Андрей Мартьянов - Роман с Хаосом Страница 63

Да-с, компания в закопченной обеденной зале собралась разношерстная, причем в самом буквальном смысле данного слова. Нет, я не имею в виду, что у хоббитов (Боже мой, настоящие хоббиты! Живые! Так и подумаешь, что обожрался галлюциногенов!) шерсть на лапах была покрашена в кислотные цвета и в нашем богоспасаемом трактире собралась тусовка хоббитов-панков. Малыши, слегка напоминавшие постаревших детей, сидели за низенькими столами, вперемешку с людьми и невысокими бородатыми крепышами (гномы, что ли?), пили пиво и вообще вели себя прилично. Меня проводили боязливыми и в то же время любопытными взглядами, но кто-то все-таки крикнул: «Ага, Бродяга явился! Много чудищ сегодня убил?»

Я попытался выкроить на физиономии королевскую надменность (не получилось), отправился в самый темный угол, бросив просительный взгляд на Дастина, уже вовсю беседовавшего с молодым хоббитом, тоже облаченным в фартучек. Минуты две спустя оное создание приволокло мне кружку пива и переданный Дастином увесистый том.

— Вот, сударь, хозяин приказали вам книжечку преподнести, — пискнул мохоногий, посматривая на меня почтительно. — Ужин скоро принесут. Еще чего-нибудь изволите?

— Катись отсюда, — поморщился я. — Хотя постой! Как тебя зовут?

— Нобом, — отозвался хоббит. — Что ж, забыли уже, господин Бродяга?

— К пиву что-нибудь подай. Рыбку там, сухарики.

— Сей момент.

Ноб исчез. Я уткнулся в книгу, вынутую Дастином из-под стойки. Издевается он, что ли? Я Хозяина имею в виду. Мало того, что загнал в чужую Вселенную, так еще и пособие оставил. Заголовок тома гласил: «Дж. Р. Р. Толкин. Властелин Колец». Посреди обложки красовался взятый в золотой круг ярко-красный глаз. Закладка лежала на 159 странице. Ясненько, глава девятая под названием «Резвый пони». Ну, и что тут про нас сказано?

— Изучаешь? — прошипел незаметно подошедший Дастин. — Знаешь, со стороны внушительно смотрится. Сидит эдакая загадочная орясина с книжкой… Эй-эй, с ума сошел? Убери сигареты, у тебя трубка есть!

— Боюсь, нам предстоит веселенькая ночка, — я едва не насильно усадил Дастина рядом и ткнул пальцем в страницы. Написано, кстати, было по-английски. — Закладка лежала недаром. Таким образом нам указали, в какой точно момент мы здесь очутились. Вскоре должен явиться Фродо Бэггинс сотоварищи. И с Колечком. Потом припрутся эти… как их… одним словом, черные призраки. Придется хоббитов спасать, но как?..

— Тут все написано, — убежденно сказал Дастин. — Инструкции получил? Действуй! Полагаю, нашей жизни в Средиземье отмерян недолгий срок. День, два, потом все исчезнет. Вероятно, нас опять испытывают. Наблюдают, сможем мы выполнить то, с чем справились книжные герои или нет?

— Исчезнет? — криво усмехнулся я. — Не верится. Хозяин не стал бы ради спектакля протяженностью в сорок восемь часов тратиться на полное терраформирование Афродиты. Вдруг нас загнали сюда надолго?

— Тогда читай книжку и входи в образ, — отрезал Дастин. — Герой, блин. Король он, понимаете ли, изгнанный. Все, я пошел, клиенты зовут. Ноб, кляча мохоногая, без чуткого руководства не справляется.

Дважды некие незнакомые типы предлагали мне выпить, один раз — сыграть в кости, однажды какая-то скотина запустила яблочным огрызком, но не попала. Когда я прочитал девятую, десятую и половину одиннадцатой главы, а заодно съел ужин, свершилось.

Они все-таки пришли. А я так надеялся, что этого не случится…

Дастин, показав мне исподтишка кулак, бросился к новоявленным гостям.

Четыре хоббита, самых обычных (в смысле, не отличающихся от всех остальных, собравшихся в зале). Фродо я определил сразу — он постарше, взгляд умный и печальный, как у пожилого еврея-бухгалтера. Остальные — жизнерадостная молодежь в поисках приключений. У всех вид исключительно таинственный и даже чуточку заговорщицкий.

— Момент! Полминутки, с вашего позволения! — громко выкрикнул Дастин, подбежал ко мне и быстро прошептал: — Те самые. Фродо Норохолм и еще трое. В книге что-нибудь сказано, где их надо поселить?

Я резво пролистал страницы, нашел нужный абзац и шепнул:

— Две комнаты в северном флигеле. Письмо им сразу не отдавай. По сценарию оно должно появиться только глубоко ночью. Сделай вид, что ты про него забыл.

Дастин упорхнул с грацией гориллы-тяжеловеса.

Следующие полчаса я целеустремленно надувался пивом, пытался запомнить свои будущие реплики и, наконец, понял, что пьян. Начало хорошее. Ничего себе, наследничек Нуменора — мутные глаза, пивом смердит за версту и координация страдает. Ладно, авось выкрутимся как-нибудь.

— Песню! — вдруг заорали вокруг. — Песню, песню! Что-нибудь новенькое, чего раньше не слышали!

Ага. Наши кольценосители-хранители-герои соизволили спуститься в общую залу. Как я не заметил?

Стоит под горкою трактир,

И как-то вечерком

Туда один Мужик-с-Луны,

Надев парадные штаны,

Спустился за пивком…

То, что пели ландскнехты, было ничуть не лучше, кстати. Я порылся в книге, уяснил, что указанная баллада принадлежит перу Бильбо Бэггинса, музыка народная, и приготовился к самому главному. Сейчас Фродо должен упасть со стола, на который взобрался, будто на подиум, попасть пальцем в Колечко, и, соответственно, исчезнуть, вызвав переполох. В ходе переполоха я обязан (опять же по сценарию, изложенному в книге) плавно переместиться в комнату хоббитов и начать выполнять свой quest.

Забыл я об одном. В соответствии с текстом автора мне полагалось безмятежно сидеть за столом — невидимый Фродо сам подползет и материализуется как раз возле моей лавки. Затем последует моя первая фраза: «Ну? И зачем вам это понадобилось? Болтовня ваших приятелей в тысячу раз безобиднее. Можно сказать, вляпались обеими ногами. А может, пальцем?» Я же на месте не усидел и, пошатываясь, побрел к столу, на котором заливался соловьем Хранитель.

Растолкав публику, я приблизился непосредственно к месту грядущего события и встал рядом, упершись ладонями в столешницу. Фродо по ходу песенки кривлялся, подпрыгивал и, наконец, после фразы: «Как вдруг корова в небо — прыг!..» с роковой неумолимостью угодил на поднос с пустыми пивными кружками, поскользнулся и…

И тут что-то пошло не так. Безусловно, хоббит растворился в воздухе прямо перед моими глазами, однако в следующее мгновение я почувствовал тяжелый удар в грудь, нечто незримое заставило меня потерять равновесие, я попытался отмахнуться, задев ладонью внезапно уплотнившуюся пустоту, одновременно услышав жалобный вскрик, повалился на спину. Сверху на меня рухнула опять же пустота. Что-то тяжеленькое. Мгновение спустя я обнаружил, что на моей груди сидит донельзя обескураженный хоббит, на брови которого наливается багровым изрядная ссадина. Это, наверное, я его задел.