Евгений Велтистов - Мир приключений. Ежегодный сборник фантастических и приключенческих повестей и рассказов Страница 147

Не добежав до своих противников несколько шагов, воин метнул в них ножи, и оба рухнули как подкошенные. Оставшийся в живых холоп замахнулся было своей дубинкой, но короткий меч блеснул в воздухе и уложил его наповал.

Оглянулся воин: других слуг боярских вроде больше нету, а около деревьев привязаны три лошади. Две девчушки и мальчик, наблюдавшие со страхом за битвой, замолкли, а девушка опустилась на колени возле дуба, вся дрожа.

— Меня Алексеем зовут, — сказал ей воин. — А тебя как величают?

— Настенькой, — ответила девушка и, взглянув на убитых, горько зарыдала.

— Понимал Алексей-воин, какую беду накличет на себя, — продолжала свой рассказ тетя Настя, — но и по-другому поступить не мог, убил он всех троих боярских холопов. Только девушка, которую спас, вместо того чтобы обрадоваться, заплакала:

«Не будет теперь жизни ни мне, ни братику, ни сестричкам, ни родителям моим! Треклятый боярин всех нас смерти предаст. Никогда не простит он гибели слуг своих».

— Тетя Настя, — Генька очень близко к сердцу воспринимал рассказ, — а что, убежать они никуда не могли?

— Погоди, ты слушай, что было дальше… Задумался Алексей. Девица очень ему приглянулась. Ладная и видно, что сердце у нее доброе. А как ей помочь? Наконец решил:

«Поехали к твоим родителям, хочу им кое-что предложить».

Взяли они всех коней — Алексеева, двух низкорослых степняцких и трех оставшихся от слуг боярских — и направились к дому Настеньки. А дом тот, к счастью, не в деревне стоял, а в стороне, на лесной опушке.

Рассказали родителям Настенькиным, что случилось, отец сразу же:

«Бросать все надо и скорее убегать отсюда. Лютый за слуг своих отомстит, никого не пощадит, дом спалит, а нас смерти страшной предаст».

Алексей тогда и говорит:

«Знаю я место одно, там жить можно будет. Туда боярским слугам хода нет. Согласны только ехать-то?»

«Согласны, согласны! Куда же нам теперь деваться!» — отвечают Настенькины родители.

Быстренько собрали они скарб, какой увезти можно было, живность, скотину с собой взяли и поскорее в путь. Тяжело, конечно, хозяйство обжитое бросать, да только знали, что оставаться — значит, в мучениях умереть придется.

Несколько дней вез Алексей Настенькино семейство по лесным дорогам. Ехали медленно, осторожно, чтобы никто не видел. На ночлег в чаще располагались. Наконец прибыли на место, где Алексей решил поселиться. Это был большой, поросший лесом холм. В народе его звали Ведьмина гора. Говорили, будто на холме живут ведьмы, лешие и прочая нечистая сила. К Ведьминой горе старались близко не подходить. Впрочем, подойти к ней и нельзя было: холм окружали коварные, непроходимые болота. Они были неширокими, но отличались бездонной глубиной, к тому же сверху их покрывала нежная зеленая травка. Ступал человек на эту травку и — все. Бесследно исчезал, проваливался в трясину. Поэтому и рассказывали много жутких историй о Ведьминой горе. Но Алексей знал и другое. Еще мальчишкой ходил он с дедом на Ведьмину гору грибы собирать. Грибов там было видимо-невидимо. И было много филинов. Наверное, их и принимали за нечистую силу те, кто мог случайно ночью оказаться поблизости от болот, окружавших холм. Дед показал внуку два прохода через болота на холм. Только просил никому не рассказывать. Эту тайну всего три человека знали. Они должны, были спрятать на холме всех жителей деревни, если вдруг степняки в окрестностях появятся.

Тетя Настя снова налила в чашки душистый чай и продолжала:

— Привез Алексей-воин девушку и ее родню на холмистый остров, окруженный болотами. Осторожно провел через трясину (а он знал тайную дорожку) лошадей с телегами, коров, овец. И стали они все на том острове жить и поживать. Избу хорошую поставили. Часть леса пожгли и на этом месте пашню вспахали. Пасеку наладили. И зажили счастливо.

— А как же боярин, тетя Настя? Нашел он беглецов? — подал голос Ванюшка.

— Сразу боярин их не нашел. Бабушка Пелагея сказывала, Алексей-воин первое время очень опасался, что кто-нибудь проведает, где они спрятались. Степняков он не боялся. Это только хан Батый зимой с Ордой огромной на Русь пришел, а позднее ордынцы совершали набеги в наши края чаще летом. Летом же на холм пройти было нельзя. Но холопы боярские могли ненароком и зимой пожаловать. Тогда спасения не будет. Думал Алексей, думал, что делать, и, наконец, надумал. Вспомнил он: когда жил у немцев, ездил на год к чехам. Это народ такой славянский, они говорят по-своему, но мы, русские, их язык понимаем. Так вот, видел у чехов Алексей один город чудной: на главной площади под каждым домом подвал каменный и все подвалы между собой тайными проходами соединены. И ведут эти тайные проходы к подземелью большому под площадью, оно вроде убежища. Из собора старинного тоже в это подземелье ход проложен. Видно, Алексей чехам очень понравился, и рассказали они ему о своем секретном подземном убежище; в городе тайну эту знали только взрослые мужчины. Если случалось, что на город нападал сильный враг и мужчины не могли одолеть его, они брали женщин и детей и прятались с ними в обширном подземелье. Там были вырыты колодцы, устроены склады с продуктами, стояли сундуки с одеждой. Враг занимал безлюдный город и думал, что все его жители убежали.

— Вот здорово! — воскликнул Генька. — Только, наверное, подземелье-то долго копать им пришлось.

— Алексей-воин тоже решил выкопать подземелье около своего дома. К тому времени он на Настеньке женился, всей семьей они новый дом поставили на холме, сосновый. Вокруг холма тогда поселений не было, три ближайшие деревни кочевники из Орды уничтожили, так что никто в тех местах, кроме Алексея и семьи Настеньки, не жил. Алексей все же боялся, что боярин может проведать про них. Ну и задумал воин после первой зимы подземелье сделать. Сначала он яму большую выкопал. Глину из этой ямы достал. Из глины кирпичи слепил, на солнце их высушил и штабелями сложил. Потом костры из сухой березы вокруг штабелей развел, береза — она жар дает, и после обжига отменные кирпичи получились. Из кирпичей построил он на дне ямы дом с крышей-куполом, как у часовни. От того дома сделал выложенный кирпичами подземный ход до подпола своего деревянного дома. Яму снова землей засыпал, трава, кусты сверху выросли. Из подземного дома длинный-длинный боров кирпичный под землей шел и трубы на поверхность выведены, для воздуха, значит. А выходы тщательно замаскированы. Колодец внутри подземного каменного дома вырыл. И второй выход прорыл он из подземелья — в чащу на склон холма. Года через три еще одно подземелье построил, тоже на склоне холма, это специально, чтобы скотину спрятать, в случае чего. Получилась большая каменная конюшня под землей. Там тоже колодец сделал и сена запасы приготовил. И зажили все они спокойно.