Наука о чужих. Как ученые объясняют возможность жизни на других планетах - Антон Иванович Первушин Страница 48

ещё более странное зрелище: здесь росли тыквоподобные овощи на прямых, похожих на тростник, стеблях, а их сбором занималась полудюжина существ, отделявшая спелые пурпурные плоды от алых незрелых. Сначала я принял их за людей, но, когда мы подошли ближе, я увидел, что высотой они были всего в половину роста моего спутника и густо покрыты шерстью, с пушистыми хвостами, которые они держали выпрямленными, чтобы не касаться земли, – существа, очень напоминающие обезьян по движениям, размеру, длине и гибкости конечностей, но в других отношениях больше похожие на гигантских белок… Я указал на них, привлекая внимание моего спутника, и спросил: „Кто это такие?“ „Амбау“, – сказал он, не проявив ни малейшего интереса к деятельности существ. Упорядоченность и спокойствие движений этих существ убедили меня в том, что и они, и птицы, мимо которых мы проходили, были одомашненными животными, чьи природные инстинкты были подавлены разумным обучением». Искушённый любитель современной фантастики, скорее всего, сразу догадается, что персонаж попал в мир, где необычайно развиты биотехнологии, растения окультурены, а животные одомашнены настолько, что им можно поручать простейшие работы. Однако во времена Перси Грега такая идея была сравнительно оригинальной.

Впрочем, цивилизация Марса добилась прогресса не только в области сельского хозяйства. В городе инженер выдержал схватку с шокированными его появлением местными жителями, после чего был взят под опеку одним из влиятельных богачей. Обучив гостя марсианскому языку, он поведал историю своей планеты: «Объединение всех рас и наций в единое союзное Государство официально произошло 13 218 лет назад. В то время подавляющее большинство жителей этой планеты не обладали никакой другой собственностью, кроме своих домов, одежды и инструментов, мебели и других мелочей. Землей владело менее 400 000 собственников… Политическая и социальная власть находилась в руках владельцев собственности и тех, кто, как правило, был связан с ними родственностью или браком, поэтому не зависел от необходимости зарабатывать себе на хлеб физическим трудом… Примерно в то же время… большинство людей разуверились в будущем, где получится искоренить неравенство и беззакония. Они стали крайне нетерпимы к трудностям и страданиям, особенно таким, которые, как они думали, могут быть исправлены политическими и социальными изменениями. Вожди толпы… потребовали отмены частной собственности: сначала – на землю, затем – на движимое имущество… Борьба бушевала в течение нескольких поколений и закончилась войной, в которой… умные, бережливые и рачительные владельцы собственности со своими приверженцами потерпели сокрушительное поражение. В 3412 году был установлен всеобщий коммунизм… Первым и наиболее заметным результатом коммунизма стало полное исчезновение всех предметов роскоши, а также продуктов питания, одежды и мебели, более качественных, чем те, которые доступны беднейшим… Ссоры, возникающие из-за распределения продуктов труда, были постоянными и жестокими… Лучшие члены общества… отделились и поселились в районы планеты, которые были ранее покинуты из-за менее плодородной почвы или неблагоприятного климата, и там были организованы сообщества на старых принципах частной собственности… Они обрели монополию на машины, усовершенствования и изобретения как в сельском хозяйстве, так и в промышленности и самообороне. Они создали оружие гораздо более разрушительное, чем то, которым обладал старый режим, и превосходящее то, которое после столетий анархии и упадка смогли раздобыть коммунисты. Наконец, при нападении огромное численное превосходство последних было сведено на нет неизмеримым превосходством в вооружении и дисциплине… По окончании ожесточённой внутренней борьбы они [коммунисты]добровольно подчинились власти своих соперников и умоляли последних принять их в качестве подданных и учеников. Таким образом, в 39 веке порядок и право собственности вновь были установлены по всей планете».

Как видим, Грег не просто излагал на страницах своего романа историю вымышленной марсианской цивилизации – через неё он критиковал набиравших популярность европейских коммунистов, показывая обречённость их попыток построить более совершенное общество через отмену частной собственности. Впрочем, марсиане, свергнув коммунистическую диктатуру, сохранили некоторые элементы прежнего общественного уклада: там царит атеизм, детей принято отдавать на воспитание государству, а женщины должны выбирать между гражданской жизнью с её тяготами и полным попечительством мужа, причём те, кто выбрал второй путь, продают себя на «аукционах» под многолетний контракт в гаремы состоятельных мужчин. Тем не менее мир марсиан всё же можно назвать утопией, что и делает персонаж-инженер: «В таком случае, – сказал я, – Марс должен быть материальным раем. Вы достигли почти всего, что наши наиболее продвинутые политики считают идеалом экономического порядка: население почти не меняется, а обработанной почвы более чем достаточно для его поддержания; общее распределение собственности; полное отсутствие постоянной бедности и свобода от гложущего беспокойства о будущем… Больше того, вы осуществили идеи наших самых передовых философов: у вас есть абсолютное равенство перед законом, конкурсные экзамены среди молодежи для лучшего старта в жизни, равные шансы везде, где возможно».

Роман «Через Зодиак» можно назвать рубежным для ксенологии в части её художественного осмысления. Как мы видели, и до Перси Грега различные авторы пытались силой воображения и в опоре на доводы естествоиспытателей представить в деталях инопланетную жизнь, обсуждали её возможные отличия от земной, а также особенности развития цивилизации, имеющей независимое происхождение и историю. Но английский литератор подошёл к теме основательнее, чем предшественники: более или менее подробно описал технологию межпланетного перелёта, проблему первого контакта, разработал язык, историю и культуру марсиан, дал широкую панораму их научно-технических достижений.

Следующим в ряду внеземных утопий стоит роман «Алериэль, или Путешествие в другие миры» (Aleriel; or, A Voyage to Other Worlds. A Tale, 1883)[3] английского священника Владислава Сомервилля Лач-Ширмы, получившего известность работами по древней истории графства Корнуолл в юго-западной Англии. Считается, что он первым из фантастов употребил слово «марсианин» (martian) применительно к жителям красной планеты. Лач-Ширма снабдил свой текст предисловием, в котором сообщал:

«Когда детям показывают чудеса небес, они, впервые взглянув в телескоп, обычно восклицают: „Есть ли там наверху, на этих планетах, люди?“

Старый вопрос, и положительный ответ на него скорее подтверждается, чем опровергается открытиями современной науки. Когда нам говорят, что почти всё, что мы видим на Земле, каждая пылинка, когда-то было частью жизненных процессов, мы склоняемся к мысли, что природный закон, который действует здесь и который способствовал распространённости жизни, возможно, является общим законом Вселенной.

Наша Земля ни в чём не уникальна. По размерам такие планеты-гиганты, как Юпитер, Сатурн, Уран и Нептун, намного больше её; Меркурий, Марс, планетоиды и спутники – намного меньше; Венера, наша планета-близнец, почти такая же… Земля окутана атмосферой, но такой же [газовой сферой] обладают Венера, Меркурий, Марс и, вероятно, Юпитер и Сатурн. На Земле есть континенты и океаны – такие же, как