Евгений Лотош - Корректор. Книга первая: Ничьи котята Страница 121

Катамаран шел вдоль берега всю ночь. Перед тем, как улечься спать в выделенной ему каюте, Саматта еще раз прошелся по судну. Он заглянул даже в ходовую рубку на левом корпусе и тщательно осмотрел ее, невзирая на недовольные взгляды вахтенного и капитана. Он искренне надеялся, что судно не сядет в очередной раз на камни в ночной темноте, и осмотр вселил в его сердце слабую надежду на благополучный исход. Великим специалистом он себя не считал, но сонар успокаивающе попискивал и помигивал большим зеленым глазом, в углу тихо бормотало радио, на мониторах бортового компьютера не замечалось предупреждающих сообщений, а вахтенный с капитаном выглядели вполне трезвыми.

Спустившись в каюту, он долго лежал без сна, всем телом ощущая успокаивающую монотонную вибрацию корпуса. Он вспоминал вчерашнюю ночь с Цуккой, и его сердце наполнялось безотчетной радостью. Дзинтон, мудрец и старый сводник, наверняка рассчитывал именно на такое, но Саматте было плевать. Слепая судьба ли, чужой ли пинок в нужном направлении – какая разница? Главное, что они встретились. Жаль, что сразу пришлось уезжать, но это ненадолго. А Демиург, как Саматта уже успел убедиться, ничего не делает зря. Интересно, какие сюрпризы ожидают его впереди? Наверняка ведь Дзинтон что-то не договаривает. Если речь действительно о "черных археологах", то какие, к Сумару, кодовые слова? Да и с каких пор "черные", предпочитающие тихо-незаметно рыться в необследованных захоронениях, открыто нападают на официальные экспедиции?

Его утренний сон разбился вдребезги о громкий сигнал побудки, транслируемый по судовой радиосети.

– Дамы и господа! – тон капитана казался ледяным и безукоризненно вежливым. – Катамаран "Осьминог" находится в виду места назначения. Мы маневрируем между скалами в горле бухты. Ожидаемое время сброса якоря – через пятнадцать минут.

– Мальчики и девочки! – вклинился веселый голос профессора Буна. – Подъем! Солнце уже встает, вам тоже пора. У нас впереди великий день, так что быстренько умываться и завтракать – в кают-компании уже накрыт завтрак.

Саматта нащупал браслет часов и поднес его к глазам. Десять минут шестого. Определенно, лишний час вздремнуть не помешало бы. С другой стороны, обидно, если какие-то сопляки-студенты поднимутся раньше его.

Он отбросил одеяло и соскочил с узкой койки, в очередной раз порадовавшись, что обитает в каюте один. Толкаться с соседом в узком межкроватном пространстве наверняка крайне неудобно. Он плеснул в лицо холодной водой из примостившегося в углу микроскопического умывальника, натянул шорты и вышел из каюты.

Когда, закончив на палубе получасовую утреннюю разминку, он ополоснулся в душевой и явился в кают-компанию, студенты еще только дожевывали успевшую остыть яичницу с беконом, сосисками и тостами. Все пятеро казались до невозможности сонными. Ученые, однако, уже закончили завтракать и негромко переговаривались друг с другом. Чоки Мирэйя сидела в углу и внимательно рассматривала все вокруг. Саматта кивнул присутствующим и быстро умял завтрак. Определенно, порция оказалась маловата. Он закончил есть одновременно с практикантами, так что когда он отложил вилку и вытер губы, профессор постучал ложечкой по бокалу с апельсиновым соком.

– Итак, мальчики и девочки! – энергично сказал он. – Надеюсь, все проснулись настолько, чтобы слышать мои слова и даже иногда понимать их смысл. Поздравляю всех с прибытием на место исследования. Поскольку все мы тут сухопутные крысы, еще раз напоминаю: сигнал цунами-предупреждения является безусловной командой бросать любые занятия в воде и немедленно выбираться на сушу.

– Нужно заранее проработать пути отступления, – заметил Саматта. – Я не заметил рядом подходящих скал, высоких и в то же время удобных для карабканья.

– Виден приморский житель! – рассмеялся профессор. – Ты говоришь все правильно, юноша. Однако когда поднимешься на палубу еще раз, обрати внимание на горло бухты. Оно узкое, извилистое и усеяно скалами. Волна входит сюда существенно ослабленной, так что, по сути, получается уже и не цунами, а так, сильное колебание воды. Наш любезный капитан уверил меня, что, судя по лоциям местности, здесь нет даже необходимости сниматься с якорей и выходить в море – цепи спокойно выдержат лишнюю нагрузку, а глубина здесь достаточна, чтобы судно не село брюхом на камни при предшествующем отливе. Берег, хоть и низкий, заливается не более чем на два-три десятка саженей, так что достаточно просто отойти за границу зоны цунами, которая прекрасно видна невооруженным взглядом. Собственно, именно потому мы здесь и находимся. Раскопки у нас подводные, и если бы волна приходила сюда в полной силе, предмет исследований на таком мелководье давным-давно разметало бы по камешку.

Саматта кивнул. На узкую горловину он и сам обратил внимание, но следовало удостовериться, что он все понимает правильно.

– Чтобы у всех в голове имелась одна и та же картинка ситуации, -профессор бросил взгляд на студентов-практикантов, – я еще раз обрисую наши цели. Мы проводим предварительное обследование точки, случайно обнаруженной в прошлом году геодезической экспедицией. Примерно двести лет назад в результате сильного землетрясения, характерного для тех времен, земля в этих краях сильно просела, и прибрежные сооружения оказались на глубине восьми-десяти саженей под водой. На нынешнем берегу довольно неплохо сохранились руины, но они известны давно, обследованы сверху донизу и никакой ценности не представляют. Все, что там представляло хоть какой-то интерес, давным-давно подчистую выгребли мародеры.

Он прочистил горло.

– В прошлом году здесь снова произошли небольшие подвижки почвы, и геодезическая экспедиция, проводившая рутинную локацию побережья, при помощи эхолота зафиксировала на дне ранее не замеченные конструкции явно искусственного происхождения. Либо подвижки и вызванное ими волнение сбили с них часть наносов, либо их просто не заметили ранее. В любом случае, геодезисты уведомили нас. Поскольку так случилось, что сейчас все равно пришлось проверять наш катамаран, решили попутном забросить нас сюда для проведения предварительного осмотра. По результатам работ мы должны принять решение о перспективности или, наоборот, бесперспективности дальнейших исследований. Сразу скажу вам, молодые люди, что я настроен крайне скептически и не верю, что мы найдем здесь что-то интересное. Но, по крайней мере, вы приобретете полезный опыт работы с аквалангом на небольших глубинах, а также подводных раскопок в целом. А если, – он прищурился, – кто-то из здесь находящихся полагает, что ситуация располагает к безделью и отлыниванию от дел, то он сильно ошибается. Работаем в полную силу, как работали бы на настоящих раскопках. И если вы рассчитываете работать со мной и дальше, лучше примите мои слова близко к сердцу.