Здесь, сейчас и тогда - Майк Чен Страница 55

указывали, что она встревожена или растеряна, но еще один знакомый жест означал, что она глубоко задумалась, например пытаясь подобрать ингредиент, способный превратить провальное блюдо в кулинарный шедевр. В такие моменты она, глядя вверх и вправо, постукивала по подбородку указательным пальцем левой руки то быстрее, то медленнее, то снова быстрее. Глядя на это, Кин всегда представлял, как в ритме постукивания работают синапсы у нее в мозгу. В таких случаях через двадцать-тридцать секунд мысли Пенни переходили в турборежим, и палец неугомонно стучал по подбородку. Все быстрее и быстрее.

– Что, если… – начала она в размеренном ритме, не совпадающем с движениями указательного пальца, – что, если заменить ингредиент?

– Что-что заменить?

Кин оглянулся на Маркуса. Тот не отрываясь смотрел на сестру.

– Главный ингредиент. Когда клиент делает особый заказ – допустим, у него аллергия на какой-то продукт, – мы меняем соответствующий ингредиент, но так, чтобы рецепт остался прежним, а результат – предсказуемым. Быть может, в нашем случае сделать то же самое? Как-то инсценировать гибель Миранды? Убедить начальство, что задание выполнено? Вот смотрите: у нас есть инсайдер, – указала она на Маркуса, – и еще человек, выполнивший десятки заданий, – указала она на Кина. – Это уже кое-что.

Кин ожидал, что Маркус снова начнет распинаться о нормах и правилах. Однако из-за брошенного младшей сестрой вызова – вернее сказать, из-за ее участия во взрослой игре – он заговорил в ином ключе.

– Неплохая мысль. Мы постоянно подделываем архивные записи. Быть может, получится раздобыть мертвое тело. Страшная автокатастрофа, пожар на месте происшествия, ну и так далее. Затем, если сфальсифицировать данные, никто не станет выяснять, правда это или нет.

Кин не раз задавался вопросом, как выглядит мозговой штурм эвакуаторов, прежде чем информацию передают действующим агентам. Должно быть, примерно так.

– Но в одиночку я не справлюсь. Надо, чтобы со мной отправился кто-то еще. Нет, Кин, – поднял руку Маркус, – даже не думай. Я не допущу, чтобы ты погиб во время прыжка.

– Поздно. Никуда не денешься. Где гарантия, что мы успеем уговорить кого-то до завтрашнего вечера?

– План не сработает, если по прибытии с тобой случится припадок. Сумеешь поставить себе стабилизирующий укол, находясь в бессознательном состоянии? Даже если так, гарантий быть не может. Врачи запретили тебе путешествовать во времени и сделали это не без причины.

– Но это наш лучший вариант!

– Тебе нужен напарник? Алло! – подняла руку Пенни. – Вот она я, здесь, перед вами!

Она расправила плечи. В свете звезд Кин ясно разглядел ее лицо, и в груди поднялась теплая волна гордости, о которую разбился зябкий ветер. Не будь здесь Маркуса, Кин стиснул бы Пенни в объятиях как минимум на час.

– Нет, Пенни. Ты шеф-повар. Гражданское лицо. Тебе нельзя так рисковать.

– Поверь, когда дело касается семьи, риск меня не волнует.

– Я должен обеспечить тебе безопасность, ведь я твой брат, а ты моя младшая сестра. Для прыжка во времени нужна подготовка, физическая и психологическая. Теоретические занятия, тренировки, нормативы, квалификация и так далее, – произнес Маркус, загибая пальцы.

– Хватит командовать!

– Нет, Пенни. К такому ты не готова.

Разговор перешел в поле соперничества между братом и сестрой. Кину и Маркусу доводилось путешествовать во времени, причем в самом буквальном смысле, но этот спор на горном склоне послужил порталом в детство Маркуса и Пенни. Оба раздували ноздри, притопывали и все сильнее повышали голос.

Кин развеселился бы от души, но ставки были слишком высоки.

– Пенни, это полнейшее безрассудство. Послушай…

– Нет, Маркус. Ты все время мне рот затыкаешь.

– Кухонные дела в корне отличаются от путешествий во времени. Повторяю, в корне!

– И все равно все будет так, а не иначе.

– Нет, не будет.

– Говорю же, будет, – значит, будет!

– Да, говоришь, но исключительно из вредности. Только представь, какой это риск…

Но Пенни вскинула руку, и Маркус осекся, не закончив предложение.

– Так! Хватит! – сказала она брату негромко, но с такой твердостью, будто готовилась к этому моменту больше тридцати лет. – Я вовсе не вредничаю. Мы рискуем ради любви. Ты просто боишься это признать. И всегда боялся.

Она взглянула на Кина:

– Что мне надо знать, чтобы подготовиться?

– Честно говоря, – сказал Кин, прокручивая всю процедуру в памяти, – просто закрой глаза, держись покрепче, а как окажешься на той стороне, сделай глубокий вдох.

– Закрыть глаза. Держаться покрепче. Сделать глубокий вдох.

Пенни кивнула Кину, взяла его за руку, и они развернулись единым фронтом в атаке на казенную логику Маркуса. Эти трое спорили на пустынном участке – ни деревьев, ни кустов, только ветер в лицо и пыль под ногами. От слов Пенни Кин чувствовал себя выше, сильнее, умнее, будто каждый житель Области залива мог заглянуть сюда и увидеть, насколько смелой и решительной оказалась его женщина. Однако сама Пенни не разделяла его эмоций. Напротив, стояла с каменным лицом, но не равнодушным, а целеустремленным.

– Ну и чего мы ждем? – спросила она. – Пора заняться спасением дочери!

Глава 25

Стоило им остаться наедине, и напускной храбрости Пенни как не бывало, будто эта безграничная самоуверенность питалась бурным кипением страстей в моменты соперничества между братом и сестрой.

Но теперь, когда Маркуса не было рядом, до Пенни дошло, что их с Кином жизнь изменилась раз и навсегда и в новой реальности маловато места для громких заявлений.

Утром они отвезли котят в приют и запаслись необходимыми вещами – в том числе проехались по антикварным магазинам, где скупили всю доступную наличность эпохи «двадцать один – А». После обеда вновь обсудили логистические особенности путешествий во времени и проработали предоставленное Маркусом объемистое руководство по невмешательству.

Между делом Кин завел разговор о Хезер, понимая, что у Пенни накопилось множество вопросов и это давление необходимо стравить. Пенни ответила в семейном стиле – скупой улыбкой и словами «я в норме», хотя очевидно было, что это не так.

Вечером Кин отнес в спальню последнюю передачку Маркуса. Открыл вместительный композитный кейс и выложил на кровать несколько предметов: разблокированный ускоритель с двумя комплектами прокси-рукояток, набор шприцев с предпрыжковыми и постпрыжковыми препаратами (их было ровно столько, сколько нужно, хотя Кин просил пару-тройку запасных), пистолет эпохи Миранды, дополнительную наличность из Маркусовой коллекции антиквариата, фальшивые документы, две гарнитуры для связи и маленький блокнот, где от руки был записан план, несколько минут назад обсужденный Кином и Пенни в четвертый раз. Здесь не было ни пайков, ни грима для Миранды, ни одежды, типичной для ее эпохи. Маркус пообещал оставить все это на арендованном складе.

– Иди посмотри.

– По-моему,