Алекс Орлов - Антология мировой фантастики. Том 4. С бластером против всех Страница 108

– Эх, парень-парень, - протянул пришелец. - Неужели никто действительно ничего не понимал? Даже твой отец? Ладно, пускай они не знали, кто таков Хамиль, но почему никому из них не пришло в голову, что у ОЦС на Земле тоже могут быть свои интересы? Первый этап закончился - ширма «правительства в изгнании» Центавру больше не нужна, ты стал лишним. Они уже ввязались в дело и могут теперь руководить событиями напрямую. У ОЦС есть свои планы по поводу Земли, и поверь мне, в эти планы не входит реставрация старого суверенного режима. Ты никому не нужен, Майкл.

Пришелец помолчал, потом мягко спросил:

– Ты все это знал, Майкл?

Майкл кивнул.

Офицер покачал головой.

– Правда? Скажи мне, Майкл, все обстоит так, как я сказал? Расскажи мне, что случилось?

Майкл кивнул и заговорил, не смея поднять глаз:

– Сегодня утром мы вышли из лагеря, чтобы напасть на блокпост у шоссе.

– Так.

– Мы спустились к шоссе. Я просто не верил своим глазам и ушам. Я мог бы понять, начни Хамиль свою деятельность с физического устранения вожаков враждебных отрядов и увеличения за счет их собственных сил. Но ничего такого не случилось. Вместо этого мы отправились к шоссе. Я решил, что Хамиль решил избавиться от меня - застрелить в бою, например. Но я остался жив. Мы захватили блокпост, и вот тут я узнал, почему именно эта атака стояла номером первым. Хамилю был нужен офицер, командующий этим постом. Этот офицер в свое время руководил группой, в которой Хамиль проходил классификационные тесты. Неудачно проходил.

– Вот как?

Офицер пристально посмотрел на Майкла.

– Ты знал об этом?

Пришелец не был удивлен - одного взгляда на Майкла ему было достаточно, чтобы узнать все, что он хотел знать и о самом Майкле и о том, что на самом деле случилось в горах. То, что он все-таки задал ему вопрос, было продиктовано лишь желанием получить формальное подтверждение.

– Ты знал что-нибудь о квалификационных тестах до сегодняшнего утра? - мягко спросил Майкла офицер.

– Нет.

Какое отношение это имеет к нападению на блокпост?

Во взгляде пришельца не было ни злости, ни ненависти.

– Майкл Вайерман - я уверен, что сегодня, и скорее всего это случилось не так давно, ты понял, какую важную услугу оказал нам, добровольно сдавшись в плен. Для этого не нужно обладать большим политическим опытом. Мы понимали, что когда-нибудь, где-нибудь ОЦС обязательно выступит против нас. И вот теперь мы знаем, где и как это произошло. Теперь мы уверены - узнав все о Хамиле и о том, что он представляет из себя - что нашему присутствию на Земле ничего не грозит. После того как произойдет очередной круговорот поколений, земляне забудут о том, что когда-то они существовали в своем мире как независимая раса. Они полностью сольются с нашей культурой, причем некоторые из них, вне всякого сомнения, будут не щадя своей жизни бороться на нашей стороне против центаврианских агрессоров, будут бороться, отстаивая наши идеалы и наш образ жизни. То, что случилось сейчас и чему немалую помощь оказал ты, приведет к тому, что Земля уже никогда не будет такой, какой ты мечтал ее видеть.

Сдавшись нам в плен, ты расстался с мечтами своего детства, Майкл Вайерман. Теперь разберемся, почему ты поступил так. Потому что Франц Хамиль оказался самовлюбленным убийцей? Потому что некто ловко обманул клику, к которой как будто бы принадлежишь ты, лишив ее возможности вернуться к власти на Земле? Неужели ты мог отказаться от сокровений души своей ради таких ничтожных вещей?

– Да!

– В том-то и дело, что нет! Неужели ты не понимаешь, Майкл, что есть только одна вещь, которая может заставить человека отказаться от мечты своей жизни?

Майкл замолчал.

– Ты хочешь найти свое место, - сказал тогда офицер. - Ты хочешь прибиться к какому-то берегу, хочешь быть принятым. Думаю, ты не будешь спорить с тем, что в любом человеке любые идеалы стоят после этого главного условия на втором месте. Ты пришел к нам за тем, чтобы получить то, что ни твой отец, ни Хамиль не смогли дать тебе. Что ж, это вполне в наших силах. Ты хочешь найти свою сторону. И поэтому ты сдался нам в плен.

Майкл Вайерман не мог отрицать этого.

Ведущий допрос офицер почти ласково улыбнулся ему.

– Вот и хорошо, Майкл, - проговорил он. - Мы рады принять тебя.

Пришелец не обманывал его. Он говорил ему правду, и когда Майкл Вайерман наконец понял это, то открытие это было последней каплей переполнившей чашу его эмоций, в которой накапливалось все происшедшее с ним за последние дни, и он вдруг полностью потерял контроль над собой. Он разрыдался.

Офицер-пришелец оставил его на несколько минут одного, и за это время он успел взять себя в руки. Майкл Вайерман снова поднял голову, чувствуя, что еще один этап пройден и многое теперь ушло и осталось позади - таким было появившееся в нем легкое чувство. Офицер знал свое дело превосходно, он исполнил свою работу мастерски и очень тактично. Майкл Вайерман вот уже целый месяц не чувствовал себя так хорошо, ощущение вины в нем кануло куда-то далеко на задний план.

Офицер-пришелец сделал заключительную пометку в досье Майкла, закрыл его и отложил на край стола.

– Сейчас тебя отведут помыться, выдадут чистую одежду, и ты хорошенько выспишься и отдохнешь. А завтра утром с новыми силами пройдешь классификационный тест - как тебе такая идея? К полудню ты уже станешь одним из нас.

Офицер поспешно закруглял наименее интересную для него часть процедуры. Он закончил дело Майкла Вайермана и теперь желал уйти.

– Благодарю вас, сэр, - торопливо отчеканил Майкл.

Глава 4

1

Ранним утром из окна своей комнаты Майкл Вайерман рассматривал Филадельфию, сам город и чистенькую реку, на другом берегу которой, на стороне Нью-Джерси, виднелся город-близнец, Камден. Пронизанный лучами солнца воздух был хрустально прозрачен, и внезапный треск голубиных крыльев в тишине звучал чисто и отчетливо, словно прелюдия в начале драмы.

Городские здания - не все, но большая их часть - были на удивление чистыми; выскобленными, по всей видимости, при помощи инфразвуковых вибраторов, способных отделять грязь и копоть даже от камня. На улицы было любо-дорого посмотреть. Майклу не сразу удалось отыскать на одной из улиц полувысохшую лужу. Все это было основным свойством жизненного уклада пришельцев, очень сильно отличающимся от того, к чему он привык в ОЦС, где города обычно бывали окружены хаосом промышленных зон, где о чистоте и аккуратности думали немногие. Всюду же, куда проникала культура пришельцев, ими неизменно наводился порядок. Место для всего и всему свое место - таким был их девиз. Это была раса не только спортсменов-горнолыжников, но также и умелых домашних хозяек.