С чистого листа 2029 - Alchy Страница 8

— Кофе, Марыся, особенно натуральный, нет смысла с утра глотать! — заметил он назидательно тут же ошивающейся трёхцветке, которая убедилась, что ей пайку влажного не забыли с утра выдать, продегустировала, успокоилась, разлеглась на диване и теперь наблюдала за моральными терзаниями хозяина. — Организм с утра и так проснулся, стрессует, а тут ещё стимулятором его подстёгиваешь, да на голодный желудок. Перевод продукта получается. Лучше пару часов подождать и после завтрака заварить! Полезней будет и выгодней. А сейчас чаги лучше и чутка принцессы «Канди»…

Марыся и ухом не повела на его пространные рассуждения, всем своим видом выражая непоколебимую уверенность: «На проблему кофе мне начхать, а вот если кошачий корм подорожает — это не я буду меньше есть, а ты своего кофе меньше пить…» Жека, уязвлённый таким проявлением эгоизма и неприкрытой демонстрацией превосходства, буркнул:

— Разжилась тут, командует, жопа шерстяная!

С чаем прошёл к компу, не заморачиваясь с авторизацией в интернете, подключил два внешних накопителя по терабайту каждый — на одном ещё было свободное место, перекинуть Гришин контент, а на втором как раз хранилось несколько библиотек, так удачно скачанных с торрентов на всякий случай. Освободил чужие флешки и после быстрого форматирования скинул всё, что у него было: от собраний сочинений мировой литературы до подборок по саду и огороду. Одна флешка заполнилась целиком удачно, а вот вторая на её фоне смотрелась сиротливо — едва половина занята оказалась.

Жека создал отдельную папку, куда скинул уже свою личную библиотеку из читалки, и почесал голову — три гигабайта не очень-то способствовали заполнению. Потом вспомнил и обрадовался: ещё же есть жёсткий диск от старого ноута. Там среди всяких архивов с игрушками, фильмов и картинок, которые рука не поднималась стереть, было несколько ISO-образов: там и медицинская энциклопедия, ещё что-то околомедицинское и прочее, скачанное чтобы было. Вот и пригодилось.

С удовлетворением посмотрел на две готовые флешки — не хотелось быть обязанным, тем более такому типу, как Гриша. Говна он никакого Жеке не делал, напротив, но слухи про него и тех, кто за ним стоит, на районе ходили всякие, поэтому хотелось с этими делишками раскидаться как можно быстрее, желательно сегодня. Сейчас ещё рановато. Жека в такую рань подорвался с целью сходить, вернее съездить, в центр занятости населения — вдруг чего дельного смогут предложить в плане работы. А вот после биржи труда можно и на мини-рынок заскочить, небольшой крюк получается, пару сотен метров. Зато никаких долгов и невыполненных обязательств за спиной…

Вывел из подъезда велосипед, озабоченно охарактеризовав сегодняшнюю погоду бессмертной фразой Винни Пуха: «Кажется, дождь собирается…» — и порадовался, что закинул в рюкзачок дождевик. До биржи труда было недалеко: две остановки на маршрутке или несколько на трамвае, маршрут которого пролегал к администрации чуть в стороне и через гору. Ну а Жека на велике да под горку — долетел за пять минут.

Примкнул велосипед к стойке и зашёл в центр занятости населения, встретивший его двумя рядами стульев в приёмной вдоль стен и двумя плакатами. Справа висел уже замыливший глаз «Присоединяйся к своим», где чуть ниже и шрифтом помельче было добавлено про выплаты в первый год службы, ещё ниже — про кредитные и налоговые каникулы, статус ветерана боевых действий и прочее. Слева — «Продовольственная безопасность Родины в твоих руках» с двумя персонажами: парнем с волевыми скулами и в форменной спецовке с закатанными рукавами и румяной, кровь с молоком, девицей кудрявой, в цветастом платочке и с распирающей блузку силиконовой грудью третьего, а то и четвёртого размера. Жека, помнивший колоритную семейку колдырей из соседнего дома, этой весной принудительно высланных в агрогородок, после чего весь двор вздохнул с облегчением, — доверия к плакату не ощутил.

«Есть два стула, — пронеслось у него в голове, когда он то налево, то направо посматривал по сторонам, продвигаясь к застеклённому окошку регистрации. — На какой сам сядешь, на какой Марысю посадишь?» Помимо самого Жеки народа было немного: блёклая девица, крашенная под блондинку, тяжёлым, немигающим взглядом вперилась в экран своего смартфона, что-то в нём изучая; женщина предпенсионного возраста, прикрыв глаза, задремала, сидя на стуле; да уже пенсионер по виду суетливо перебирал документы и бумаги в пластиковом файле, словно боясь что-то потерять…

— Паспорт, ИНН, СНИЛС, военный, — не глядя на Жеку, дежурно оттарабанила женщина в регистратуре, быстро, отточенными ударами по клавиатуре переписала данные, вытащила из принтера бланк и толкнула его через окошко. — Пятый кабинет…

— И чего ты от нас хочешь? — Специалист центра занятости в пятом кабинете, выслушав Жеку, неподдельно удивилась. — Я тебе сейчас бегунок дам. Если не в РЖД, так в администрации с руками оторвут как оператора ПК. На учёт точно не получится встать и пособие оформить.

— Да не надо мне пособие, — запротестовал Жека. — Сами поймите, сорок тысяч в месяц — это же смешно! Мне бы по специальности чего и чтоб выжить можно было!

— Это до вычета налогов, — поправила собеседница. — Мне вот… не смешно! И выживаю! Ну нет у нас для тебя вакансий. «Хедхантер» посмотри. Надо же догадаться — на биржу труда прийти. Плакаты видел в коридоре? Пособие оформляют только если мобилизации не подлежишь и для агрогородка признают негодным. Или специалист редкий… Регистрировать тебя, Николаев Евгений Александрович?

Пальцы её замерли над клавиатурой, и Жека поспешно отказался:

— Нет-нет! Спасибо, извините за отнятое время…

— До свидания… — Потеряв к нему интерес, она махнула рукой в сторону выхода.

Особо не разочарованный — нечто подобное он и ожидал, — но уже один пунктик из намеченного плана вычеркнут. Жека вышел на улицу, подошёл к велосипеду и, машинально потянувшись в карман за сигаретами, обратил внимание на ошивающихся у остановки двух пацанов лет двадцати, искоса за ним наблюдающих. «Ага, а вот хуй вам, не курю я! Блок „Явы золотой“ — три косаря. Быстрей бы табак свой сделать, в этом году побольше выросло, до лета может хватить. Если таких вот „стрелков“ избегать…»

Вместо сигарет вытащил из кармана ключ от велосипедного замка, освободил велик, замок — в рюкзак и, налегая на педали, поехал в горку. Обратно пришлось попыхтеть чуть ли не все пятнадцать минут, хорошо, что не жарко.