Земля зомби. Весеннее обострение - Мак Шторм Страница 20

Я её не осуждаю, конечно, но на пару дней они мне испортили малину, шляясь по подъезду. Потом, к моему счастью, их всех расстрелял охотник, проживающий в этом же подъезде. Он был где-то в лесу в первые дни катастрофы, пребывал в счастливом неведении о происходящем в городе, а когда узнал, сразу кинулся сюда, к семье, только в квартире их не оказалось, и мужик ушёл в неизвестном направлении, больше я его не видел. Зато он сделал мне и всему подъезду неоценимую услугу, прострелив головы шарахающимся по лестнице тварям. Поскольку я не знал, сколько мне тут предстоит жить, то вытащил трупы на улицу, бросив их около мусорных контейнеров. Кому нужно, пусть хоронят, мне это точно не нужно.

После того случая я всегда тщательно проверял, чтобы дверь в подъезд была закрыта. Половина жильцов из подъезда, когда всё началось, сгинула, так и не добравшись до дома. Вторая половина, собрав вещи, свалила, как только вернувшийся домой охотник расстрелял мертвецов и расчистил для них путь к бегству.

Только одна вредная и вечно недовольная климатичка, проживающая на два этажа ниже меня, осталась дальше сидеть в своей квартире. Ух, сколько же крови эта дура мне попила и сколько нервов потрепала! Не знаю, докапывалась ли она до других или только я был любимым объектом для выплёскивания негативной энергии. Стоило ей меня встретить, как она тут же начинала высказывать мне претензии. Если послушать её, то я только и делаю, что ломаю цветы у подъезда, разбрасываю бычки и использованные резиновые изделия, дверьми хлопаю, ногами топаю, одним словом, тиран, который только и живёт для того, чтобы испортить жизнь всем проживающим со мной в одном подъезде. И всё бы ничего, если бы не одно НО — все обвинения в мой адрес были абсолютно беспочвенны, а я не делал ничего из вышеперечисленного. Вот такая вот вредная неудовлетворённая стерва была, эта рыжая Лариса Борисовна.

Теперь она осталась одна на весь подъезд, конечно, не считая меня. В мою голову сразу полезли красочные идеи разнообразных вариантов мести для этой скандальной дуры. Мысли крутились в мозгу, заставляя меня улыбаться, а иногда даже смеяться в голос, представляя, что я наложил ей кучу под дверь или залил входную дверь монтажной пеной. Вдоволь насладившись своими фантазиями, я с трудом изгнал их из головы. Конечно, Лариса Борисовна была та ещё стервозная сволота, но даже её я не готов был убивать или становиться виновником её смерти, запенив входную дверь и лишив её возможности выбраться из квартиры.

Выйдя из своей квартиры и прокравшись по лестнице, я остановился около её двери. Присев, чтобы меня не было видно в дверной глазок, я принялся скрести рукой по металлической двери, издавая рычащие звуки, какие издают мертвецы. Я услышал, как Лариса Борисовна испугано ойкнула и хлопнула дверь в комнату, видимо, от страха спрятавшись в ней. С трудом сдерживая смех, крадучись, я отошел от двери и, стараясь не издавать шум, принялся спускаться вниз. Оказавшись у входной двери подъезда, я прислонил ухо к её холодному металлу, пытаясь услышать, что происходит снаружи.

Ничего расслышать мне не удалось, только ухо зря заморозил. Перехватив поудобнее бейсбольную биту, я немного приоткрыл дверь и принялся рассматривать пространство рядом с подъездом.

Во дворе, в некоторых местах на снегу, виднелись кровавые следы и валялось много мусора, как будто кто-то специально таскал его в наш двор и высыпал. Посреди двора навсегда замерли разбитые в аварии машины. Большой внедорожник темно-синего цвета непонятно как умудрился успеть сильно разогнаться и протаранить в бок выезжающую с парковки у дома легковушку, разбив себе переднюю часть автомобиля и сильно смял левый бок легковушки. У внедорожника были нараспашку все двери и внутри было пусто. Тому, кто находился в легковом автомобиле, судя по всему, повезло меньше. Такие выводы легко было сделать по тому, что она вся была заляпана кровавыми следами, а на водительском месте виднелись намертво зажатые остатки ног водителя. Куда делся сам водитель, оставивший в машине свои ноги, было загадкой. По двору бродило пятеро мертвецов. Сбиваться в стадо они не пытались, так и бродили бесцельно в одиночестве, периодически громко порыкивая.

Я улыбнулся, предвкушая веселье, ведь пять медленных и тупых зомбаков не представляли для меня опасности. Выйдя из подъезда, я проверил, чтобы входная дверь закрылась, после чего, весело насвистывая, сам пошел навстречу ближайшему зомбаку. Тот впил в меня взгляд своих кроваво-красных глаз и, радостно урча, захромал мне навстречу. Как только дистанция позволила нанести удар, я саданул что есть силы битой ему по голове. Мертвец упал на землю, но ещё шевелился, чем меня разочаровал. Свою злость я тут же выместил на его голове, колотя по ней, пока не раздробил ему череп на мелкие осколки. Оставив на снегу тело с раздробленной головой, я пошел навстречу следующему мертвецу. Вскоре всех постигла участь первого, и их головы превратились в кровавое месиво, разбрызганное на белом снегу.

Закинув биту на плечо и весело насвистывая, я вышел из двора и чуть не столкнулся с очередным мертвецом. Этого упыря я смог упокоить с одного сильного удара, подняв себе тем самым настроение на максимум. Только на проспекте, в отличие от моего двора, зомбаков было в разы больше, проламывать голову каждому не хватило бы сил. Да и велика вероятность, что, несмотря на их медлительность и тупость, они задавят меня толпой. А я очень не хотел быть укушенным гнилыми нечищеными зубами зомбака и пополнить их ряды, когда начиналась жизнь на полную катушку. Поэтому, выбрав направление, где скопление зомбаков было меньше всего, я побежал туда, поочередно то крича матом, то смеясь от нахлынувшего на меня адреналина.

На бегу я рассматривал машины, понимая, что долго я бегать не смогу. На проспекте Труда проблем с машинами не было. Они стояли повсюду, целые, брошенные в беспорядке или разбитые в результате столкновения с другими автомобилями, столбами и даже зданиями. Были тачки абсолютно пустые, а были с зомбаками в салоне, которые провожали меня горящим взглядом глаз, скребя руками стёкла в попытках выбраться.

Не знаю, какой из моих безумных тараканов шевельнулся при виде длинного автобуса с распахнутой водительской дверью, внутри которого были бывшие пассажиры, ставшие теперь мертвецами. Идея доехать в автобусе, салон которого наполовину забит зомби, показалась мне настолько привлекательной, что я без тени сомнений полез в гостеприимно распахнутую водительскую дверь. Мне повезло, ключи оказались в замке зажигания и автобус завелся с полуоборота ключа. От мертвецов