Книга миров - Майлс Джон Брейер Страница 4

Но на следующий день он снова был у прибора. У меня до четырех часов дня шли лекции, после чего я поспешил в лабораторию. Там я встретил совсем другого человека.

Он был суров и решителен. Это меня отчасти успокоило: я тревожился из‑за его безнадёжной депрессии и не понимал, что происходит с ним. Тогда мне казалось, что он стряхнул с себя уныние и решил как-то повлиять на ситуацию с войнами и развитие человечества.

- Вот мир, ушедший на тысячи лет вперед по сравнению с нашим, — рассказывал он. — Человечество заселило его так плотно, что нам и не вообразить. Слава Богу, что это всего лишь иной мир, а не наш. За тысячелетия люди ни на толику не изменили свою звериную природу. Нет — не подходите! Я не могу позволить вам стать свидетелем таких ужасов. Изувеченные солдаты — мужчины и женщины — свалены в кровавые груды высотой с Капитолий. Каждый залп этой машины убивает еще тысячу… не смотрите!

— Но это не наш мир. Мы еще можем спасти наш мир от подобной участи. Мы начнем сегодня же, Харлан, вы и я — мы не допустим, чтобы подобное случилось у нас.

— Мы должны это остановить! — повторил он, но сам продолжал сидеть и смотреть в прибор.

Я был озадачен и не на шутку встревожен. Внезапная суровая решимость этого мягкого человечка выглядела крайне странно. Я бы решил, что он притворяется ради меня, если бы не его мрачный вид. Как бы то ни было, я с облегчением увидел, что его ужасная депрессия отступила и он взял себя в руки. Так мне казалось тогда.

Он позволил мне снова увести его, и я отвез его домой. Он всё повторял с мрачной решимостью:

— Только не наша человеческая раса, мы этого не допустим!

На следующий день у меня не было лекций, и я заехал за ним домой рано утром. Он уже ушел. Я поспешил в лабораторию. Он был уже там: лихорадочно крутил ручки настройки, а затем склонился над окулярами. Он был необычно взволнован.

— Разрушительные лучи! — бросил он мне, не отрываясь от окуляров, когда я вошел. — Тысячи людей испаряются, как снежинки в дымоходе. Ужасающие взрывчатые вещества. Смертоносные газы. Бомбы, начиненные болезнетворными микробами. Дьявольская изобретательность.

Он резко повернулся ко мне.

— Все указывает на то, что наш мир — часть этой схемы. Он движется в том же направлении. Так и будет. Мы должны это остановить.

Он встал посреди комнаты и начал говорить, а я воспользовался случаем, чтобы заглянуть в окуляры.

Я увидел мёртвый мир. Развалины. Пепел. Воронки от взрывов. Разлагающиеся тела. Ни малейшего движения. Увяла даже растительность. Возле огромного орудия лежала груда готовых к выстрелу снарядов, а рядом — мертвый канонир.

В речи профессора Косгрейва появилась странная выспренность. Он говорил нелепые, глупые вещи о Всеобщем Мире. И всё же я ничего не заподозрил.

Лишь на следующее утро, когда я вошёл в лабораторию, меня внезапно осенило. Он сидел на высоком табурете, зажав в губах венок из прутиков. Увидев меня, он надел венок себе на шею и запел тонким голосом:

— Я Голубь Мира, посмотрите!

Внимайте: люди все — в родстве.

Войны не будет, мир цените,

Я распростер крыла везде.

Я Голубь Мира!

Слезы брызнули у меня из глаз, когда страшная истина наконец открылась мне. Сглатывая ком в горле, я поспешил в другую комнату к телефону. Бедный, бедный профессор Косгрейв!

Когда его уводили, я снова посмотрел в окуляры. Там была каменистая равнина, покрытая, насколько хватало глаз, гладкими, слегка волнистыми впадинами и буграми, покрытыми склизким, отвратительным грибковым налётом. Кое-где грибок покрывал бесформенные обломки, напоминавшие руины зданий. Эта картина не менялась в течение четырёх дней, пока не сели батареи прибора (я не знал, как его выключить). Теперь никто не знает, как им управлять.

Профессор Косгрейв узнаёт меня. Он всегда рад видеть меня в своей палате в лечебнице. Но говорит он со мной только о Всеобщем Братстве и о моем долге — спасти человечество от вражды и кровопролития. И при этом он машет руками, словно крыльями, и воркует.

Примечания

1

Квадрика (quadrics) — термин из математики, тип математического объекта, который можно определить как гиперповерхность в многомерном пространстве.