А там ещё другая даль - Олег Иосифович Говда Страница 34

— Ничего сложного, — успокоила я покупателя. — Просто нам надо в королевство Прид, а ногами топать или трястись в повозке неохота. Довезешь до ближайшей пристани, и драккар твой. За четыре тысячи. По рукам?

— Ммм… Дай подумать… — купец снова почесал бороду. — Если я куплю судно, то, значит, везти вас буду уже на своем? А фрахт из порта в порт дороже стоит. Даже если без груза идти.

— За меньше не уступлю. Отдать такое судно дешевле — маменьку не уважать. Она мне, после, ночью приходить будет и упрекать.

Вот же ж, язык без костей… Да я бы и даром отдала, ну или дешевле, только зачем лишние подозрения навлекать. Купец и так понимает, что драккар мне не от родителей достался, но не уверен, насколько незаконно я им завладела. Был бы убежден в обратном — давно бы стражу кликнул.

— Что ж, покойных родителей надо чтить, — осенил купец себя крестным знамением. — И если по-другому никак, то мы вот что сделаем. Я выдам аванс… тысячу монет, а полный расчет произведем перед высадкой. Вот и получится, что судно ваше, и вы за фрахт платить не обязаны. Мои же потери будут лишь в цене найма гребцов. Годится? — протянул мне лапу, довольный столь хитрым, как ему казалось, ходом.

Угу, счаз… Нет, братец, не катит. Все я поняла. Как только отойдем подальше от берега, твои головорезы нападут на нас и на этом весь гешефт закончится. У тебя будет драккар, деньги и три невольницы, а нам с девочками останется только поплакать над горемычной судьбой блондинки, решившей что она самая умная.

— Почти… Аванса я хочу три тысячи. И, пока ты будешь набирать команду, мы сходим на рынок, прикупим кое-каких припасов на дорогу.

— Согласен! — купец чуть от радости не подпрыгнул. — Сейчас же и отсчитаю. А чтобы вам в незнакомом городе не заплутать — дам вам проводника. Он покажет и самые лучшие лавки, и от воров убережет. Надеюсь, вы не против, госпожа?

Что это никакой не провожатый, а сторож и соглядатай, понятно без переводчика. Но если три девицы не смогут пошить в дурни одного мужика, причем, на своей территории — в магазине, то грош нам цена на том самом базаре. И одна стезя — на насест. Потому что с таких клуш больше никакого толку.

— Это весьма любезно с вашей стороны, — я улыбнулась так искренне, как смогла. Потом приняла три увесистых кошелька. Отдала по одному близняшкам и, с самым надменным видом, чуть щеки не треснули, сошла по трапу на причал.

* * *

Мое второе пришествие в город Шамбрэй, в отличие от предыдущего, прошло практически незаметно. Несколько зевак, а может и людей имевших вполне конкретные намерения в отношении нас самих или нашего имущества, отставали сразу же, как только успевали оценить оружие близняшек и топающего в нескольких шагах позади угрюмого верзилу. Этот чудик так старательно делал вид, будто гуляет сам по себе, что вся портовая шпана немедля изображала на лицах полнейшее безразличие к увесистым кошелькам на наших поясах.

С одной стороны, такая охрана была весьма кстати. Не хотелось бы с ходу ввязываться в потасовку и привлекать внимание стражников. Вдруг у кого-нибудь из них профессиональная память на лица? А с другой — сразу видно, соглядатай человек опытный, и просто так от него не избавишься.

Впрочем, доверяй — но проверяй. Объяснив сестрам, что и как делать, мы на ближайшем перекрестке прыснули врассыпную. Логика простая, нас трое — соглядатай один. Видя, как клиенты разбегаются, должен растеряться и замешкаться.

Увы, угрюмый мужик и не думал метаться, по-прежнему топал за мною. Видимо, предвидел подобный трюк и сразу расставил приоритеты. А когда я оглянулась, соизволил даже лыбу склеить и вежливо поклониться. Мол, не беспокойтесь, госпожа, я рядом. Все в порядке.

Зараза…

Ну, не получилось, как сказал официант уличенный в неправильном подсчете. Попытаться все равно стоило. Зато теперь ясно, что придется задействовать план «Б». Самый древний и простой из всех способов, придуманных человечеством.

Мило улыбаюсь в ответ, вроде как подшутить хотела, останавливаюсь и жду, пока приблизится.

— Тебя как зовут?

— Рудольф, госпожа.

— Давно у купца служишь?

— Достаточно… — отвечает спокойно, с достоинством, но как-то не слишком охотно.

— И много он тебе платит?

— Мне хватает… — и снова в голосе нет уверенности.

— Послушай, Рудольф… — беру верзилу доверительно под руку. — Ты мужчина серьезный, так что говорить буду прямо. Не возражаешь?

Хотела бы я увидеть мужчину, который бы не согласился, что он человек серьезный и красивая девушка может ему довериться. Рудольф тоже не стал исключением. Поглядел на меня внимательно и кивнул.

— Спасибо за честь, госпожа. Говорите, как есть. Обещаю, все сказанное останется между нами.

Заинтриговала, значит. А таким угрюмым и неприступным бирюком казался, аж жуть.

— Видишь ли, в чем дело, Рудольф… Даже не знаю, с чего начать. Ты во время мятежа был в городе?

— Нет, госпожа. Мы вчера вечером в порт пришли…

Пришли! Так только бывалые моряки говорят. Обычный человек сказал бы «приплыли». И что это мне дает? Да ни чего, просто любопытный штрих.

— Но, много слышал… — продолжил тот. — Здешний народ только об этом травит байки. Говорят, какая-то воительница — то ли амазонка, то ли валькирия — народ против бургомистра подняла. Они-то и сами давно хотели, да все отважиться не могли. А тут эта дева объявилась… И все бы у нее получилось, да только предали их… Бунт подавили. Зачинщиков казнили. Вчера и саму воительницу повесили.

Произнося слово «предали», Рудольф стиснул кулаки и потемнел лицом. Похоже, в его жизни это тоже случилось. Причем, не слишком давно. И рана в душе мужика еще болела.

— Да… Вот так оно и бывает… — продолжил негромко, словно сам с собою разговаривал. — Ты к человеку со всем сердцем… а он тебе нож в спину. Пашешь, как вол… Каждую копеечку в дом… а она…

— Убил?

Не знаю почему, но я именно так решила. По совокупности примет, да и интуиция подсказывала, что Рудольф ничем не похож на святого Валентина*. (*Согласно одной из легенд, римский легионер, вернувшись из похода, застал жену с любовником. Но не стал мешать, а благословил, оставил им все имущество и