Вечная Война. Тетралогия (СИ) - Винокуров Юрий Страница 76

– Да не… Хе‑хе… – я успокоился. – Вернемся к нашим баранам. То есть к Полковнику.

– Чего это она баран? – тут же насупился Клоун.

– Эта такая фигура речи! – я поднял вверх указательный палец. Блин, а почему это у меня три указательных пальца?

– Мне не нравится такая фигура! Ты говоришь о моей любимой женщине! – Клоун непроизвольно сжал кулаки.

– Сорян, – я потряс головой. – Ну, я прямо сейчас очень плохо соображаю, давай я подумаю, и что‑нибудь придумаю? Когда протрезвею.

– Когда мы протрезвеем, я с тобой вряд ли захочу на эту тему говорить! – уверенно заявил Клоун.

– Ну… мы тогда опять набухаемся и поговорим!

– Ну… – он задумался. – Ладно. Хорошее решение!

– Ну так, йопта! Я ваще кладезь хороших решений! – я постучал его по плечу. – А сейчас пора спать!

Я повернулся к танцполу.

– Эй, милая, закругляемся! Пора баиньки!

Овца надула губки и произнесла капризным голосом.

– Ну, Илаааай, можно я еще чуть‑чуть потанцую!

– Да, Илая! – встрял ее зеленый кавалер. – Пущай патанцуит. Моя присмотреть!

– А тебе, хер зеленый, после тети Доры ваще веры нет! – я достал Полный ПЭ и нетвердой рукой направил его на танцпол. – А ну, сдрыстнул быстро!

Тоби поднял руки в примиряющем жесте и отошел от Овцы. Все остальные зеленые дружно попытались спрятаться за своим предводителем. Получилось не очень.

– И чтобы убрали все за собой! – я обвел стволом обреза весь бардак, что тут творился.

– Рапавладелиц! – прошептал Тоби. Но недостаточно тихо, поэтому я услышал.

– Чё ты там вякнул? – я ухватился за Полный ПЭ второй рукой, потому что он гулял у меня влево и вправо. И еще вверх и вниз.

– Слушаюсся, камандир! – тут ответил зеленый. – Моя сказать, что все будит чика‑пука!

– Чики‑пуки! – автоматически поправил я, но ствол опустил. – Давай уже, если перенимаешь у Алекса дурацкие словечки, то хоть произноси их правильно.

Я посмотрел на все еще висящего сверху Васю, который наблюдал за всем с нескрываемым интересом.

– Слышь, Васёк! Ты за старшего! Проследи!

Зеленые что‑то недовольно забурчали.

– Эй, але! Демократия закончилась! Вы теперь во Флоте, салаги! А кто будет выступать – выкину за борт! К хренам!

Клоун уважительно на меня посмотрел и показал большой палец.

– А што такоэ ди‑ма‑гра‑а‑а‑тия? – поинтересовался Тоби.

– Это… Ну это…

– Демократия – это политическая система, в основе которой лежит метод коллективного принятия решений с равным воздействием участников на исход процесса или на его существенные стадии, – тут же выступил трезвый Василий.

– Во! Точно! Молодец, мохнатый! – я указал на него пальцем. – Это самое… коллективное решение… с равным воздействием! Короче, это то, чего у вас не будет! А то знаю я эту вашу демократию! Оглянуться не успеешь, а тут уже миротворцы к тебе в каюту ломятся! Только тирания! Только хардкор!

– А што тада ти‑ра‑ни‑я? – Тоби честно пытался во всем разобраться.

– Тирания – форма государственной власти, основанная на единоличном правлении, – тут же пояснил и.о. Википедии, НИИ Василий.

– Точняк! Молодца, Вася! А вам понятно, кто тут тот самый единоличный правитель?

– Э‑э‑э… – задумался гоблин.

Я опять навел на них свой верный Полный ПЭ. Тут же в зеленом мозгу наступило Просветление.

– Канешна ты, Илая!!!

– То‑то же. Хе‑хе, – я убрал обрез в чехол и потянулся. – А сейчас всем спать. А вам, зеленые – сначала убирать! Тиран я, или насрано?

Я попытался подняться, но рухнул обратно на стул. Мне попытался помочь Клоун, но тоже споткнулся и упал.

– Вы как дети малые, – прошипела Овца и, шутя, подняла нас обоих. Мы с Клоуном уважительно на нее посмотрели.

– Проследуем в нУмера! Пжжалуста… – объявил я и окончательно отключился. Хорошо посидели. Душевно.

Глава 11

Как говаривал один мой хороший друг из прошлой жизни: «Утро добрым не бывает! Оно может быть бодрым, а может… не очень». Так вот, у меня сегодня оно (утро) было не очень. Это еще мягко сказано. Я на полном серьезе даже решил бросить пить. Но, передумал. Пускай будет. Жизнь тяжелая и стресс снимать как‑то нужно.

Проснулся я от сообщения Системы.

ВНИМАНИЕ!!! Потеряна связь с Информационным полем Вселенной‑13. Система переходит в автономный режим. Рекомендуется воздержаться от смерти ввиду временной невозможности воскрешения. Ожидайте восстановления связи.

Это было странно. Во‑первых, связь вроде, как и не восстанавливалась. А во‑вторых – мы же летели в район дислокации флота Человеческого Содружества! Неужели враги сожгли родную хату? Нужно разобраться.

Я открыл глаза и увидел перед лицом слюнявую лысую морду Клоуна. Он использовал мою руку как подушку. Руку я не чувствовал, она по ходу затекла. Сразу вспомнилась его вчерашняя шутка. Я в ужасе выдернул руку, и она повисла плетью. Мы были одетые. Ну, слава богу!

– Слышь, лысая башка! Просыпайся!

Клоун открыл глаза. В них появилось узнавание, он уселся на кровати и вытер слюни.

– Чё это было, командир?

– А я у тебя хотел спросить? Ты что делаешь в моей кровати?

Клоун огляделся.

– Ну это, вообще‑то, это моя кровать!

Я тоже огляделся. Точно. Моя была рядом. И кто‑то туда наблевал. Какой‑то подонок!

Я пожмакал сухим ртом и поплелся в санузел, где надолго припал ртом к крану. Голова сейчас отвалится. Вот прямо сейчас. В ванную зашел лысый и отодвинул меня от крана. Присосался сам и зачмокал. Отвратительно. Я подошел к зеркалу.

– Я тебя не знаю, но я тебя побрею, – задумчиво произнес я, разглядывая какого‑то заросшего и вколоченного типа в зеркале. С маленькими заплывшими глазами.

– Чё? – отозвался Клоун.

– Ничё! Переоденься, от тебя воняет!

– Как будто от тебя пахнет розами! – возмутился товарищ.

Я снял комбез, закинул его в стирку и залез в душ. Обжигающие струи ударили в лицо, принося временное облегчение. Так можно стоять вечно.

– Вылазь, давай! Это тебе не крейсер! Душ один и воды мало!

– Удивительно, что у этих засранцев вообще душ есть! И вода в нем.

Я вздохнул и вышел из кабинки, уступив место второму страдальцу.

– Ты что последнее помнишь?

Из душа донеслось невнятное ворчание.

– Ключница водку делала… – пробормотал я, еще раз оглядывая себя в зеркало и пытаясь унять дрожь в руках, чтобы при бритье ничего себе не отрезать.

Через пять минут мы, все еще больные и помятые, но уже благоухающие и чистые, вышли в коридор и направились к мостику. Проходя мимо каюты зеленых, я услышал странные звуки.

Я остановился и прислушался. Там кто‑то занимался сексом. Однозначно.

– А вотэта поза называться вирталет! – донесся узнаваемый голос зеленого Извращенца. И сразу за ним последовал немного смущенный смех Овцы.

Да ну нахер!

– Ну вы блин даете, зеленожопые! – это был восхищенный голос Алекса.

У них там что, групповушка? Я нажал на кнопку открывания двери. Дверь не открылась. Я начал яростно в нее стучать. Подключился Клоун. Шум стоял неимоверный.

– Нахер пошли! Занято! – услышал я голос Алекса. Ах ты ж гад! Верный Полный ПЭ находился у меня с собой, я жестом приказал убраться Клоуну в сторону и зарядил в дверь из двух стволов. Громыхнуло знатно! Дым еще не успел рассеяться, а у меня за спиной материализовался Алекс. В самый последний момент он изменил траекторию меча и вместо того, чтобы отрубить мне голову, всего‑навсего отрубил мне ухо. Он был одетым. Странно.

– Сука! – я заорал, держась за голову. По руке потекла кровь. – Ты мне ухо отрубил!

– Скажи спасибо, что не голову! – буркнул ниндзя. – Ты чё за херню тут устроил!

Я офигел от такой наглости и, на секунду, потерял дар речи. А затем взорвался.

– Это я‑то херню устроил?!! – я указал на дымящуюся дыру в отсеке. – Что за ХЕРНЯ у вас там творится?