Эдем (полный перевод) - Станислав Лем Страница 46

Инженер кивнул головой.

– В первый раз, когда было еще светло, мы заметили только целые хороводы этих огромных волчков – они двигались строем в виде латинской буквы «V» и выбрасывали грунт, как будто копали траншеи. Мы разглядели эти траншеи как следует только на обратном пути с вершины холма, и они мне не понравились.

– А что тебе в них не понравилось? – мягко спросил Координатор.

– То, что они треугольные и вершины каждого треугольника направлены в нашу сторону.

– Чудесно. И, не сказав ни слова об этом, вы поехали туда еще раз? Знаешь, как называется такое поведение?

– Может, мы сделали глупость, – сказал Инженер. – Даже наверное сделали, но мы подумали, что, если начнем здесь совещаться, ехать ли второй раз, снова начнутся споры, кто должен рисковать своей бесценной жизнью и так далее, – и решили справиться с этим быстро, сами. Мы рассчитывали на то, что с наступлением сумерек им придется осветить место работ.

– Они вас не заметили?

– Почти наверняка нет. Во всяком случае, никаких признаков я не видел – нас никто не остановил.

– А как вы ехали сейчас?

– Почти все время по вершинам холмов, не по самым вершинам, немного ниже, чтобы они нас не увидели на фоне неба. Разумеется, без огней. Поэтому мы так долго тащились.

– То есть вы вообще не собирались привозить воду, а канистры взяли только для того, чтобы обмануть Химика?

– Нет, это не так, – вмешался в разговор Доктор.

Они все еще сидели в вездеходе, то освещаемые вспышками маяка, то погруженные в темноту.

– Мы хотели подъехать к ручью значительно дальше, с другой стороны, но нам не удалось.

– Почему?

– Там они проводят такие же работы. Сейчас, с наступлением темноты, льют в траншеи светящуюся жидкость – она давала столько света, что все было отлично видно.

– Что это? – Координатор посмотрел на Инженера.

Тот пожал плечами:

– Может, они делают какие-нибудь отливки. Хотя вещество слишком жидкое для расплавленного металла.

– Чем они его доставляли?

– Ничем. Клали что-то вдоль борозд; возможно, трубопровод, но точно я сказать не могу.

– Жидкий металл нагнетали по трубопроводу?

– Говорю тебе, я видел это в темноте, в бинокль, при очень плохом освещении – центр каждой траншеи светится, как ртутная горелка, а вокруг все темно. Впрочем, мы ни разу не подходили ближе чем метров на семьсот.

Фонарь погас, и они некоторое время сидели, ничего не видя, потом он снова вспыхнул.

– Думаю, его надо убрать, – сказал, поднимая глаза, Координатор и добавил: – Сейчас же.

– Что там? – Мигалка снова вспыхнула, и все увидели выныривающего из туннеля Химика.

Он подбежал к вездеходу, последовали торопливые вопросы и ответы; тем временем Инженер спустился вниз, в машинное отделение, и выключил ток. Фонарь блеснул в последний раз, и стало темно. Зарево на горизонте разгоралось еще отчетливее. Теперь оно сильно сместилось к югу.

– Их там страшно много, – сказал Инженер, который вернулся на поверхность и стоял у ракеты лицом к зареву.

– Больших волчков?

– Нет, двутелов. На фоне этого светящегося теста мы видели их силуэты. Они очень спешили: очевидно, эта масса, остывая, густеет. Они обкладывали ее какими-то решетками сзади и с боков. Передняя часть, то есть сторона, обращенная к нам, осталась открытой.

– Ну и что? Будем сидеть сложа руки?.. – возбужденным голосом начал Химик.

– Ну зачем же, – сказал Координатор. – Сейчас примемся за проверку всех систем Защитника.

Они помолчали, глядя на зарево, и заметили несколько ярких вспышек.

– Хочешь слить воду? – угрюмо спросил Инженер.

– Без крайней необходимости – нет. Я уже думал об этом. Попробуем приоткрыть люк. Если контрольки покажут, что механизм замка действует, закроем люк и будем просто ждать. Крышка отойдет на какие-нибудь миллиметры, в худшем случае выльется несколько десятков литров воды. Такое маленькое радиоактивное пятно не проблема, с ним мы справимся. Зато будем знать, что в любой момент можем выехать в Защитнике наружу и иметь свободу маневра.

– В худшем случае мокрое пятно останется, но уже от нас, – сказал Химик. – Интересно, что тебе дадут эти эксперименты, если атака будет атомной?

– Керамит выдерживает в трехстах метрах от эпицентра.

– А если взрыв будет в сотне метров?

– Защитник выдержит взрыв и в ста метрах.

– Выдержит, вкопанный в грунт, – уточнил Физик.

– Ну так что? Понадобится – вкопаем.

– Если даже взрыв будет в четырехстах метрах, люк заплавится и наружу не выйдешь! Сваримся, как раки!

– Все это чепуха. Пока бомбы не падают. А впрочем, сами себе мы должны признаться, черт возьми, – ракету мы не покинем. Если ее уничтожат, интересно, из чего ты сделаешь другую?

После этих слов Инженера все замолчали.

– Погоди-ка, – сообразил вдруг Физик, – ведь Защитник не комплектный! Кибернетик вынул из него диоды.

– Только из автомата наводки. Можно наводить без автомата. Впрочем, ты же знаешь: если стрелять антипротонами, промазать не страшно, результат будет тот же…

– Слушайте, я хотел спросить об одном, – заговорил Доктор.

Все обернулись к нему:

– Что?

– Ничего особенного, я хотел только спросить, что делает двутел?

После секунды молчания раздался взрыв смеха.

– Это изумительно! – воскликнул Инженер.

Настроение изменилось, как будто опасность вдруг исчезла.

– Спит, – сказал Координатор. – Во всяком случае, около восьми я к нему заглядывал, он спал. Он вообще может почти все время спать. А он что-нибудь ест?

– Я не знаю, что он ест. У нас он ничего есть не хочет. Я пытался его покормить, но он ни к чему не притронулся.

– Да, у каждого свои хлопоты, – выдохнул Инженер и улыбнулся в темноте.

– Внимание! – раздался голос из туннеля. – Внимание!

Они резко обернулись. Из туннеля вылезала большая темная фигура, она мягко звякнула и остановилась. За ней появился Кибернетик с горящим фонарем на груди.

– Наш первый универсальный! – представил он торжествующим голосом. – Что такое?.. – спросил он, оглядывая поочередно освещаемые лица товарищей. – Что случилось?

– Пока ничего, – ответил Химик. – Но все еще впереди.

– Как