Обратный отсчет: Тлакантский синдром - Токацин Страница 198

…Кронион вошёл в штаб ликвидаторов первым и успел что-то сказать. На Гедимина после этого смотрели с любопытством, но за плазмомёты не хватались. Народу в штабе осталось немного — обычная дежурная смена; видимо, и вокруг «Рутении» шли свои расчистки.

— Если понесёшь под бронёй — шесть штук, больше не влезет, — на ходу подсчитал Кронион, пока Гедимин глазел на «рассадник». Под слоем ипронового рилкара с редкими смотровыми окошками копошилась светящаяся масса.

— Это подростки, готовые к отсадке. Не задохнутся, их ещё не так выносили, — «кот» клыкасто ухмыльнулся. — Вот тебе самец. Вот ещё самец. Вот самка. Самок отберём четырёх. Пока не отрастят ещё по сегменту, «дойка» — раз в неделю. На втором сегменте — по два раза можно. По баракам пускать, когда там пусто. Если у кого барахло фонит, а расставаться с ним жалко, — в мойку пусть сдаёт заранее. Зверьки разбираться не будут!

Гедимин засунул между слоями брони ещё одного Пожирателя, свернувшегося в тугой клубок.

— Для «Йыгевы», говоришь? — донеслось снаружи; в «рассадник» заглянул ликвидатор — судя по нашивкам, их биолог. — Две канистры меи у дверей. С собой возьмёшь, там пригодится.

— А у вас тут ещё останется? — вырвалось у Гедимина; после «Йыгевы» он не был уверен в надёжности снабжения — хоть где-то, кроме Ураниума и базы «Тория».

Ликвидатор ухмыльнулся.

— Да, теперь вижу, что ты с «Йыгевы». У нас тут атомная станция, свои заводы, меи — залейся. Ещё канистру?..

…В штабе всё-таки было слишком много народу. Гедимин, повесив все канистры за спину, оглянулся на Крониона.

— А есть тут место, где никто не ходит? Чтоб мне вернуться без шума…

Кронион молча накрыл и его, и себя защитным полем. Потом выставил второе — стенкой между сарматами.

— Иди уже! Ещё и там поднимут тревогу. Тут ликвидаторы, они в курсе ваших… изобретений. По мне, так это всё вредно для мозга, — но тебе уже бояться нечего. Двигай! Может, ещё пересечёмся. Спину лечи!

Уже из глазастой сферы Гедимин на долю секунды увидел его — и лапу, прикрывающую глаза. Затем вокруг замелькали обрывки пейзажей. Сармат дёрнулся, пролетел мимо бараков и вывалился глубоко под землёй — на каменный пол, опираясь на все четыре конечности. С плеча с бульканьем свалилась канистра.

— Te’ek… te’ek zaa dakemu⁈ — на сармата, придерживая за угол дрожащий лист бумаги, таращился Ченге, а из-за его спины — двое местных бригадиров.

… — Записку читал, — коротко ответил Деннис; вместе с ним вокруг Гедимина собралось два десятка незнакомых сарматов. — За мею спасибо. А теперь рассказывай — что это вообще было? Как дошёл до «Рутении» — и откуда только что выпал?

Гедимин поморщился — под бронёй, учуяв излучение, уже зашевелились Пожиратели.

— Сначала дай место, куда зверей высадить. Пока сами не выползли. Или вы от них облучитесь, или они вас перекусают. А их челюсти — это не иголочка от ампулы.

…Зверьки опомнились практически мгновенно — едва ликвидатор положил их в контейнер, засыпанный до половины обломками сланца, тугие чешуйчатые клубки развернулись, усики задрожали, а челюсти впились в первый подвернувшийся камень.

— Говорил же — уран тут ещё копать и копать, — проворчал Гедимин, глядя на решётку на одном из концов контейнера. Под ней был крепко приделан поддон — изогнутый, с патрубками, на которые местный медик насадил пробирки.

— Говоришь, такое, чтоб было не разгрызть? — ликвидатор, ещё придерживающий ладонью последний чешуйчатый клубок, бросил на решётку обломок гранита. Гранит был покрыт щербинами и обильно вывалян в мелкой синей пыли. Пожиратель, высаженный следом, развернулся, пошевелил усиками — но от груды сланца его отделило защитное поле, и он, «принюхавшись», вцепился челюстями в гранит. Камень поддавался с трудом, через каждые пару секунд существо останавливалось, и из пасти сочилась зеленоватая жижа. Ещё несколько попыток раскусить булыжник — и в пробирку закапало.

— Флоний! — вскрикнул медик, глядя на сигма-сканер. Прибор «рябил» от излучения животных и их «корма», сармат почти распластался на полу, чтобы пропустить сканирующий луч под источником излучения.

— Флоний, — повторил он, поднимаясь на ноги. — Через фильтр его — и можно в дело.

— Что, его прямо так и получают? — недоверчиво спросил Ченге; до сих пор координаторы гетто держались поодаль от «вольера» Пожирателей. Да и Гедимину не хотелось подходить близко — зверей, за неимением лучшего места, поселили в капсуле для поражённых эа-мутацией. Она, конечно, после каждого применения стерилизовалась потоком нейтронов и гамма-излучением, да и многоножки с Ириена явно не могли ни заразиться, ни стать переносчиками, — но сармату было не по себе.

— Хватит с него, — вмешался он, глядя, как Пожиратель упорно грызёт гранит — видимо, надеется, что радионуклиды не только снаружи. — Их часто доить нельзя. Сдохнут. Раз в неделю, и ненадолго. Это ещё мелочь. Нарастят по паре сегментов — другое дело.

— Флоний… — повторил медик; пробирка, обёрнутая защитным полем, была уже в его руках. Ликвидатор убрал защитное поле, и Пожиратель, сплюнув слишком твёрдый камень, зарылся в сланец.

— Не дурак, — хмыкнул сармат.

— Они очень умные, — сказал Гедимин. — Вы им, кроме поилки, ещё купальню поставьте. Полезно, быстрее вырастут.

— Ты ещё и биолог? — медик скользнул взглядом по «нашивкам» на броне сармата. — А, ну у вас на станциях… Флоний. Надо же. Тут на четыре дозы… Только примесей много, и фильтр их не возьмёт. Тот, что нам привозят, — чище.

— Такой, неочищенный, — лучше, — уверенно сказал Гедимин. — Тяжелее, но лучше. Мне этой дряни много вводили…

Медик хмыкнул.

— Ладно, поверим эксперту. Четыре дозы с существа в неделю… А ведь ты не зря летал в «Рутению». Вот не думал, что атомщики нам помогут, да так охотно…

— Ты к ним так не пристраивайся, — вмешался ликвидатор, глядя на зверьков. — Раз в неделю они наши. Пронесём по баракам… и прочим местам. Меньше работы