Антон Мякшев - Тринадцатое Поле Страница 34

– Ничего себе, – сказал я. – Здесь живет Старейший и Всевидящий Моту? Что ж ему никто крыльцо со ступеньками не срубит? Как он из дома на прогулку выходит?

– А он и не выходит, – сказал Маке. – Не помню, чтобы он даже наружу выглядывал… Братья Драконы! Мы здесь! Аскол!

Из дупла-рта высунулась голова Аскола. Высунулась и скрылась.

– Они здесь! – прогудел его голос.

Тотчас до земли свесилась толстая веревка. Макс крякнул, поплевал на ладони и полез первым. Карабкался он долго, пыхтя. Мне взбираться по веревке было проще. Я ступил в пахнущую древесиной, дымом и орехами темноту и огляделся.

Внутри дупло было размером с небольшую комнату. Потолка не видно. Вдоль стен расселись на корточках четверо Драконов. Троих я узнал сразу, хотя эти трое здорово изменились, войдя в Поле. Будто повзрослели на десяток лет, но не естественным образом, а посредством искусного гримирования. Странно было сравнивать их, теперешних, с теми мальчишками, которых я совсем недавно видел в квартире Макса. Плечи – шире, руки – длиннее. Но не это главное. Изменились осанка, манера двигаться, даже – выражение глаз. Более всего – выражение глаз. Они стали воинами. Ратниками. Словно кто-то всесильный гримировал не только их лица, но и внутреннюю суть… А Макс, кстати говоря, не изменился нисколько. Ну, только одежда стала другой. И я… Впрочем, интересно было бы взглянуть в зеркало.

Четверо Драконов расселись на корточках вдоль стен. Клещ и Рогатый – на них поблескивают червленые полудоепехи. Головы покрывают красные платки, скрывающие волосы. Двуручные мечи крепко установлены у колен. Ас-кол выбирает веревку; рядом с ним, закутавшись в красный плащ, сидит незнакомый широкоплечий парень с беспорядочно торчащими, как корни вывороченного дерева, короткими дредами. У парня смуглое азиатское лицо, раскосые глаза. За плечами разряженный арбалет, на коленях – напоминающий катану тонкий и слегка изогнутый меч с длинной рукоятью без гарды. Правая рука, поглаживающая рукоять меча, блестит пятью золотыми кольцами.

«Хан, – догадался я. – Тот самый – опоздавший. Ратник пяти колец, мастер…»

А в центре, обернутый бетой холстиной, сидел, скрестив по-диковинному ноги, Старейший и Всевидящий Моту – совершенно лысый старик с некрасивым даже для старика лицом; словно небрежно вылепленным из глины. Глаза его были закрыты. Впрочем, сказать, что он сидел, было бы неправильно. Он спокойно и неподвижно висел прямо в воздухе в неудобной позе. Под ним явственно алели крупные угли. Дымок, поднимавшийся от углей, прятался в складках холстины.

Я не удивился. Я поймал себя на мысли, что уже давно ничему не удивлялся в Полях.

Макс коснулся пальцами обеих рук лба, проговорил:

– Старейший и Всевидящий, – и уселся скромно поближе к Рогатому.

– Старейший и Всевидящий, – повторил я слова и жест оружейника.

– Хвала Создателям, их ненависть позволила нам жить, – не открывая глаз, тихо отозвался Моту.

Я отступил, но на место рядом с Максом опустился Ас-кол. Больше садиться было некуда – разве что на острую кромку ведущего наружу отверстия.

– Это ли новообращенный? – проговорил вдруг Хан.

– Истинно, – почтительно сказал Аскол. – Новообращенный Никита, не имеющий имени Дракона.

– Он, кто же еще, – буркнул Макс.

Хан как-то подозрительно посмотрел на меня.

– Оружейник проводил испытание? – спросил он, переводя взгляд на Макса.

– Ратник трех колец Лис и оружейник, – кивнул Макс.

– Как показал себя новообращенный?

Губы Аскола дрогнули. А Макс, пожав плечами, коротко сказал:

– Нормально.

Теперь Хан смотрел только на меня. Очень, надо сказать, пристально смотрел. И продолжал допрос:

– Когда проходило испытание? Макс ответил.

Я почувствовал раздражение. Кто он такой, этот Хан? Мало ли что ратник-мастер! В общем мире, должно быть, обычный школьник-старшеклассник, второгодник прыщавый. Или вообще какой-нибудь бездельник. Чем я ему так не нравлюсь? Он меня первый раз-то и видит. И эта дурацкая помпезная речь. Высокий слог! «Это ли новообращенный?..» Судя по всему, ратники в Поле изъясняются только так. Хорошо, что мы с Максом не ратники. Я бы себе язык сломал, пока привык…

Хан задавал еще какие-то вопросы, Макс отвечал на них. Хан, глядя на меня, несколько раз вполне откровенно покривился. Пошел ты!..

– Времени не так много, – встрял в паузу Аскол. – Не начнем ли, братья?

Хан со значением постучал окольцованными пальцами по рукояти меча и разрешил:

– Начинайте.

Моту вытянул вперед руку.

Тогда все посмотрели на меня. А я на Макса.

– Подойди к нему, – шепнул Маке. – Наклони голову.

Я так и сделал. Твердые, как кость, пальцы Всевидящего коснулись моего лба. Ничего особенного я не почувствовал. Я слышал, как Драконы, сидевшие поначалу тихо, спустя пару минут стали негромко переговариваться. У меня затекла шея, и только я хотел испросить разрешения сменить позу, старик Моту опустил руку.

– Что скажет нам Старейший и Всевидящий? – нетерпеливо спросил Хан.

– Та, кого вы называете Морок, здесь.

– Хорошо! – сорвалось у Аскола.

– Она очень близко.

– Старейший видел ее? Она в городе?

– Ее нет в Симху. Она никогда не бывала в больших городах.

– Она боится городов?

– Нет.

– А чего она боится, скажи, Всевидящий? – вылез снова Аскол.

– Ничего. Она полна собой, и в ней нет места для страха.

– Это невозможно, – наставительно проговорил Хан. – Каждый боится чего-то. У любого есть слабые стороны. Смотри глубже, Старейший.

Угли под стариком вспыхнули ярче.

– Она боится… – начал он.

Хан хмыкнул и окинул присутствующих торжествующим взглядом.

– Она боится… Я не знаю, как сказать… Вот… – Старейший Моту обеими ладонями погладил несуществующий шар.

– Что это? – удивился Аскол.

– Не могу сказать больше. Я не вижу.

– Замкнутого пространства, что ли? – предположил Макс. – То-то городов не любит…

– Нет, – резко ответил старик.

– Что – «нет»? – спросил Хан.

Моту промолчал. И заговорил снова, быстрее:

– Морок здесь. Не долго будет. Она одна. Я вижу реку меж деревьев. Обрывается. Вода падает и падает. Высоко. Вода разбивается.

– Водопад! – воскликнул Аскол. – Мы знаем это место!

– Рядом с ней люди из общего мира, – неожиданно проговорил Моту.

– Кто это может быть? – удивился Аскол.

– Я знал это! – вскочил на ноги Хан (он оказался удивительно низкорослым). – Из Драконов, кроме нас, никто не входил в Лесное Поле! Она с Мертвыми! Морок – создание Мертвого Дома! Я говорил вам об этом! Старейший, смотри глубже! Сколько их?