Там, на той стороне - Стэнли Дж. Гриммс Страница 120

Николас Эйверитт скинул автомат с плеча и щелкнул предохранителем.

— В вещмешке есть пистолет, тот самый, что я привез с Вьетнама, самая лучшая штуковина, которой мне довелось пользоваться, ну помимо Калашникова, к нему у меня особенная любовь. Ты же умеешь им пользоваться?

Джонни достал пистолет, повертел в руках, заглянул в дуло, проверил магазин, затем прицелился.

— Пистолет, «Браунинг Хай-Пауэр». Производство Бельгия, — он потряс его. — Вес, чуть меньше двух фунтов. Магазин на тринадцать патронов, хорошая вещь, хватит и одной пули, чтобы убить с расстояния двадцати футов.

— Окей, был не прав, Джонни-бой, — произнес Ник поднимая руки. — И где ты всему этому понабрался? В полиции стажеров такому не учат.

— Учился на криминалиста, изучал баллистику и еще люблю копаться во всяких таких штуках, только видимо все зря, — ответил Джонни.

— Все — это когда на твоей ноге висит бирка, а мы только начинаем, сынок, — ободряюще сказал Николас Эйверитт и похлопал по спине Джонни. — Как думаешь, с какой стороны его дом?

Джонни осмотрелся, если в прошлый раз они ехали оттуда… он посмотрел направо, а дом Купера был по их стороне, значит…

— Нам сюда, — скомандовал Джонни и перебежал улицу, не обращая внимание на покалывание в ноге, он старался так себя убеждать, хотя каждый сделанный шаг заставлял его думать, что из его ноги все еще что-то торчит.

Красная крыша, ухоженная лужайка, на входе глиняный гном с табличкой «Добро пожаловать». Криво припаркованная Шевроле Сильверадо с открытой водительской дверью, которая издавала короткий монотонный электрозвук.

Николас Эйверитт надавил стволом автомата на дверцу и захлопнул ее. Он показал Джонни знак, приложив указательный палец к губам. Дверь в дом не заперта, но тем не менее ни за ней, ни в окнах, не горел свет.

Наверное, так обрадовался смерти Фрэнсиса, что не удержался и напился после похорон. Он раньше никогда не задумывался какой жуткий у него босс. Скорее всего, потому что для Джонни, мистер Купер был недосягаем, а для шерифа он слишком мелко плавал, чтобы его замечать. Кто он, по сути, такой? Стажер… Да мало ли таких стажеров побывало у них в участке. С Джонни возилась всегда Наоми, за что он благодарил небеса. Было в ней что-то такое, из-за чего хотелось следовать неотступно. И он сейчас не о ее крепких бедрах… некий невидимый внутренний стержень, что по всей видимости заметил в ней и Купер, раз уже в столь молодые годы она занимала неплохую должность. Даже Марк, хронический раздолбай и подстилка шерифа, по мнению не только Джонни, считался с ее мнением.

Ник встал у входной двери и показывал ему знаки. Джонни ничего из этого не понимал.

— Я показываю тебе заходи, а я тебя прикрою, — полушепотом сказал Николас Эйверитт.

Все эти его военные штучки, он и вправду, словно стал вечным узником и жертвой политических распрей. До мозга костей пропитанный запахом свинца и крови. И фразочки у него: — Все ровно, Джонни-бой! Ладно… все-таки старик на опыте.

Джонни послушался мужчину и прошел первый.

– Спорю на сотню баксов, что Купер дрыхнет, — сказал Джонни, а в ответ получил легкий толчок в бок. Джонни направил пистолет вперед, ориентируясь по слабому отблеску луны, что сумрачно подсвечивала дом шерифа.

Так и есть, на полу валялись бутылки из-под виски, он их вовремя заметил и перешагнул, дальше он наткнулся на стену. Ник потряс его за плечо и Джонни обернулся.

«Он там», — показал он жестом, на этот раз Джонни понял. Скорее даже услышал. За стенкой раздавалось не то похрапывание, не то всхлипывание, так обычно еще скулят собаки.

Сколько же букв он уже успел открыть? — подумал Джонни. Если добавить сюда истории Ника, досье пациента, да еще и Купера в придачу, то тянет на все пять не меньше… Похоже сказочка близится к концу, так Джонни? Ты неплохо потрудился и тебе полагается приз. Какой? Душераздирающая история от мистера Купера, после которой они, взявшись за руки пойдут есть мороженое?

Джонни вспомнил про розовые очки. А ведь старик верно говорит. Пора бы…

Ник выступил первый. Видимо в темноте он ориентировался получше Джонни, так как все, что тот успел заметить, как призрачная фигура старика проскользнула мимо, затем послышался удар, треск двери, на пол упало что-то металлическое и глухие шаги.

— Не ждал меня Роб? — услышал голос Ника, Джонни и поспешил за ним следом.

В кабинете за столом сидел Купер. Его лицо цвета земли, покрытое каплями пота, выхватывала из темноты настольная лампа. Тот скулеж, что они слышали, доносился из его рта. Купер сжимал двумя руками пистолет, который был представлен к его подбородку. Руки тряслись, но он так и не решился положить палец на спусковой крючок.

— Что, Роберт, не хватает смелости нажать на курок? — спросил Николас Эйверитт. — Ты думал об этом, когда убивал моего брата?

Роберт Купер, кажется уже ничего не замечал. По его глазам текли слезы, его взгляд был обращен куда-то вскользь Джонни и Ника. И чем больше он смотрел, тем больше дрожал. Эта тряска передалась по всему телу и дошла до головы. Он закатил глаза, так, что были видны пожелтевшие белки, издал булькающий звук и его вырвало прямо на стол.

II

— Ты мне все скажешь, — проговорил спокойно Николас Эйверитт.

Он взял Роберта Купера за ворот рубашки и повозил по столу, размазывая серые массы.

— Ник, может не надо? — произнес Джонни. — Так он точно ничего не скажет.

— Твоя правда, сынок, — согласился Ник и ослабил хватку.

Он выхватил у Купера пистолет из рук, со словами:

— Смерть еще нужно заслужить. А тебе собака, пора начинать говорить. В отличии от меня у тебя целых две ноги, а патронов у меня предостаточно, будь ты хоть сороконожкой.

—Мистер Купер, — сказал Джонни, но Ник прервал его.

— Оставь свою вежливость для других. Сейчас он мой пленный и мне нужно узнать, какого хрена, Фрэнни нашли с дыркой во лбу, а потом, Роб заявляет, будто это самоубийство. Ну-ка, чему тебя научили на курсах