы много света от своей поверхности; generalsurface— общая поверхность), but just here and there where the surfaces were favourable (но местами, там, где находятся подходящие поверхности: «но только здесь и там, где поверхности были бы благоприятны») the light would be reflected and refracted (свет отражался и преломлялся бы), so that you would get a brilliant appearance of flashing reflections and translucencies (так что вы увидели бы блестящую паутину сверкающих отражений и полупрозрачных плоскостей; appearance— внешний вид, наружность; translucency— полупрозрачность, просвечиваемость) — a sort of skeleton of light (своего рода световой скелет). A glass box would not be so brilliant (стеклянный ящик не был бы таким блестящим), not so clearly visible, as a diamond box (и не был бы так ясно видим, как алмазный), because there would be less refraction and reflection (потому что в нем меньше /плоскостей/ преломления и отражения). See that (понимаете)?

“From certain points of view you would see quite clearly through it (с определенных точек наблюдения вы могли бы совершенно ясно смотреть сквозь него). Some kinds of glass would be more visible than others (некоторые сорта стекла более видимы, чем другие), a box of flint glass would be brighter than a box of ordinary window glass (ящик из хрусталя был бы более блестящим, чем ящик из обычного оконного стекла; flintglass— флинтглас /сорт оптического стекла, обладающего большим показателем преломления/; хрусталь). A box of very thin common glass would be hard to see in a bad light (ящик из очень тонкого обыкновенного стекла было бы труднее различить при плохом освещении), because it would absorb hardly any light (потому что он почти не поглощал бы света) and refract and reflect very little (и очень мало света преломлял и отражал бы). And if you put a sheet of common white glass in water (а если вы положите лист обыкновенного прозрачного стекла в воду), still more if you put it in some denser liquid than water (или, еще лучше, если положите его в какую-нибудь жидкость, более плотную, чем вода), it would vanish almost altogether (он исчезнет почти полностью), because light passing from water to glass (поскольку свет, переходя из воды в стекло) is only slightly refracted or reflected (лишь слегка преломляется и отражается) or indeed affected in any way (и вообще на него не оказывается почти никакого воздействия). It is almost as invisible as a jet of coal gas or hydrogen is in air (/в данном случае/ стекло почти такое же невидимое, как струя угарного газа или водорода в воздухе). And for precisely the same reason (и именно по той же самой причине)!”