Сборник - Лучшее за год: Научная фантастика. Космический боевик. Киберпанк Страница 151

Вскоре пришла Анна. Я удивился – обычно днем она работает. Анна взяла кресло, стоявшее на моей половине.

– Они хотят забрать папу на операцию как можно скорее, – объяснила она. – Я отпросилась с работы после обеда, чтобы побыть с мамой.

– Мне очень жаль, – ответил я. – Надеюсь, операция поможет.

Это было меньшее, что я мог сказать при сложившихся обстоятельствах. Анна поставила кресло в ногах моей кровати, и я решил попытаться немного ее расспросить.

– Чем занимается ваш отец? Врачи считают, что я мог заразиться от него.

Она замерла и посмотрела на меня, потом села в кресло.

– Что-то случилось? – спросила она.

Я рассказал ей о результатах рентгена моих легких.

– Папа разрабатывал сверхчувствительное телекоммуникационное оборудование, – сказала мне она.

Я нахмурил лоб:

– Не понимаю… Каким образом это могло повлиять на его легкие, а теперь и на мои?

– Давайте у него и спросим, – предложила она, встала и, отодвинув занавеску, объяснила все отцу.

На несколько минут все замолчали. Даже кашлять перестали.

– Я разрабатываю аппараты, которые строят… – начал мистер Шамберг и опять зашелся кашлем. – Которые воспроизводят себя на основе молекулярных структур, – закончил он. – Это нанотехнологии. Для телекоммуникаций. На основе любого материала они способны за несколько часов построить оборудование. Мы собираемся использовать их в чрезвычайных ситуациях… в оборонной промышленности… Люди смогут носить с собой целый центр дальней связи в спичечном коробке.

Я лег на спину и посмотрел в окно. Кажется, я начал понимать, в чем дело.

Нанотехнологии и эти наноструктуры, созданные в лаборатории, и оказались причиной всех бед. Эти наноструктуры каким-то образом проникли из лаборатории во внешний мир – или, по меньшей мере, в наши легкие. Я представил, как час за часом, в течение нескольких дней, которые я провел рядом с ним, из легких мистера Шамберга вылетают с кашлем мельчайшие структуры, которые затем превращаются в радиоприемники, телефоны и все такое прочее.

– Что за основа нужна для развития этих наноструктур? – спросил я.

– Грязь, песок… Как только структуры активизируются, они начинают искать в окружающей среде все, что необходимо. Мы считали, что живой организм – легкие, мышцы – слишком влажная среда для их роста…

– Похоже, вы ошибались, – сказал я.

Он был потрясен до глубины души. Равно как его жена и дочь.

– Как их можно обезвредить? – спросил я.

Он задумался на некоторое время:

– Наверное, только высокой дозой радиации. Очень высокой дозой.

Он оглянулся на меня:

– В общем-то, в данной ситуации их невозможно дезактивировать: мы пытались создать совершенно автономные структуры…

Через некоторое время его увезли на операцию, и я подумал, что скоро последую за ним. Но как они собираются оперировать человека, страдающего пневмонией, мне было непонятно. Но я хотя бы понимал, что происходит. Возможно, влажная среда в человеческих легких тормозит развитие наноструктур, а может, каждая структура стремится создать отдельный прибор. Если они находят другие подобные себе, то запрограммированы на совместную работу, хотя для строительства хватит и одной. Просто, если начать с маленького фрагмента, процесс займет больше времени. И кроме того, по мнению мистера Шамберга, если все будет идти с той же скоростью, то к 12 часам четверга у меня в груди вырастет целая спутниковая антенна со всеми передатчиками и приемниками, если только их не смогут прежде оттуда извлечь.

Я посмотрел на медсестру, которая устанавливала у входа в палату стол с одноразовыми халатами, перчатками и масками. Старшая медсестра зашла в комнату, одетая в защитный костюм, и попросила миссис Шамберг и Анну тоже надеть халаты, перчатки и маски.

– Что это вы еще придумали, – запротестовала миссис Шамберг. – Я была с Берни с того самого дня, как он заболел!

– Наденьте халаты и маски или покиньте помещение, – ответила на это медсестра, и стояла посреди палаты до тех пор, пока миссис Шамберг и Анна не выполнили ее распоряжение.

Когда медсестра собралась уходить, я задержал ее.

– Мэм, – сказал я, – мой врач сказала, что меня переведут в другую палату…

– Боюсь, что нет. Администрация больницы приказала изолировать всех, кто имеет отношение к этому вирусу. Вы останетесь здесь.

Медсестра водрузила около двери большое мусорное ведро, сняла маску, халат и перчатки, бросила их в ведро и быстро вышла вон. Миссис Шамберг и Анна вернулись в палату, одетые в защитные костюмы. Анна, приглушенным из-за маски голосом, поведала мне, что у дверей установили стерильный бокс, а администрация дала четкие инструкции, какие меры предосторожности предпринимать при входе и что делать с масками на выходе, чтобы не разнести вирус. Они уже предупредили весь персонал и посетителей.

– А пластик может защитить человека от ваших наноструктур? – спросил я мистера Шамберга.

Мистер Шамберг вздрогнул и нажал кнопку вызова медсестры. Старшая сестра мгновенно появилась в палате.

– Пластик вас не защитит, – сказал ей мистер Шамберг, – вам нужен хлопок. Гидрокарбонат в составе пластика только ускорит развитие наноструктур.

– Ваша компания уже проинформировала нас об этом, – ответила медсестра. – Но кто сейчас использует одноразовые хлопковые перчатки? Я даже не знаю, где их можно достать. Мы используем эти маски и перчатки совсем недолго, а потом оставляем в мусорном ведре в вашей палате, а санитарная служба сжигает их каждый час. Огонь уничтожит любые наноструктуры. Все, что мы можем сделать, это надеть хлопковые маски.

Медсестра ушла, и, поскольку вентиляцию отключили, в палате настала тишина. Они не хотели, чтобы даже воздух из нашей палаты вырвался наружу.

Мистер Шамберг отстранился от своей жены и встал с постели. Взял ее затянутые в перчатки руки в свои.

– Уходите! – твердо сказал он. – Ты и Анна должны уйти. Немедленно, сейчас! Я надеюсь, в вас еще не проникли эти структуры.

– Я тебя не оставлю, Берни, – ответила она.

– Нет! – взволнованно вскрикнул мистер Шамберг. – Есть инструкции на случай потенциальной угрозы! Они вступят в силу, если наноструктуры вырвутся из лаборатории. А если все эти структуры начнут работать вместе, бог знает что они могут построить… Это будет уже десятый уровень!

Миссис Шамберг после этих слов закрыла ему рот рукой.

– Что еще за десятый уровень? – спросил я.

Мистер Шамберг посмотрел на меня.

– Это когда возможно распространение не только на отдельной территории, но и по всему миру.

Странно, но у меня совершенно не возникло желания расплакаться из-за всех этих событий. Зато я чувствовал, что все больше свирепею.