Кэролайн Черри - Русалка Страница 102

Она сама хотела, чтобы все шло правильным путем. Она хотела, чтобы Петр был по-настоящему счастлив, она хотела счастья для всех.

Все-таки это показалось ему довольно общим и расплывчатым. Поэтому он продолжал стоять на палубе, притворяясь, что рассматривает берег, а сам, тем временем, не переставая думал и думал, пока не решил, что он не может вставать между ними, он не может распространять свою волю на сознание дочери Ууламетса, указывая ей, о чем она должна думать и чего желать.

Но у него появилось мгновенное предположение, кто мог бы сделать это.

Малыш, который несколько дней назад сбежал от него, Малыш который только что вернулся назад. И это не было вздором.

У него не было готового ответа, почему он так решил, а было только слабое, замирающее, тайное ощущение его присутствия, которое его посетило несколько минут назад, и о происхождении которого он ничего не мог сказать с полной уверенностью.

— Это ты! — сказал он громко, обошел угол надстройки, направляясь прямо к лежавшему на палубе багажу, подобрал кувшин с водкой…

И подбросил его к мачте.

Кувшин повис в воздухе.

— Малыш?

Кувшин медленно, вперевалку направился к нему, а над ним свободно плавали словно две маленькие луны, два круглых глаза.

— Вот так-то значительно лучше, — сказал Саша, сложив руки. — Я знаю, кто лучше всех сможет это сделать, если ты, конечно, хорошо попросишь его об этом.

Маленький тонкий язычок облизнул невидимые губы. Кувшин заковылял по палубе, обогнул Сашу, завернул за угол надстройки и отправился дальше в поисках своей симпатии.